Первая схема, которую мы рассмотрим - это продажа растиражированных экземпляров программы (фактически - коробки с материальным носителем) по договору купли-продажи. Экземпляры многих программ можно, подобно книгам, приобрести в обычных розничных магазинах. Коробки часто не содержат никаких оберточных лицензий, а если и содержат, то изложенные в них условия не предоставляют пользователю каких-либо прав на тиражирование, распространение или модификацию ПО, то есть, по сути, мало чем отличаются от предусмотренных законодательством правил использования экземпляров программ (ст. 1280 ГК РФ). В отличие от случаев передачи прав, которые могут носить срочный характер, экземпляр навсегда переходит в собственность покупателя и, соответственно, используется им бессрочно.
Подобным образом распространяются, как правило, недорогие программные продукты делового и домашнего назначения, включая самую массовую категорию программ - компьютерные игры. Для недорогого тиражного ПО производители устанавливают наиболее либеральные правила обращения на рынке, поскольку такие продукты с наименьшими издержками должны дойти до максимального числа конечных потребителей.
Обычно программное обеспечение распространяется правообладателем не самостоятельно, а через сеть дистрибьюторов, дилеров и иных посредников. В отношении ПО, распространяемого по договору купли-продажи, действует уже упоминавшееся правило "первой продажи", согласно которому дальнейшее распространение правомерно введенного в оборот экземпляра программы допускается без согласия правообладателя, то есть без заключения с каждым из посредников каких-либо специальных договоров, санкционирующих перепродажу.
Поставка лицензионной программной продукции конечным пользователям оформляется стандартными товаросопроводительными документами (накладные, счета-фактуры, товарные чеки и т.д.). Достаточно, чтобы такие документы соответствовали общим требованиям, предусмотренным законодательством в области бухгалтерского учета и налогообложения.
Довольно узким местом при поставке на массовый рынок считаются вопросы, связанные с качеством ПО. Сказанное в минимальной степени относится к редким дефектам носителей информации, которые без лишних формальностей обмениваются поставщиками ПО, а касается качества самого программного кода, количество ошибок в котором при всем усердии разработчиков стремится к нулю, но редко с ним на практике сравнивается. Проблемы, однако, возникают не только и не столько из-за недостатков кода, но и из-за разнообразных (иногда малооправданных) ожиданий пользователей относительно функциональных характеристик, которыми, по мнению последних, должен обладать конкретный тиражный программный продукт.
К поставке ПО в полной мере применимы правила ст. 469 ГК РФ, касающиеся качества передаваемого по договору купли-продажи товара.
Прежде всего, товар должен соответствовать стандартам и иным обязательным требованиям к качеству, установленным законодательством. Обязательные ГОСТы или технические регламенты, устанавливающие требования к характеристикам программного обеспечения, в РФ пока отсутствуют. В настоящее время требования к составу, функциональным характеристикам и среде функционирования введены только для офисных программ, приобретаемых для нужд федеральных органов государственной власти и внебюджетных фондов - это, например, требования к кросс-платформенности (поддержка двух и более операционных систем), возможности формировать и сохранять документы в открытых форматах (*.odt, *.oоxml и
При отсутствии официально установленных требований к качеству ст. 496 ГК РФ предписывает обращаться к условиям договора купли-продажи - качество передаваемого товара может являться договорным условием. Выше отмечалось, что при продаже недорогих тиражных продуктов как такового согласования и подписания договора между покупателем и поставщиком не происходит. Вместе с тем договорными условиями о качестве при определенных условиях могут быть признаны описания функциональных характеристик программных продуктов в сопроводительных и рекламных материалах, зафиксированные где-либо заявления поставщика о некоторых функциональных возможностях программного продукта, ссылки на результаты обязательной или добровольной сертификации.
Согласно действующему законодательству, в частности, Постановлению Правительства РФ от 1 декабря 2009 г. № 982 "Об утверждении Единого перечня продукции, подлежащей обязательной сертификации, и Единого перечня продукции, подтверждение соответствия которой осуществляется в форме принятия декларации о соответствии" и техническим регламентам Таможенного союза, программы для ЭВМ и базы данных не подлежат в настоящее время обязательной сертификации. В связи с этим сертификаты соответствия на программные продукты оформляются только в рамках процедур добровольной сертификации. Если разработчик публично декларирует соответствие программного продукта определенным требованиям, в том числе предъявляет добровольно полученные сертификаты соответствия, то несоответствие ПО этим требованиям может повлечь признание поставленного ПО товаром ненадлежащего качества.
Сообщенные покупателем цели, для которых приобретается программный продукт, могут рассматриваться также как договорные условия. В названном случае ПО должно быть полностью пригодно для использования в соответствии с целями приобретения, о которых покупатель заранее поставил в известность продавца.
И наконец, при отсутствии договорных условий о качестве поставляемого товара (или невозможности их однозначно определить), согласно той же ст. 469 ГК РФ, применяется правило, по которому поставляемый товар, по крайней мере, должен быть пригоден для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Данное правило едва ли применимо к программным продуктам. Поскольку на рынке ПО относительно немного взаимозаменяемых продуктов и практически каждая программа обладает набором уникальных свойств, ссылки на некую "программу такого же рода, используемую обычно для тех же целей" маловероятны.
Несколько более строгие требования предъявляются к розничной продаже программных продуктов потребителям - гражданам, которые приобретают экземпляры ПО для личного (домашнего) использования. Наряду с Законом "О защите прав потребителей" при розничной торговле следует руководствоваться "Правилами продажи отдельных видов товаров", утвержденными Постановлением Правительства РФ № 55 от 19.01.1998г. Надо отметить, что при продаже экземпляров программ применяются как общие положения Правил, так и специальный раздел XII, который устанавливает особенности продажи аудио- и видеопродукции, программ для ЭВМ и баз данных. Правилами, в частности, установлен минимальный набор информации, наносимой на упаковку экземпляров, поступающих в розничную торговлю.
Среди прочего в Правилах назван и такой реквизит, помещаемый на упаковку, как "номер лицензии на осуществление деятельности по изготовлению экземпляров". В данном случае речь идет не о лицензионном договоре с правообладателем, а об административном разрешении государственного лицензирующего
Постановлением Правительства РФ от 28 апреля 2006 г. № 252, однако, предусмотрено, что получение административного разрешения (лицензии) не требуется, если тиражирование осуществляет сам правообладатель или иное лицо, обладающее правами на основании договора. Соответственно, номер лицензии на экземпляре упаковки в некоторых случаях может отсутствовать.
Помимо этого товарная упаковка должна содержать так называемый знак информационной продукции, обозначающий категорию программы в соответствии с законом "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" от 29.12.2010 № 436-ФЗ.
В отличие от заказного ПО, тиражные программные продукты выпускаются партиями, в пределах которых все экземпляры идентичны; в связи с этим у покупателя, как правило, нет возможности влиять на набор функциональных возможностей и, тем более, на качество ПО до момента его приобретения и инсталляции. Потребитель может либо купить предлагаемый стандартный продукт, либо отказаться от его приобретения - это своего рода расплата за существенно более низкую, по сравнению с заказным ПО, стоимость продукта. В этих условиях особое значение приобретают достоверность и объем информации, которая позволит ему сделать осознанный выбор в пользу конкретного программного продукта и будет доведена до потребителя в момент совершения сделки.
