Русская средневековая культура

15.1. Геополитические характеристики русской культуры

Россия занимает срединное положение между Западом и Востоком, чем во многом определяется уникальность ее культуры. Если Востоку, его религиям и менталитету в большей степени свойственно поклонение таинству природы, ее гармонии и великой бессознательной силе, а также стремление к интуитивному ее постижению через изощренную технику медитаций, то Запад и его субъект берет на себя функцию преобразователя и творца природы, заменяя высокую духовность прагматизмом. По-видимому, обе эти ветви самосознания духа являются тупиковыми, так как или не дают возможности реализации творческого потенциала отдельной личности, или не предполагают обязательного наличия духовности. Внутри же русской культуры, возможно, заложены мощные потенции к сочетанию духовности Востока с творческой активностью Запада. Своеобразное географическое положение между Западом и Востоком придало русской культуре зыбкость, неустойчивость, о чем, в частности, говорил Вл. Соловьев ("Три силы"), отмечавший, что Русь примиряет Запад и Восток, стремясь отринуть "бесчеловечного бога" Востока и "безбожного человека" Запада. Аналогичным образом воспринимал историческую миссию России Н. Бердяев ("Русская идея"), определявший ее как "огромный Востоко-Запад".

Отсюда - бинарное строение русской культуры (понятие бинарности развито в работах представителей русской семиотической школы Ю. Лотмана, Б. Успенского, В. Топорова), отразившееся даже в амбивалентных названиях эпохальных произведений русской культуры, таких как "Преступление и наказание" Достоевского, "Мертвые души" Гоголя, "Война и мир" Толстого, "Отцы и дети" Тургенева, "Христос и Антихрист" Мережковского.

Особенности русского характера и уникальность мироощущения русского человека определились также своеобразием природных и географических особенностей русской земли: необъятностью ее земель, суровым климатом, незначительной плотностью населения. Тяжелый физический труд, необходимый для возделывания неплодородных земель, жизнь в относительной изоляции от центра укрепляли тело и душу русского человека.

Н. Бердяев писал, что русский человек создан необъятными русскими равнинами и растворяется в этой необъятности, он не привык ограничивать себя пространственными рамками, и поэтому ему не присущи такие качества европейца, как экономность, бережливость, расчетливость, организованность, умение подчинить чувства разуму. Эти качества в контексте русской культуры воспринимаются как отрицательные, свидетельствующие об узости, ограниченности, прагматичности человека.

Истоками русской культуры были славянское язычество. Культура Византии (а через нее и Античности) и культура Западной Европы, это многообразие влияний во многом определило многосоставность русской культуры, а также ее противоречивость и неоднородность. С одной стороны, Русь была ориентирована на Запад и имела ряд общих черт с западной культурой: христианское мировоззрение, преобладание земледельческого производства, военно-демократический характер государственной власти, отсутствие рабского менталитета.

С другой стороны, с традиционными обществами азиатского типа культуру Древней Руси роднили такие черты, как: отсутствие классов и частной собственности в европейском смысле, рождение собственности властью (принцип централизованной редистрибуции), эволюционный характер общественного развития.

Таким образом, в культуре Древней Руси парадоксальным и причудливым образом синтезировались отдельные черты европейских социально-политических и производственно-технологических принципов, византийского мистицизма и азиатстких принципов централизованной редистирибуции.

Судьба России драматична, полна глобальных потрясений, катастрофических событий, жестких испытаний. Ее история нелинейна, Россия испытала множество культурных "переворотов", отсюда ее неустойчивость, противоречивость как типологическая черта.

Подобными "ломками" культурно-исторической парадигмы стали:

Эти периоды отмечены параллельным сосуществованием таких антагонистических тенденций, как язычество - христианство, традиции Византии - монгольские новации, традиционализм, почвенничество - модернизация, западнизация. И.А. Ильин в работе "Наши задачи. Историческая судьба и будущее России" отмечал, что вся история России - это борьба между центростремительным, созидающим тяготением и центробежным, разлагающим.