Речь в данном параграфе пойдет о полной или частичной классической передаче исключительного права (имущественных прав) на программу по договору об отчуждении исключительного права и по лицензионному договору соответственно.
Такие договоры должны соответствовать требованиям ст. 1234, 1235 ГК РФ, поэтому, как правило, они заключаются в письменной форме, скрепляются подписями и, при необходимости, печатями сторон.
Договор об отчуждении исключительного права предполагает полную уступку имущественных прав на программу и бесповоротную смену правообладателя; характеристики этого договора были рассмотрены выше.
Лицензионным договором предусматриваются предоставление отдельных прав на использования программы как объекта авторского права, в частности, положения, позволяющие:
С помощью договоров, относящихся к классу лицензионных, в индустрии разработки программного обеспечения опосредуется большое количество разноплановых бизнес-схем, например, это такие договоры, как:
Схема приобретения прав применима как к уже полностью разработанному и протестированному тиражному ПО, так и к программам, которые еще предстоит разработать в соответствии с техническим заданием заказчика. В последнем случае условие о предоставлении (полной передаче) прав может включаться в качестве элемента договора заказа, который регулируется ст.ст. 1296, 1297 ГК РФ и главой 37 ГК РФ (общие положения о подряде).
С точки зрения налоговых последствий для организаций такие сделки всегда классифицируются как приобретение/реализация имущественных прав, влекущие расходы/доходы в текущем или будущих периодах (в зависимости от срока использования прав). В случае же приобретения исключительного права на программы в полном объеме последние подлежат постановке на учет в качестве нематериальных активов
Стороны, как правило, имеют возможность согласовывать пункты такого договора, включая условия о качестве самих программ и последствиях несоответствия переданного ПО указанным в договоре требованиям, то есть в общем случае он не является договором присоединения (ст. 428 ГК РФ). При подписании такого договора программы нередко передаются в виде исходных кодов, поэтому типичными условиями договоров о передаче прав являются ограничения, связанные с нераспространением переданных технологий и информации, которым стороны присваивают статус коммерческой тайны.
Надо отметить, что приобретатель прав на готовую программу обладает довольно ограниченными возможностями по предъявлению претензий по качеству. Он, если об этом нет специальной оговорки в договоре, не может требовать устранения каких-либо недостатков программы после совершения сделки. Поскольку предметом договора является не товар, а права на произведение, художественная, прикладная и потребительская ценность которого для авторского права не имеет никакого значения, все разногласия по качеству программного кода между правообладателем и приобретателем должны быть улажены до момента оформления передачи прав. Иногда лицензионным договором могут предусматриваться гарантийные обязательства правообладателя по устранению в течение определенного срока выявившихся ошибок и по оказанию консультационной поддержки, но чаще все же программы предоставляются на условиях "as is", т.е. с явно выраженными условиями об ограничении ответственности правообладателя за качество ПО.
Единственное, за что всегда отвечает правообладатель или иной лицензиар - это пороки прав. Лицензиар должен гарантировать наличие у него самого необходимого объема прав, а также их лицензионную чистоту. В случае предъявления к приобретателю претензий со стороны третьих лиц на первоначального правообладателя может быть возложена обязанность компенсировать приобретателю прав понесенные убытки в соответствии со ст. 393 ГК РФ. Договором могут быть предусмотрены иные санкции, а также порядок согласованных действий правообладателя и приобретателя при предъявлении претензий третьими лицами.
Довольно распространенным на рынке способом приобретения программ является приобретение тиражных программных продуктов в форме так называемых стандартных лицензий.
В этом случае под лицензией понимается не традиционный договор о предоставлении прав на объект интеллектуальной собственности в виде согласованного и подписанного документа, а стандартизированные наборы условий, определяющих правомочия по использованию экземпляра программы, предлагаемые неопределенному кругу лиц. Как указывалось выше, набор условий может выражаться в письменном документе (лицензионном соглашении, оберточной лицензии), так и следовать из иных обстоятельств совершения сделки.
Сделки, связанные с использованием программ на условиях стандартных лицензий, по сути своей являются договорами присоединения (ст. 428 ГК РФ), так как пользователь не имеет возможности изменять условия такой лицензии, а может либо согласиться с ее условиями в целом, либо отказаться от совершения сделки. Также, поскольку приобрести программный продукт на предлагаемых условиях может любое обратившееся лицо (либо определенный в условиях поставки класс лиц, например, образовательные учреждения), стандартные лицензии можно признать публичными договорами (ст. 426 ГК РФ).
Вообще же, попытки проанализировать все многообразие стандартных лицензий с точки зрения их правовой природы могут вызвать некоторые затруднения в связи с большим количеством разновидностей последних.
Можно, например, выделить класс стандартных лицензий с "ограничительными" условиями. В соответствии с ними программные продукты распространяются по льготным ценам или вообще бесплатно. Вместе с тем, такие льготные лицензии накладывают на приобретателя определенные ограничения, связанные с использованием и распоряжением экземпляром. В итоге у конечного пользователя оказывается правомочий не больше (а чаще меньше), чем предусмотрено законодательно установленными "правилами по умолчанию". Ограничения можно встретить следующего рода:
В качестве примера льготных стандартных лицензий можно назвать лицензии для образовательных и правительственных учреждений, OEM-лицензии, поставляющиеся исключительно с оборудованием и "привязанные" к нему, NFR (not-for-resale) и бета-версии, распространяющиеся среди партнеров разработчика или в презентационных целях, льготные продукты для пользователей предыдущих версий программы (upgrades). К классу стандартных ограниченных лицензий можно отнести и большинство схем распространения freeware и shareware-продуктов в Интернете - как правило, условиями лицензии запрещается использование программ в коммерческой деятельности, дополнительно могут быть установлены ограничения по доступным для данного пользователя функциям или сроку использования экземпляра. Ограничения по сроку или по количеству запусков приложения позволяют также реализовать такие схемы эксплуатации ПО, как аренда ПО и подписки на ПО (subscriptions).
Класс стандартных лицензий с "расширенным" условиями предоставляет конечному пользователю более широкий круг правомочий по сравнению с установленными в ст. 1280 ГК РФ "правилами по умолчанию".
Одной из разновидностей расширенных лицензий являются пакетные лицензии (volume licenses), на условиях которых обычно поставляется относительно дорогостоящее программное обеспечение делового назначения. Специфика данной формы поставки предопределена в значительной степени особенностями самих пользователей - как правило, это организации, с юридической точки зрения представляющие собой одно лицо, однако нуждающиеся в автоматизации большого количества рабочих мест своих сотрудников. Как отмечалось выше, при отсутствии специальных установленных правообладателем правил использования экземпляра действует презумпция однопользовательской лицензии, согласно которой организация должна была бы закупить количество экземпляров, соответствующее количеству компьютеров, на которых планируется использовать программу. Очевидной альтернативой закупки многочисленных коробок с дисками на каждое рабочее место является приобретение одного экземпляра с возможностью воспроизведения и использования программы на многих рабочих местах.
В качестве примера можно привести несколько моделей пакетного лицензирования:
Производными от пакетных лицензий являются схемы так называемого открытого лицензирования (open licenses), заключающиеся в том, что, разместив единовременно крупный заказ на ПО, организация в дальнейшем получает возможность закупать программы с фиксированной скидкой. Некоторые схемы пакетного лицензирования допускают возможность распространения действия лицензий не только на головную компанию, но и на ее аффилированных лиц (дочерних или зависимых компаний, являющиеся отдельными юридическими лицами).
Особым типом лицензий с расширенными условиями можно признать лицензии, сопровождающие инструментальные средства разработки ПО и "наборы разработчика" (SDK). Согласно таким лицензиям пользователям может быть предоставлено право без выплаты дополнительного вознаграждения включать в создаваемые продукты отдельные типовые примеры, подготовленные правообладателем (sample code), и распространять вместе со своими продуктами библиотеки в виде объектного кода или даже сложные "движки" (redistributable components).
Приведенный краткий обзор различных схем реализации программных продуктов с использованием стандартных лицензий дает некоторое представление о разнообразии и неоднородности условий таких сделок. Можно попытаться выделить лишь некоторые общие моменты:
Особняком среди стандартных схем распространения программ стоят лицензии на так называемое свободное и открытое ПО (Free and Open Source Software - FOSS).
Философия свободного программного обеспечения зиждется на четырех основных свободах, которые в привычных юристам терминах можно изложить следующим образом:
Необходимым условием реализации указанных свобод является доступ к исходным текстам программ. Это означает, что программы, в том числе и модифицированные пользователем, по возможности в дальнейшем также должны распространяться с приложением всех исходных текстов.
Режим использования таких программ по широте предоставленных свобод чем-то напоминает режим произведений, как бы перешедших в общественное достояние. Но фокус в том, что срок охраны авторских прав в большинстве развитых стран длится как минимум 70 лет, и к настоящему моменту едва ли какая-то из программ может быть де-юре признана находящейся в общественном достоянии. Для реализации вышеописанных принципов в рамках современных национальных правовых систем от юристов потребовалось переосмыслить ряд подходов, традиционных для авторского права со времен Бернской конвенции.
Во-первых, если у кого-то из авторов имеется воля установить в отношении своего творения максимально широкую свободу использования (в т.ч. безвозмездного распространения и переработки), то в какой форме он может и должен заявить об этом миру, чтобы такое волеизъявление приобрело юридическую силу? Предположим, некто у себя на сайте просто заявляет: "С завтрашнего дня моя программа переходит в общественное достояние; делайте с ней что хотите". Как заинтересованным пользователям обезопасить себя от того, что через пару лет к ним не предъявит претензии по поводу этой программы сам "передумавший" автор, его наследники, кредиторы или вообще третьи лица, которые будут утверждать, что сделавший это громкое заявление совсем и не автор, а самозванец?
Во-вторых, поскольку программы могут существовать как в виде открытых исходных текстов, так и в виде исполняемого кода, существует риск присвоения такого "как бы общественного достояния" недобросовестными пользователями. После незначительной переработки и компиляции свободное ПО может быть выдано за их собственные (но уже закрытые) программы, которые такие предприимчивые пользователи могут вводить в коммерческий оборот. Плагиат внутри скомпилированного объектного кода обнаружить и доказать не так-то легко.
Ответом на эти вызовы стала, с одной стороны, разработка IT-юристами особого рода стандартных текстов лицензионных договоров, являющихся по форме договорами присоединения. С другой стороны, законодатели и суды должны были подтвердить, что форма и содержание таких договоров соответствуют законодательству и являются юридически обязывающими.
Сейчас на сайте spdx.org размещено более 250 вариаций таких лицензий, включая 9 разновидностей BSD и 10 разновидностей GNU General Public License; практически каждая американская IT-корпорация и университет разработали для своих нужд по одной, а то и по две-три. Все тексты различаются степенью подробности и всевозможными юридическими нюансами, но в целом обязывающие условия тех открытых лицензий, которые допускают коммерческое использование и распространение, можно свести к четырем группам:
Если обобщать далее, то c точки зрения разработчика, который желает включить чужой код под открытой лицензией в свой продукт, FOSS-лицензии ранжируются по степени свободы, предоставляемой разработчику (пермиссивности), и по строгости обязательств, связанных с доведением до последующих пользователей открытого исходного кода ("степень копилефта").
Так, лицензии типа Apache 2.0 и MIT/X11 считаются максимально пермиссивными, т.е. позволяют разработчику распространять свой продукт с включенным в него чужим кодом без каких-либо ограничений, устанавливая любые лицензионные условия, раскрывая исходный код по своему желанию. Наоборот, лицензии типа GNU GPL требуют от разработчика при включении чужого исходного кода в свой проект предоставлять всем последующим пользователям исходный код всего результирующего проекта, новая программа как бы "заражается копилефтом" и далее может распространяться только на условиях исходной лицензии.
Специальные типы открытых лицензий разработаны для баз данных, например Open Data Commons Attribution License (ODC-By).
В конце прошлого века еще существовали сомнения, насколько юридически корректна форма таких лицензий? Не окажется ли, что различные положения о передаче пользователю широкого диапазона прав окажутся недействительными и не будут защищены национальными судами? Судебная практика нулевых, по крайне мере в Европе и США, развеяла эти сомнения.
Наибольшее количество судебных дел ожидаемо касается самой строгой из открытых лицензий - GNU GPL. Так, немецкий программист Харальд Вельте с 2004 года выступил в качестве истца в германских судах уже как минимум 5 раз, подавая иски против корпораций, осуществляющих деятельность на территории Германии и так или иначе нарушающих, с точки зрения Linux-сообщества, условия лицензий GNU GPL.
Одним из интересных эпизодов его деятельности стало дело Н.Welte v. Skype Technologies SA (2008). Скайп Технолоджис продавал через сайт оборудование для IP-телефонии (VoIP), которое в том числе поддерживало работу с сервисами и программами Skype. Сами телефоны изготавливались другим производителем, он же снабжал их программой-прошивкой, как выяснилось, основанной на Linux. При этом исходный текст прошивки и сам текст лицензии GPL поставку не сопровождали. Компании было послано предупреждение о недопустимости таких действий, после чего производитель телефонов стал вкладывать в упаковку небольшой листок со ссылкой на сайт, откуда можно было скачать и исходный текст прошивки, и текст лицензии GPL. Мюнхенский суд, однако, высказал мнение, что данных действий недостаточно для дословного выполнения требований разделов 1 и 3 лицензии GPLv.2. Согласно лицензии, данные материалы должны непосредственно сопровождать товар с содержащимся в нем программным обеспечением. В ходе процесса ответчик пытался апеллировать к тому, что условия GNU GPL, возможно, входят в противоречие с германским антимонопольным законодательством, но затем отказался от поддержки этих аргументов, и дело было окончено мировым соглашением.
С октября 2014 года сама концепция открытых лицензионных договоров, а также упрощенный порядок их заключения напрямую легитимированы в российском законодательстве путем введения статьи 1286.1 ГК РФ.
Более того, в российском ГК предусмотрен новый способ распоряжения исключительным правом - заявление правообладателя о предоставлении любым заинтересованным лицам возможности безвозмездно использовать произведение. Заявление делается путем размещения на официальном сайте федерального органа исполнительной власти в сети Интернет. Федеральный орган исполнительной власти, ответственный за размещение соответствующих заявлений, а также порядок и условия их размещения определяются Правительством РФ.