Подобные обстоятельства развития русской культуры привели к формированию особого национального характера и культурного архетипа как глубинной культурной установки "коллективного бессознательного", практически не поддающейся изменению. В первую очередь, это символы-представления о человеке и его месте в мире и ценностные ориентации, задающие алгоритм действия людей. На формирование культурного архетипа в значительной мере влияют географическая среда, социальная структура и система ценностей.

Географическая среда, суровость природы, монотонность ландшафта и необъятность просторов привели к формированию у русского человека привычки работать рывками, неравномерно, в соответствии с капризами природы, неприязни к размеренному постоянному труду, осторожности, замкнутости; непредстказуемость внешних воздействий природной среды и власти привела к невозможности рассчитать силы, составить план действий, к доверию не рационализму, а интуитивизму, не разуму, а эмоции.

Социоцентричность русского общества предопределила формирование в русском характере коллективистских представлений, которые тем не менее находятся ближе к групповой сплоченности, основанной на чувстве конформизма, эта установка ориентации на коллектив негативно сказалась на развитии личностного потенциала, где ведущим стремлением становится реализация стратегии "быть как все", "быть не хуже", а либерализм с его нацеленностью на личность, обладающую личной свободой и личной ответственностью, так и не становится ценностью.

Восприятие в русской культуре основных ценностей обладает определенной спецификой. В России не было эпохи Возрождения с ее гуманизмом, ориентированным на человека как на высшую ценность, как на уникальную сущность, носителя индивидуального духовного начала. Личность в России не стала общезначимой ценностью, а сам человек растворился в социуме, переложив на общество заботу о своем бытии. Отсюда особое представление:

15.2. Православие и самодержавие как феномены русской культуры

Сегодня общеизвестным является факт, что Русь языческая проявляла большой интерес к различным культурам и религиозным системам в соседних странах: к исламу, иудаизму и христианству. Об истинных причинах того исторического выбора, который в свое время был сделан князем Владимиром, сегодня судить точно не представляется возможным. Это объясняется тем, что факты, представленные в летописях, неоднократно переписанных и интерпретированных позднейшим православием, зачастую носят недостоверный характер. В летописной же легенде, вошедшей в "Повесть временных лет", отмечается, что ислам был отвергнут Владимиром из-за пищевых запретов на употребление вина и свиного мяса (хотя Владимира привлекало многоженство).

На самом деле ислам, по-видимому, был чужд Руси из-за подавления личности и достоинства, присущих данной религии и ее богослужениям. В частности, для вольнолюбивых и стихийных в своих проявлениях славян казалось унизительным стояние в мечети "распоясавшись", т. е. без пояса, что считалось нарушением этикета, само моление воспринималось мрачным, нагнетающим беспокойство, фанатичным.

Иудаизм не вызвал у князя доверия, так как иудеи рассеяны по всему свету, хотя земля их - в Иерусалиме. Для Древнерусского государства, еще только складывающегося, объединение Русской земли вокруг центра было, возможно, самой актуальной задачей в готовящейся религиозной реформе. Кроме того, русскому менталитету свойственна такая особенность, которую Н. Бердяев в "Русской идее" назвал "мистикой земли" в противовес западной мистике "расы и крови".

Византийская же империя была для русских политическим, культурным и религиозным центром, фактором исторического развития, каноном, образцом государственности, предметом корыстного интереса - от торговли до грабежа и войны, сопровождающейся "прибиванием щита на ворота Царьграда". И задачей Руси было приобщение к культуре великой империи через крещение и христианизацию.

Русскому государству была необходима религия, которая рассматривала бы сильную деспотическую власть (по образцу восточных деспотий) как данную Богом, а саму "персону" монарха - как знак сакральной божественной власти. Именно в Византии восточное христианство и самодержавная власть императора - цезаря - были обусловлены друг другом, более того, самодержавие, сначала только в византийском, а затем и в русском вариантах, выступает как социокультурная форма существования православия.

Эта специфика русской государственности воплотилась в идее монаха Филофея "Москва - третий Рим", в "триединстве" министра просвещения николаевского времени графе С.С. Уварове "самодержавие - православие - народность" и даже в близком к религиозному "культу личности" Сталина. Подобная сакрализация и канонизация светской власти была необходима русскому государству как залог единства народа, государства и культуры.