Сравнение статей ГК РФ, посвященных заявлению о безвозмездном использовании, "оберточным" лицензиям и открытым лицензиям, приведено в таблице ниже. Необходимо отметить, что "оберточные" лицензии и открытые лицензии - это частично пересекающиеся классы, поэтому при отсутствии прямого указания в лицензии на ее "открытый" характер очень важно обращать внимание на территорию и срок действия предоставляемых правообладателем прав.
| 3аявление о предоставлении любым лицам возможности безвозмездно использовать (ст. 1233 ГК РФ) - с 2015 года | Лицензионный договор на использование программы и БД по упрощенной форме (ст. 1286 ГК РФ) | Открытая лицензия (ст. ст. 1286.1 + 1308 ГК РФ) | |
|---|---|---|---|
| Объекты | Любой объект авторского и смежного права, включая программы и БД | Только программы и базы данных | Любой объект авторского и смежного права, включая программы, базы данных и содержимое баз данных |
| Субъект | Только правообладатель (обладатель исключительного права) | Как правообладатель, так и любой из его лицензиатов, у которого есть право сублицензирования (напр., издатель в определенной стране) | Как правообладатель, так и любой из его лицензиатов, у которого есть право сублицензирования (напр., издатель в определенной стране) |
| Форма | Публикация заявления на официальном сайте уполномоченного органа | Договор присоединения. Условия могут быть изложены, в частности, на упаковке экземпляра, а также в электронном виде | Договор присоединения. Все условия должны быть доступны для неопределенного круга лиц и размещены таким образом, чтобы с ними можно было ознакомиться до начала использования |
| Совместимость | На те же самые способы использования нельзя выдавать лицензии. По ранее заключенным возмездным лицензионным договорам - компенсировать лицензиатам убытки от прекращения таких договоров | На те же самые способы использования можно выдавать лицензии иных видов, в т.ч. возмездные | На те же самые способы использования можно выдавать лицензии иных видов, в т.ч. возмездные |
| Возмездность | Не может быть возмездной | По умолчанию безвозмездна, если иное не следует из текста | По умолчанию безвозмездна, если иное не следует из текста |
| Срок | 5 лет, если иное не следует из текста | 5 лет, если иное не следует из текста | На программу и БД - на весь срок действия права, если из текста не следует иное. На все остальные объекты - 5 лет, если иное не следует из текста |
| Территория | Только Россия, если иное не следует из текста | Только Россия, если иное не следует из текста | Страны всего мира, если иное не следует из текста |
| Возможность одностороннего отказа | Заявление нельзя отозвать в течении срока | Возможность расторжения в отношении конкретного пользователя, напр., за нарушения последнего | Возможность расторжения в отношении конкретного пользователя, напр., за нарушения последнего |
Отдельно стоит рассмотреть вопрос об использования ПО, предоставляемого клиентам во временное пользование либо в виде подписки на интернет-сервис. Условно термин "аренда ПО" применяется сейчас к двум типам отношений:
Однако нам важно разобраться, какие правовые связи возникают между клиентом и "арендодателем" (назовем так условно держателя лицензии, которая позволяет использовать данное ПО для собственных внутренних целей), а также между "арендодателем" и правообладателем/разработчиком, если последние не совпадают в одном лице.
Согласно пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ прокат оригинала или экземпляра произведения - это исключительное правомочие автора либо иного правообладателя. Это означает, что любой приобретатель экземпляра программы или лицензии на использование программы для собственных нужд может разрешать временное использование программы третьим лицам только при наличии явно выраженного письменного согласия от правообладателя. Единственное исключение, которое предусмотрено в той же ст. 1270 ГК РФ, касается случая, когда программа не является основным самостоятельным объектом проката, а предоставляется в составе имущественного комплекса, например, при аренде предприятия целиком (ст.ст. 656-664 ГК РФ), когда наряду с иными активами в аренду передается и компьютерная техника с установленным программным обеспечением.
Некоторую трудность на практике применительно к ПО может вызвать толкование понятия "прокат", используемое в российском ГК.
В случае физической передачи в аренду материальных экземпляров программ отношения между сторонами вроде бы прозрачны: пользователь платит некоторую сумму арендодателю, обычно меньшую, чем покупная стоимость экземпляра, и получает во владение носитель (иногда также документацию, ключи и т.п.) для установки программы на своем компьютере, а после истечения срока договора обязуется вернуть полученное, удалив со своего компьютера все копии ПО. При этом арендодатель, естественно, имеет письменный договор с правообладателем, допускающий именно такой способ предоставления программ третьим лицам.
Но даже для случаев аренды программ с физическим предоставлением экземпляров российская практика столкнулась со злоупотреблениями в виде таких обходных схем, как "сдача в аренду игрового времени" в компьютерных игровых клубах (якобы предоставляется не программа, а машинное время) или "гарантированный обратный выкуп дисков с играми" в мелких розничных магазинах, - оба случая, впрочем, были квалифицированы судами как бездоговорное использование путем сдачи в прокат, нарушающее исключительное право
В случае предоставления арендодателем удаленного доступа третьих лиц к программе, в частности, при пользовании каким-либо интернет-сервисом, зачастую сложнее сказать, имеет ли место прокат в смысле пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ в каждом конкретном случае.
Вернемся к ситуации, когда держатель лицензии (провайдер) и правообладатель не совпадают в одном лице, и провайдеру хочется знать, необходимо ли ему получать какое-то дополнительное разрешение у правообладателя на осуществление тех или иных действий с программой. Обычно специальное разрешение на прокат или предоставление ПО во временное пользование держателю лицензии (потенциальному "арендодателю") требуется получать у правообладателя, если сервис обладает всеми или некоторыми из нижеприведенных признаков:
Подчеркнем, что право на прокат, описанное в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ, должно приобретаться держателем лицензии у правообладателя независимо и отдельно от права на воспроизведение программ (пп. 1), права на распространение (пп. 2) и права на доведение их до всеобщего сведения (пп. 11).
Надо отметить, правда, что термин "прокат" используется в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ применительно к интернет-сервисам типа SaaS с некоторой условностью, ведь по форме они довольно далеки от проката или аренды материальных вещей (ст.ст. 626-631 ГК РФ). Тем не менее, из международных соглашений, и в частности из Договора по авторскому праву ВОИС 1996 года для России вытекает обязательство закрепить в законодательстве в той или иной форме самостоятельное имущественное правомочие автора разрешать или запрещать предоставление произведение во временное пользование или предоставление к его экземплярам временного доступа (Right of Rental). Вследствие этого положение, сформулированное в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ, получает более широкую трактовку, чем просто право на прокат или аренду материальных носителей с произведением.
Итак, мы уяснили, что между "арендодателем" и правообладателем (если они не совпадают в одном лице) заключается лицензионный договор, которым специально должна быть предусмотрена возможность сдачи ПО в прокат или предоставления его во временное пользование иными способами. Арендодатель, в свою очередь, заключает сублицензионные договоры со своими клиентами, являющимися конечными пользователями. В некоторых редких случаях отношения с клиентами могут оформляться не по схеме сублицензирования, а в форме оказания услуг доступа.
Первая схема, которую мы рассмотрим - это продажа растиражированных экземпляров программы (фактически - коробки с материальным носителем) по договору купли-продажи. Экземпляры многих программ можно, подобно книгам, приобрести в обычных розничных магазинах. Коробки часто не содержат никаких оберточных лицензий, а если и содержат, то изложенные в них условия не предоставляют пользователю каких-либо прав на тиражирование, распространение или модификацию ПО, то есть, по сути, мало чем отличаются от предусмотренных законодательством правил использования экземпляров программ (ст. 1280 ГК РФ). В отличие от случаев передачи прав, которые могут носить срочный характер, экземпляр навсегда переходит в собственность покупателя и, соответственно, используется им бессрочно.
Подобным образом распространяются, как правило, недорогие программные продукты делового и домашнего назначения, включая самую массовую категорию программ - компьютерные игры. Для недорогого тиражного ПО производители устанавливают наиболее либеральные правила обращения на рынке, поскольку такие продукты с наименьшими издержками должны дойти до максимального числа конечных потребителей.
Обычно программное обеспечение распространяется правообладателем не самостоятельно, а через сеть дистрибьюторов, дилеров и иных посредников. В отношении ПО, распространяемого по договору купли-продажи, действует уже упоминавшееся правило "первой продажи", согласно которому дальнейшее распространение правомерно введенного в оборот экземпляра программы допускается без согласия правообладателя, то есть без заключения с каждым из посредников каких-либо специальных договоров, санкционирующих перепродажу.
Поставка лицензионной программной продукции конечным пользователям оформляется стандартными товаросопроводительными документами (накладные, счета-фактуры, товарные чеки и т.д.). Достаточно, чтобы такие документы соответствовали общим требованиям, предусмотренным законодательством в области бухгалтерского учета и налогообложения.
Довольно узким местом при поставке на массовый рынок считаются вопросы, связанные с качеством ПО. Сказанное в минимальной степени относится к редким дефектам носителей информации, которые без лишних формальностей обмениваются поставщиками ПО, а касается качества самого программного кода, количество ошибок в котором при всем усердии разработчиков стремится к нулю, но редко с ним на практике сравнивается. Проблемы, однако, возникают не только и не столько из-за недостатков кода, но и из-за разнообразных (иногда малооправданных) ожиданий пользователей относительно функциональных характеристик, которыми, по мнению последних, должен обладать конкретный тиражный программный продукт.
К поставке ПО в полной мере применимы правила ст. 469 ГК РФ, касающиеся качества передаваемого по договору купли-продажи товара.
Прежде всего, товар должен соответствовать стандартам и иным обязательным требованиям к качеству, установленным законодательством. Обязательные ГОСТы или технические регламенты, устанавливающие требования к характеристикам программного обеспечения, в РФ пока отсутствуют. В настоящее время требования к составу, функциональным характеристикам и среде функционирования введены только для офисных программ, приобретаемых для нужд федеральных органов государственной власти и внебюджетных фондов - это, например, требования к кросс-платформенности (поддержка двух и более операционных систем), возможности формировать и сохранять документы в открытых форматах (*.odt, *.oоxml и
При отсутствии официально установленных требований к качеству ст. 496 ГК РФ предписывает обращаться к условиям договора купли-продажи - качество передаваемого товара может являться договорным условием. Выше отмечалось, что при продаже недорогих тиражных продуктов как такового согласования и подписания договора между покупателем и поставщиком не происходит. Вместе с тем договорными условиями о качестве при определенных условиях могут быть признаны описания функциональных характеристик программных продуктов в сопроводительных и рекламных материалах, зафиксированные где-либо заявления поставщика о некоторых функциональных возможностях программного продукта, ссылки на результаты обязательной или добровольной сертификации.
Согласно действующему законодательству, в частности, Постановлению Правительства РФ от 1 декабря 2009 г. № 982 "Об утверждении Единого перечня продукции, подлежащей обязательной сертификации, и Единого перечня продукции, подтверждение соответствия которой осуществляется в форме принятия декларации о соответствии" и техническим регламентам Таможенного союза, программы для ЭВМ и базы данных не подлежат в настоящее время обязательной сертификации. В связи с этим сертификаты соответствия на программные продукты оформляются только в рамках процедур добровольной сертификации. Если разработчик публично декларирует соответствие программного продукта определенным требованиям, в том числе предъявляет добровольно полученные сертификаты соответствия, то несоответствие ПО этим требованиям может повлечь признание поставленного ПО товаром ненадлежащего качества.
Сообщенные покупателем цели, для которых приобретается программный продукт, могут рассматриваться также как договорные условия. В названном случае ПО должно быть полностью пригодно для использования в соответствии с целями приобретения, о которых покупатель заранее поставил в известность продавца.
И наконец, при отсутствии договорных условий о качестве поставляемого товара (или невозможности их однозначно определить), согласно той же ст. 469 ГК РФ, применяется правило, по которому поставляемый товар, по крайней мере, должен быть пригоден для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Данное правило едва ли применимо к программным продуктам. Поскольку на рынке ПО относительно немного взаимозаменяемых продуктов и практически каждая программа обладает набором уникальных свойств, ссылки на некую "программу такого же рода, используемую обычно для тех же целей" маловероятны.
Несколько более строгие требования предъявляются к розничной продаже программных продуктов потребителям - гражданам, которые приобретают экземпляры ПО для личного (домашнего) использования. Наряду с Законом "О защите прав потребителей" при розничной торговле следует руководствоваться "Правилами продажи отдельных видов товаров", утвержденными Постановлением Правительства РФ № 55 от 19.01.1998г. Надо отметить, что при продаже экземпляров программ применяются как общие положения Правил, так и специальный раздел XII, который устанавливает особенности продажи аудио- и видеопродукции, программ для ЭВМ и баз данных. Правилами, в частности, установлен минимальный набор информации, наносимой на упаковку экземпляров, поступающих в розничную торговлю.
Среди прочего в Правилах назван и такой реквизит, помещаемый на упаковку, как "номер лицензии на осуществление деятельности по изготовлению экземпляров". В данном случае речь идет не о лицензионном договоре с правообладателем, а об административном разрешении государственного лицензирующего
Постановлением Правительства РФ от 28 апреля 2006 г. № 252, однако, предусмотрено, что получение административного разрешения (лицензии) не требуется, если тиражирование осуществляет сам правообладатель или иное лицо, обладающее правами на основании договора. Соответственно, номер лицензии на экземпляре упаковки в некоторых случаях может отсутствовать.
Помимо этого товарная упаковка должна содержать так называемый знак информационной продукции, обозначающий категорию программы в соответствии с законом "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" от 29.12.2010 № 436-ФЗ.
В отличие от заказного ПО, тиражные программные продукты выпускаются партиями, в пределах которых все экземпляры идентичны; в связи с этим у покупателя, как правило, нет возможности влиять на набор функциональных возможностей и, тем более, на качество ПО до момента его приобретения и инсталляции. Потребитель может либо купить предлагаемый стандартный продукт, либо отказаться от его приобретения - это своего рода расплата за существенно более низкую, по сравнению с заказным ПО, стоимость продукта. В этих условиях особое значение приобретают достоверность и объем информации, которая позволит ему сделать осознанный выбор в пользу конкретного программного продукта и будет доведена до потребителя в момент совершения сделки.
Речь в данном параграфе пойдет о полной или частичной классической передаче исключительного права (имущественных прав) на программу по договору об отчуждении исключительного права и по лицензионному договору соответственно.
Такие договоры должны соответствовать требованиям ст. 1234, 1235 ГК РФ, поэтому, как правило, они заключаются в письменной форме, скрепляются подписями и, при необходимости, печатями сторон.