Российское государственное устройство было изначально ориентировано на власть как высшую социальную ценность, определяющую характер взаимоотношений между князем, царем и подданными, на власть, ничем не ограниченную, самостоятельно определяющую цели и средства своего развития. Западная же модель государственного устройства в качестве всеобщего социокультурного регулятора имела не власть, а закон, право, гарантирующее равные возможности для развития всех его граждан вне зависимости от воли наделенного властью лица.

Первоначально самодержавие на Руси было не символом неограниченной деспотической власти государя, а воплощением независимости от внешнего господства (как отмечал В. Ключевский, царями в Древней Руси звались независимые властители, никому не платящие дани). Впоследствии же идея государственной независимости была замещена имперской идеей и желанием распространить свой тип культуры на прежних независимых соседей.

Православие определило многие черты русского культурного архетипа, в частности:

В данном контексте отметим, что русскому человеку иоанновского типа, по В. Шубарту, противостоит, с одной стороны, героический, прометеевский человек Запада с его жаждой власти, активным отношением к миру, атеистическим мировоззрением, а с другой - человек восточной культуры, стремящийся вписаться в окружающую социальную и природную атмосферу, приспособиться к ней и найти точную середину.

Соборность как особое качество русской православной культуры, проявляющаяся в господстве всеобщего и растворении личности в социуме, как нельзя лучше соответствовала установке самодержавия на стабильность, устойчивость, воспроизводство определенных социокультурных образцов и была залогом цельности государства. Отсюда и активная борьба с ересями, расшатывающими устои и церкви и государства. Вместе с тем, выступая в качестве гарантии сохранения государственности и высшей духовной ценности, нерасчлененное состояние сознания, неразвитость рационального мышления предопределило отставание русской культуры в области научного и технического знания.

Православие и самодержавие в различные периоды развития Руси по-разному соотносились друг с другом. Как правило, периоды укрепления тиранической царской власти сопровождались упадком религиозности и ослаблением церкви: это, к примеру, мученическая смерть задушенного Малютой Скуратовым митрополита московского Филиппа Колычева, которой было отмечено время правления Ивана Грозного - период подлинного кризиса православия и упадка нравственности и духовности. Интересно отметить, что эта гипертрофия государственности в советское время - в эпоху "культа личности" Сталина, которую Н. Бердяев в книге "Истоки и смысл русского коммунизма" назвал эпохой "трансформации идеи Иоанна Грозного" - опять сопровождалась кризисом духовности и культуры.

Напротив, торжество русской церкви и одухотворенной коллективности, противостоящее политическому прагматизму и выразившееся в нравственном подвиге преподобного Сергия Радонежского, привело к духовному единению русского народа, победе Дмитрия Донского на Куликовом поле и началу возрождения Руси после монголо-татарского ига.

Таким образом, внутренняя взаимозависимость православия и самодержавия, характерная для раннего периода развития Руси, по мере укрепления самодержавия сходила на нет. Конфликт между церковью и государством стал неизбежным и самым непосредственным образом проявился в борьбе между "иосифлянами" и "нестяжателями", которую Г. Федоров назвал "трагедией древнерусской святости". Преподобный Нил Сорский и преподобный Иосиф Волоцкий представляли два разных типа святости. Если первый исходил из раннего христианства и традиций исихазма и носил самоуглубленный и исключительно духовный характер, то второй был направлен на связь с государственной властью.

"Нестяжатели" (последователи Нила Сорского) призывали к духовному подвижничеству, монашеству, уединению от суетной жизни, "иосифляне" же (последователи Иосифа Волоцкого) стремились к активному взаимодействию с властью - к ее всяческой поддержке, с одной стороны, и желанию получить привилегии (в частности, в виде вкладов государства в монастыри). Победа "иосифлян" была предопределена в первую очередь не торжеством религиозных устремлений, а исторической перспективой и необходимостью развития русской государственности, которой соответствовала идеология Иосифа Волоцкого. Этот кризис православия привел в XVII в. к религиозному расколу и предопределил секуляризацию культуры и Петровские реформы в XVIII в.

15.3. Культура Древней Руси (IX-XIII вв.). Расцвет культуры домонгольской Руси. Монголо-татарское нашествие и его последствия

Если попытаться представить периоды развития российской цивилизации, то здесь выделяются два основных подхода: одни исследователи полагают, что российская цивилизация существует с IX в. по настоящее время. Данная типология представляется весьма логичной, так как позволяет выделить в истории России основные этапы ее развития, обладающие общими типологическими признаками, которые позволяют рассматривать их в качестве отдельных историко-культурных общностей:

Согласно второй точке зрения, таких цивилизационных типов внутри русской культуры, по крайнер мере, два: "славяно-европейский""русско-европейский"), существовавший до XIII в., и "российский" или "евразийский", сменивший в XIV в. первый и продолжающий свое развитие до настоящего времени.

Эпоха раннего Средневековья в Древней Руси характеризуется прежде всего языческими верованиями и связанными с ним культами. У русского книжника XII в. в "Слове об идолах" описывается язычество древних славян и основные этапы его развития.

Сначала (в эпоху первобытно-общинного строя) славяне "клали требы упырям и берегиням" (добрым и злым духам). Во время перехода от кочевой к оседлой жизни под влиянием средиземноморских культов "начали трапезу ставити Роду и рожаницам" - божествам плодородия (помощники Рода - Ярило и Купало, позже Сварог - бог неба и Вселенной и Сварожич - бог огня). Затем стали поклоняться "проклятому Перуну, и Хорсу, и Мокоши, и Вилам", Сварог же становится покровителем ремесленников-кузнецов.

В "Повести временных лет" описывается реформа князя Владимира (980 г.), который захватил Киев и поставил на холме над Днепром шесть богов: "постави кумиры на холму вне двора теремного: Перуна деревянна, а главу его серебряну, а ус злат, и Хорса, Даждьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь". Целями реформы было укрепление центральной власти, объединение племен (включены в пантеон и неславянские боги: Хорс - иранский бог, изображался в виде белого коня, Мокошь - финно-угорское божество, прототип Параскевы Пятницы) и утверждение новых отношений социального неравенства. Однако данная реформа не достигла своей цели, так как христианскими державами языческая Русь воспринималась как варварское государство, и в 988 г. князь Владимир решается на новую реформу.

Принятие христианства имело большое значение для Руси.

Во-первых, оно укрепляло государственную власть и территориальное единство государства. Во-вторых, уравнивало Киевскую Русь с другими христианскими странами. И в-третьих, играло огромную роль в развитии русской культуры, где произведения архитектуры, живописи, музыки создавались по образцам византийских, и даже главный собор Киевской Руси - Собор Св. Софии в Киеве - воспроизводил в своих основных принципах константинопольский Софийский собор.

Однако долгое время христианство и язычество сосуществовали (к примеру, курган XII в. - безусловно языческое явление, но покойник, захороненный в нем, - в крестике, значит, христианин). Таким образом, внешняя обрядовость преобладала над внутренним постижением сущности религии. Такое положение сохранялось до XIII в. в высокой среде, а в низкой, крестьянской - до XVI в. Однако церковь использовала языческие праздники, приспосабливая к ним христианские.

Так, языческие Святки (24 декабря - 6 января) были заменены христианским Рождеством (24 декабря) и Крещением (7 января).

День Ярилы с украшением березки был приравнен к Троицыну дню (сопровождаемому аналогичными обрядами).

День Рода (Перуна), который был кульминацией года с его жаркими, грозовыми днями, стал Ильиным днем.

Масленица осталась в календаре праздников, но была отодвинута за рамки Великого поста перед Пасхой.

Центром жизни средневекового крестьянина становится община, которая является гарантом взаимопомощи. Вне общины на Руси выжить было практически невозможно. Это объясняется неблагоприятными климатическими условиями, когда каждые восемь лет случался неурожай (к примеру, в Западной Европе урожайность была в два раза выше), а значит - голод, болезни, огромная детская смертность, где из восьми детей в семье шесть умирало, поэтому продать или отдать детей проезжему купцу считалось благом. Условия жизни были необыкновенно тяжелыми - понятия "детство" не существовало, с пятнадцати лет начиналась взрослая жизнь, средняя продолжительность которой равнялась приблизительно тридцати годам. Отсюда необходимость поддержки, безвозмездной помощи типа дожинок, помочей, строительства жилищ сообща. Поэтому самым страшным наказанием была не смерть, а изгойство, лишение помощи общины.