Договор об отчуждении исключительного права предполагает полную уступку имущественных прав на программу и бесповоротную смену правообладателя; характеристики этого договора были рассмотрены выше.
Лицензионным договором предусматриваются предоставление отдельных прав на использования программы как объекта авторского права, в частности, положения, позволяющие:
С помощью договоров, относящихся к классу лицензионных, в индустрии разработки программного обеспечения опосредуется большое количество разноплановых бизнес-схем, например, это такие договоры, как:
Схема приобретения прав применима как к уже полностью разработанному и протестированному тиражному ПО, так и к программам, которые еще предстоит разработать в соответствии с техническим заданием заказчика. В последнем случае условие о предоставлении (полной передаче) прав может включаться в качестве элемента договора заказа, который регулируется ст.ст. 1296, 1297 ГК РФ и главой 37 ГК РФ (общие положения о подряде).
С точки зрения налоговых последствий для организаций такие сделки всегда классифицируются как приобретение/реализация имущественных прав, влекущие расходы/доходы в текущем или будущих периодах (в зависимости от срока использования прав). В случае же приобретения исключительного права на программы в полном объеме последние подлежат постановке на учет в качестве нематериальных активов
Стороны, как правило, имеют возможность согласовывать пункты такого договора, включая условия о качестве самих программ и последствиях несоответствия переданного ПО указанным в договоре требованиям, то есть в общем случае он не является договором присоединения (ст. 428 ГК РФ). При подписании такого договора программы нередко передаются в виде исходных кодов, поэтому типичными условиями договоров о передаче прав являются ограничения, связанные с нераспространением переданных технологий и информации, которым стороны присваивают статус коммерческой тайны.
Надо отметить, что приобретатель прав на готовую программу обладает довольно ограниченными возможностями по предъявлению претензий по качеству. Он, если об этом нет специальной оговорки в договоре, не может требовать устранения каких-либо недостатков программы после совершения сделки. Поскольку предметом договора является не товар, а права на произведение, художественная, прикладная и потребительская ценность которого для авторского права не имеет никакого значения, все разногласия по качеству программного кода между правообладателем и приобретателем должны быть улажены до момента оформления передачи прав. Иногда лицензионным договором могут предусматриваться гарантийные обязательства правообладателя по устранению в течение определенного срока выявившихся ошибок и по оказанию консультационной поддержки, но чаще все же программы предоставляются на условиях "as is", т.е. с явно выраженными условиями об ограничении ответственности правообладателя за качество ПО.
Единственное, за что всегда отвечает правообладатель или иной лицензиар - это пороки прав. Лицензиар должен гарантировать наличие у него самого необходимого объема прав, а также их лицензионную чистоту. В случае предъявления к приобретателю претензий со стороны третьих лиц на первоначального правообладателя может быть возложена обязанность компенсировать приобретателю прав понесенные убытки в соответствии со ст. 393 ГК РФ. Договором могут быть предусмотрены иные санкции, а также порядок согласованных действий правообладателя и приобретателя при предъявлении претензий третьими лицами.
Довольно распространенным на рынке способом приобретения программ является приобретение тиражных программных продуктов в форме так называемых стандартных лицензий.
В этом случае под лицензией понимается не традиционный договор о предоставлении прав на объект интеллектуальной собственности в виде согласованного и подписанного документа, а стандартизированные наборы условий, определяющих правомочия по использованию экземпляра программы, предлагаемые неопределенному кругу лиц. Как указывалось выше, набор условий может выражаться в письменном документе (лицензионном соглашении, оберточной лицензии), так и следовать из иных обстоятельств совершения сделки.
Сделки, связанные с использованием программ на условиях стандартных лицензий, по сути своей являются договорами присоединения (ст. 428 ГК РФ), так как пользователь не имеет возможности изменять условия такой лицензии, а может либо согласиться с ее условиями в целом, либо отказаться от совершения сделки. Также, поскольку приобрести программный продукт на предлагаемых условиях может любое обратившееся лицо (либо определенный в условиях поставки класс лиц, например, образовательные учреждения), стандартные лицензии можно признать публичными договорами (ст. 426 ГК РФ).
Вообще же, попытки проанализировать все многообразие стандартных лицензий с точки зрения их правовой природы могут вызвать некоторые затруднения в связи с большим количеством разновидностей последних.
Можно, например, выделить класс стандартных лицензий с "ограничительными" условиями. В соответствии с ними программные продукты распространяются по льготным ценам или вообще бесплатно. Вместе с тем, такие льготные лицензии накладывают на приобретателя определенные ограничения, связанные с использованием и распоряжением экземпляром. В итоге у конечного пользователя оказывается правомочий не больше (а чаще меньше), чем предусмотрено законодательно установленными "правилами по умолчанию". Ограничения можно встретить следующего рода:
В качестве примера льготных стандартных лицензий можно назвать лицензии для образовательных и правительственных учреждений, OEM-лицензии, поставляющиеся исключительно с оборудованием и "привязанные" к нему, NFR (not-for-resale) и бета-версии, распространяющиеся среди партнеров разработчика или в презентационных целях, льготные продукты для пользователей предыдущих версий программы (upgrades). К классу стандартных ограниченных лицензий можно отнести и большинство схем распространения freeware и shareware-продуктов в Интернете - как правило, условиями лицензии запрещается использование программ в коммерческой деятельности, дополнительно могут быть установлены ограничения по доступным для данного пользователя функциям или сроку использования экземпляра. Ограничения по сроку или по количеству запусков приложения позволяют также реализовать такие схемы эксплуатации ПО, как аренда ПО и подписки на ПО (subscriptions).
Класс стандартных лицензий с "расширенным" условиями предоставляет конечному пользователю более широкий круг правомочий по сравнению с установленными в ст. 1280 ГК РФ "правилами по умолчанию".
Одной из разновидностей расширенных лицензий являются пакетные лицензии (volume licenses), на условиях которых обычно поставляется относительно дорогостоящее программное обеспечение делового назначения. Специфика данной формы поставки предопределена в значительной степени особенностями самих пользователей - как правило, это организации, с юридической точки зрения представляющие собой одно лицо, однако нуждающиеся в автоматизации большого количества рабочих мест своих сотрудников. Как отмечалось выше, при отсутствии специальных установленных правообладателем правил использования экземпляра действует презумпция однопользовательской лицензии, согласно которой организация должна была бы закупить количество экземпляров, соответствующее количеству компьютеров, на которых планируется использовать программу. Очевидной альтернативой закупки многочисленных коробок с дисками на каждое рабочее место является приобретение одного экземпляра с возможностью воспроизведения и использования программы на многих рабочих местах.
В качестве примера можно привести несколько моделей пакетного лицензирования:
Производными от пакетных лицензий являются схемы так называемого открытого лицензирования (open licenses), заключающиеся в том, что, разместив единовременно крупный заказ на ПО, организация в дальнейшем получает возможность закупать программы с фиксированной скидкой. Некоторые схемы пакетного лицензирования допускают возможность распространения действия лицензий не только на головную компанию, но и на ее аффилированных лиц (дочерних или зависимых компаний, являющиеся отдельными юридическими лицами).
Особым типом лицензий с расширенными условиями можно признать лицензии, сопровождающие инструментальные средства разработки ПО и "наборы разработчика" (SDK). Согласно таким лицензиям пользователям может быть предоставлено право без выплаты дополнительного вознаграждения включать в создаваемые продукты отдельные типовые примеры, подготовленные правообладателем (sample code), и распространять вместе со своими продуктами библиотеки в виде объектного кода или даже сложные "движки" (redistributable components).
Приведенный краткий обзор различных схем реализации программных продуктов с использованием стандартных лицензий дает некоторое представление о разнообразии и неоднородности условий таких сделок. Можно попытаться выделить лишь некоторые общие моменты:
Особняком среди стандартных схем распространения программ стоят лицензии на так называемое свободное и открытое ПО (Free and Open Source Software - FOSS).
Философия свободного программного обеспечения зиждется на четырех основных свободах, которые в привычных юристам терминах можно изложить следующим образом:
Необходимым условием реализации указанных свобод является доступ к исходным текстам программ. Это означает, что программы, в том числе и модифицированные пользователем, по возможности в дальнейшем также должны распространяться с приложением всех исходных текстов.
Режим использования таких программ по широте предоставленных свобод чем-то напоминает режим произведений, как бы перешедших в общественное достояние. Но фокус в том, что срок охраны авторских прав в большинстве развитых стран длится как минимум 70 лет, и к настоящему моменту едва ли какая-то из программ может быть де-юре признана находящейся в общественном достоянии. Для реализации вышеописанных принципов в рамках современных национальных правовых систем от юристов потребовалось переосмыслить ряд подходов, традиционных для авторского права со времен Бернской конвенции.
Во-первых, если у кого-то из авторов имеется воля установить в отношении своего творения максимально широкую свободу использования (в т.ч. безвозмездного распространения и переработки), то в какой форме он может и должен заявить об этом миру, чтобы такое волеизъявление приобрело юридическую силу? Предположим, некто у себя на сайте просто заявляет: "С завтрашнего дня моя программа переходит в общественное достояние; делайте с ней что хотите". Как заинтересованным пользователям обезопасить себя от того, что через пару лет к ним не предъявит претензии по поводу этой программы сам "передумавший" автор, его наследники, кредиторы или вообще третьи лица, которые будут утверждать, что сделавший это громкое заявление совсем и не автор, а самозванец?
Во-вторых, поскольку программы могут существовать как в виде открытых исходных текстов, так и в виде исполняемого кода, существует риск присвоения такого "как бы общественного достояния" недобросовестными пользователями. После незначительной переработки и компиляции свободное ПО может быть выдано за их собственные (но уже закрытые) программы, которые такие предприимчивые пользователи могут вводить в коммерческий оборот. Плагиат внутри скомпилированного объектного кода обнаружить и доказать не так-то легко.
Ответом на эти вызовы стала, с одной стороны, разработка IT-юристами особого рода стандартных текстов лицензионных договоров, являющихся по форме договорами присоединения. С другой стороны, законодатели и суды должны были подтвердить, что форма и содержание таких договоров соответствуют законодательству и являются юридически обязывающими.
Сейчас на сайте spdx.org размещено более 250 вариаций таких лицензий, включая 9 разновидностей BSD и 10 разновидностей GNU General Public License; практически каждая американская IT-корпорация и университет разработали для своих нужд по одной, а то и по две-три. Все тексты различаются степенью подробности и всевозможными юридическими нюансами, но в целом обязывающие условия тех открытых лицензий, которые допускают коммерческое использование и распространение, можно свести к четырем группам:
Если обобщать далее, то c точки зрения разработчика, который желает включить чужой код под открытой лицензией в свой продукт, FOSS-лицензии ранжируются по степени свободы, предоставляемой разработчику (пермиссивности), и по строгости обязательств, связанных с доведением до последующих пользователей открытого исходного кода ("степень копилефта").
Так, лицензии типа Apache 2.0 и MIT/X11 считаются максимально пермиссивными, т.е. позволяют разработчику распространять свой продукт с включенным в него чужим кодом без каких-либо ограничений, устанавливая любые лицензионные условия, раскрывая исходный код по своему желанию. Наоборот, лицензии типа GNU GPL требуют от разработчика при включении чужого исходного кода в свой проект предоставлять всем последующим пользователям исходный код всего результирующего проекта, новая программа как бы "заражается копилефтом" и далее может распространяться только на условиях исходной лицензии.
Специальные типы открытых лицензий разработаны для баз данных, например Open Data Commons Attribution License (ODC-By).
В конце прошлого века еще существовали сомнения, насколько юридически корректна форма таких лицензий? Не окажется ли, что различные положения о передаче пользователю широкого диапазона прав окажутся недействительными и не будут защищены национальными судами? Судебная практика нулевых, по крайне мере в Европе и США, развеяла эти сомнения.
Наибольшее количество судебных дел ожидаемо касается самой строгой из открытых лицензий - GNU GPL. Так, немецкий программист Харальд Вельте с 2004 года выступил в качестве истца в германских судах уже как минимум 5 раз, подавая иски против корпораций, осуществляющих деятельность на территории Германии и так или иначе нарушающих, с точки зрения Linux-сообщества, условия лицензий GNU GPL.
Одним из интересных эпизодов его деятельности стало дело Н.Welte v. Skype Technologies SA (2008). Скайп Технолоджис продавал через сайт оборудование для IP-телефонии (VoIP), которое в том числе поддерживало работу с сервисами и программами Skype. Сами телефоны изготавливались другим производителем, он же снабжал их программой-прошивкой, как выяснилось, основанной на Linux. При этом исходный текст прошивки и сам текст лицензии GPL поставку не сопровождали. Компании было послано предупреждение о недопустимости таких действий, после чего производитель телефонов стал вкладывать в упаковку небольшой листок со ссылкой на сайт, откуда можно было скачать и исходный текст прошивки, и текст лицензии GPL. Мюнхенский суд, однако, высказал мнение, что данных действий недостаточно для дословного выполнения требований разделов 1 и 3 лицензии GPLv.2. Согласно лицензии, данные материалы должны непосредственно сопровождать товар с содержащимся в нем программным обеспечением. В ходе процесса ответчик пытался апеллировать к тому, что условия GNU GPL, возможно, входят в противоречие с германским антимонопольным законодательством, но затем отказался от поддержки этих аргументов, и дело было окончено мировым соглашением.
С октября 2014 года сама концепция открытых лицензионных договоров, а также упрощенный порядок их заключения напрямую легитимированы в российском законодательстве путем введения статьи 1286.1 ГК РФ.
Более того, в российском ГК предусмотрен новый способ распоряжения исключительным правом - заявление правообладателя о предоставлении любым заинтересованным лицам возможности безвозмездно использовать произведение. Заявление делается путем размещения на официальном сайте федерального органа исполнительной власти в сети Интернет. Федеральный орган исполнительной власти, ответственный за размещение соответствующих заявлений, а также порядок и условия их размещения определяются Правительством РФ.