Эти особенности существования наложили отпечаток на психологический тип личности, менталитет и определили такие его черты, как стремление к стабильности существования, воспроизводству образа жизни и психологии в рамках общественной группы, узкий кругозор (за границей двух-трех верст - отсутствие представлений о мире, приводящее к вере в "псеглавцев", людей с железными головами и т. п.), одномерность и консерватизм, являющиеся тормозом предприимчивости, трудолюбие, усердие, а также экологичность мировосприятия, приводящая, с одной стороны, к хозяйскому, бережливому отношению к природе, а с другой - к отсутствию эстетического восприятия природы (к примеру, понятие "пейзаж" появляется только в XVII-XVIII вв., и граф Шереметьев шлет за границу письмо с просьбой привезти ему в Кусково "ландшафт со скотиной").

Письменность и литература восточных славян пережила несколько этапов становления.

На раннем этапе развития славяне использовали "черты и ризы" (не сохранившееся пиктографическое, т. е. рисуночное письмо), при помощи которых "чтаху" и "гадаху" (читали и гадали). Однако применение подобного письма было ограничено календарными знаками и знаками собственности.

Для записи же сложных текстов славяне использовали так называемую "протокириллицу" (запись славянских слов с помощью греческого алфавита).

Полагают, что братья-миссионеры Кирилл и Мефодий при создании славянской азбуки могли использовать древнерусские письмена. И во второй половине IX в. ими был создан глаголический алфавит, а на рубеже IX-X вв. - кириллица, возникшая в результате упрощения глаголицы.

До сегодняшнего времени дошло более 150 рукописных книг XI-XII вв., представляющих различные жанры. И этот факт, безусловно, свидетельствует о широком распространении книжной культуры в Древней Руси, так как преобладающее большинство из рукописных книг погибло в пожарах, в том числе и подлинник "Слова о полку Игореве", сгоревший в 1812 г. в Москве в доме графа Мусина-Пушкина.

Наиболее известными среди них стали:

Расцвет культуры домонгольской Руси (XII в. - 30-е годы XIII в.)

Начало XII в. отмечено дроблением Древнерусского государства и возникновением ряда крупных самостоятельных государств с разной экономикой и политикой, а также различной культурой. Подобное распадение цельного государства Киевская Русь на ряд удельных княжеств не привело между тем к разрушению единства русской земли, как это было на Западе. Оно сохранялось благодаря единству древнерусской культуры, воплощенному в общности языка, письменности, религии, церкви. В области же искусства государственно-политическая раздробленность даже способствовала его развитию.

Именно в это время возникают самостоятельные художественные школы: Новгородская, Владимирская, Галицко-Волынская. Для художественной культуры Новгорода свойственна рациональность, экономичность, простота. Связано это с особенностями политического устройства города, где демократический вечевой строй и отсутствие централизованной власти приводили к тому, что храмы и церкви сооружались на средства богатых людей, а не на деньги, выделяемые из казны князя (как это было при автократической форме власти в Киеве). Кроме того, на художественный стиль архитектуры повлиял суровый стиль жизни новгородцев, связанный с особенностями климата. Отсюда уменьшение масштабов церквей, упрощение их конфигурации. В основном это одноглавые четырехстолпные храмы со скупым декоративным убранством. Для внутреннего оформления новгородских церквей характерно отсутствие дорогой и трудоемкой мозаики ("искусства мерцающей живописи") и широкое распространение фресковой живописи, полной энергии и суровости.

Для искусства Владимиро-Суздальского княжества характерны изящество пропорций, обилие нарядной резьбы по белому камню, узорочье, многоглавие.

Наиболее значительными литературными произведениями этого времени стали "Моление Даниила Заточника", щедро наполненное афоризмами, пословицами, отрывками из Священного Писания и летописей, фольклорными образами, где автор, пострадавший от бояр, ищет заступничества у князя, а также "Слово о полку Игореве".

Монголо-татарское нашествие и его последствия.