Сравнение статей ГК РФ, посвященных заявлению о безвозмездном использовании, "оберточным" лицензиям и открытым лицензиям, приведено в таблице ниже. Необходимо отметить, что "оберточные" лицензии и открытые лицензии - это частично пересекающиеся классы, поэтому при отсутствии прямого указания в лицензии на ее "открытый" характер очень важно обращать внимание на территорию и срок действия предоставляемых правообладателем прав.
| 3аявление о предоставлении любым лицам возможности безвозмездно использовать (ст. 1233 ГК РФ) - с 2015 года | Лицензионный договор на использование программы и БД по упрощенной форме (ст. 1286 ГК РФ) | Открытая лицензия (ст. ст. 1286.1 + 1308 ГК РФ) | |
|---|---|---|---|
| Объекты | Любой объект авторского и смежного права, включая программы и БД | Только программы и базы данных | Любой объект авторского и смежного права, включая программы, базы данных и содержимое баз данных |
| Субъект | Только правообладатель (обладатель исключительного права) | Как правообладатель, так и любой из его лицензиатов, у которого есть право сублицензирования (напр., издатель в определенной стране) | Как правообладатель, так и любой из его лицензиатов, у которого есть право сублицензирования (напр., издатель в определенной стране) |
| Форма | Публикация заявления на официальном сайте уполномоченного органа | Договор присоединения. Условия могут быть изложены, в частности, на упаковке экземпляра, а также в электронном виде | Договор присоединения. Все условия должны быть доступны для неопределенного круга лиц и размещены таким образом, чтобы с ними можно было ознакомиться до начала использования |
| Совместимость | На те же самые способы использования нельзя выдавать лицензии. По ранее заключенным возмездным лицензионным договорам - компенсировать лицензиатам убытки от прекращения таких договоров | На те же самые способы использования можно выдавать лицензии иных видов, в т.ч. возмездные | На те же самые способы использования можно выдавать лицензии иных видов, в т.ч. возмездные |
| Возмездность | Не может быть возмездной | По умолчанию безвозмездна, если иное не следует из текста | По умолчанию безвозмездна, если иное не следует из текста |
| Срок | 5 лет, если иное не следует из текста | 5 лет, если иное не следует из текста | На программу и БД - на весь срок действия права, если из текста не следует иное. На все остальные объекты - 5 лет, если иное не следует из текста |
| Территория | Только Россия, если иное не следует из текста | Только Россия, если иное не следует из текста | Страны всего мира, если иное не следует из текста |
| Возможность одностороннего отказа | Заявление нельзя отозвать в течении срока | Возможность расторжения в отношении конкретного пользователя, напр., за нарушения последнего | Возможность расторжения в отношении конкретного пользователя, напр., за нарушения последнего |
Отдельно стоит рассмотреть вопрос об использования ПО, предоставляемого клиентам во временное пользование либо в виде подписки на интернет-сервис. Условно термин "аренда ПО" применяется сейчас к двум типам отношений:
Однако нам важно разобраться, какие правовые связи возникают между клиентом и "арендодателем" (назовем так условно держателя лицензии, которая позволяет использовать данное ПО для собственных внутренних целей), а также между "арендодателем" и правообладателем/разработчиком, если последние не совпадают в одном лице.
Согласно пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ прокат оригинала или экземпляра произведения - это исключительное правомочие автора либо иного правообладателя. Это означает, что любой приобретатель экземпляра программы или лицензии на использование программы для собственных нужд может разрешать временное использование программы третьим лицам только при наличии явно выраженного письменного согласия от правообладателя. Единственное исключение, которое предусмотрено в той же ст. 1270 ГК РФ, касается случая, когда программа не является основным самостоятельным объектом проката, а предоставляется в составе имущественного комплекса, например, при аренде предприятия целиком (ст.ст. 656-664 ГК РФ), когда наряду с иными активами в аренду передается и компьютерная техника с установленным программным обеспечением.
Некоторую трудность на практике применительно к ПО может вызвать толкование понятия "прокат", используемое в российском ГК.
В случае физической передачи в аренду материальных экземпляров программ отношения между сторонами вроде бы прозрачны: пользователь платит некоторую сумму арендодателю, обычно меньшую, чем покупная стоимость экземпляра, и получает во владение носитель (иногда также документацию, ключи и т.п.) для установки программы на своем компьютере, а после истечения срока договора обязуется вернуть полученное, удалив со своего компьютера все копии ПО. При этом арендодатель, естественно, имеет письменный договор с правообладателем, допускающий именно такой способ предоставления программ третьим лицам.
Но даже для случаев аренды программ с физическим предоставлением экземпляров российская практика столкнулась со злоупотреблениями в виде таких обходных схем, как "сдача в аренду игрового времени" в компьютерных игровых клубах (якобы предоставляется не программа, а машинное время) или "гарантированный обратный выкуп дисков с играми" в мелких розничных магазинах, - оба случая, впрочем, были квалифицированы судами как бездоговорное использование путем сдачи в прокат, нарушающее исключительное право
В случае предоставления арендодателем удаленного доступа третьих лиц к программе, в частности, при пользовании каким-либо интернет-сервисом, зачастую сложнее сказать, имеет ли место прокат в смысле пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ в каждом конкретном случае.
Вернемся к ситуации, когда держатель лицензии (провайдер) и правообладатель не совпадают в одном лице, и провайдеру хочется знать, необходимо ли ему получать какое-то дополнительное разрешение у правообладателя на осуществление тех или иных действий с программой. Обычно специальное разрешение на прокат или предоставление ПО во временное пользование держателю лицензии (потенциальному "арендодателю") требуется получать у правообладателя, если сервис обладает всеми или некоторыми из нижеприведенных признаков:
Подчеркнем, что право на прокат, описанное в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ, должно приобретаться держателем лицензии у правообладателя независимо и отдельно от права на воспроизведение программ (пп. 1), права на распространение (пп. 2) и права на доведение их до всеобщего сведения (пп. 11).
Надо отметить, правда, что термин "прокат" используется в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ применительно к интернет-сервисам типа SaaS с некоторой условностью, ведь по форме они довольно далеки от проката или аренды материальных вещей (ст.ст. 626-631 ГК РФ). Тем не менее, из международных соглашений, и в частности из Договора по авторскому праву ВОИС 1996 года для России вытекает обязательство закрепить в законодательстве в той или иной форме самостоятельное имущественное правомочие автора разрешать или запрещать предоставление произведение во временное пользование или предоставление к его экземплярам временного доступа (Right of Rental). Вследствие этого положение, сформулированное в пп. 5 п. 2 ст. 1270 ГК РФ, получает более широкую трактовку, чем просто право на прокат или аренду материальных носителей с произведением.
Итак, мы уяснили, что между "арендодателем" и правообладателем (если они не совпадают в одном лице) заключается лицензионный договор, которым специально должна быть предусмотрена возможность сдачи ПО в прокат или предоставления его во временное пользование иными способами. Арендодатель, в свою очередь, заключает сублицензионные договоры со своими клиентами, являющимися конечными пользователями. В некоторых редких случаях отношения с клиентами могут оформляться не по схеме сублицензирования, а в форме оказания услуг доступа.
Для получения официальных документов о завершении программы дополнительного профессионального образования (удостоверения о повышении квалификации, дипломов о профессиональной переподготовке и MBA) необходимо предоставить:
Внимание! Вы можете не заказывать доставку бумажной версии официального документы, а скачать его в электронном виде и распечатать самостоятельно. Информация о выданном документе в течение 1 месяца загружается в Федеральную информационную систему «Федеральный реестр сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении» - ФИС ФРДО.
Доступ на новый сайт осуществляется с использованием адреса электронной почты, который был указан вами при регистрации на "старом". Мы постарались перенести все ваши данные с прежнего ресурса, однако не исключена вероятность потери части информации.
При возникновении проблемы со входом, воспользуйтесь функцией сброса пароля
Если вы обнаружите несоответствия, пожалуйста, сообщите нам.