Существует точка зрения, принадлежащая евразийцам и Н. Гумилеву, согласно которой монголо-татарское нашествие не привело к упадку русской культуры, так как активных военных действий со стороны Орды предпринято не было. Однако это воззрение не представляется адекватным реально происходящим событиям: так, с 1228 г. по 1462 г. на Руси было проведено 302 военные кампании и 85 крупных сражений, уподобивших Русь военному лагерю. Монголо-татарское иго - это 14 видов различных податей, "ордынский выкуп", который в совокупности составлял тонну серебра в год. Иными словами, средства, которые могли бы быть вложены в культуру, уходили на спасение народа от физического уничтожения. Все эти обстоятельства дают основание воспринимать ордынское иго как фактор, негативно сказавшийся на развитии русской культуры.

Нашествие существенно повлияло:

15.4. Свержение монголо-татарского ига и становление Московской Руси (XIV-XVII вв.)

Вторая половина XV в. отмечена подъемом национального самосознания и возрождением русской культуры. В это время центр общественно-политической и культурной жизни под натиском иноземных вторжений постепенно перемещается с юга на северо-восток, где с середины XIV в. устанавливается гегемония Москвы. Именно Московское княжество, преодолев феодальную раздробленность Руси, возглавило борьбу против Золотой Орды и к концу XV в. стало основой единого и независимого государства.

Становлению русского национального самосознания во многом способствовала доктрина православия "Москва - третий Рим", выдвинутая в XVI в. монахом Филофеем. Инок считал, что падение первого Рима было связано с переходом вселенской власти от языческих императоров к католическому первосвященнику. Вторым Римом стал Константинополь, столица Восточной Римской империи, центр православия. Гибель Византии Филофей связывал с греховным союзом греков с католиками. В этих условиях последним оплотом православия осталось Московское царство, где вскоре религиозные идеи избранничества стали отождествляться с имперской властью русского царя, а сама церковь попала в подчинение государству.

Литература и зодчество Руси

Основным жанром XIV-XV вв. становится воинская повесть, где доминирует тема монголо-татарского нашествия. "Повесть о разорении Рязани Батыем", "Слово о погибели Русской земли", "Сказание о подвигах и житии великого князя Александра Невского" полны высоким патриотическим чувством и поэтическим пафосом. Русская архитектура после монголо-татарского разорения переживала пору упадка и застоя, однако с конца XIII в. в зодчестве происходят важные изменения. В частности, новгородские постройки существенно обновляются за счет использования местного волховского плитняка, сочетающегося с валунами и кирпичом и пришедшего на смену плинфе. Изменению подвергается и конструкция храма, где из трех апсид остается одна, по-новому организующая алтарную часть. Среднерусские церкви строились из местного камня, их белили, чтобы известняк не выветривался. Их архитектурный облик оживлялся асимметричными крыльцами и папертями.

Живопись XIV-XV вв.

Это время расцвета монументальной живописи Новгорода, бывшего живописным центром Руси, а также Псковской, Новгородской и Московской иконописных школ. Большое влияние на развитие иконописи и фресковой росписи Новгорода оказал великий византиец Феофан Грек. Московская школа славна именем Андрея Рублева, с которым традиционно связывают семь икон праздничного ряда иконостаса Благовещенского собора, впервые упоминающегося в 1405 г. Тогда сообщается о его участии совместно с Феофаном Греком и Прохором с Городца в росписи Кремлевского Благовещенского собора. В 1408 г. художник вместе с Даниилом Черным расписывал Успенский собор во Владимире. Самое совершенное произведение Рублева - икона "Троица", происходящая из Троицкого собора Троице-Сергеева монастыря и находящаяся сегодня в собрании Третьяковской галереи, была написана в 10-е или 20-е гг. XV в. Столь же совершенны образы Спаса и Архангела Михаила из деисусного чина. В живописи рубежа XV-XVI вв. крупнейшим мастером был художник рублевского направления Дионисий (фрески собора Ферапонтова монастыря, "Сцены из жизни Богородицы и фигуры архангелов", "Распятие").

Московская живопись и зодчество постепенно лишалось региональной ограниченности и приобретало общерусский характер. Типичным образцом архитектуры этого времени становится Московский Кремль (рубеж XV-XVI вв.), соборы которого ориентируются не только на стиль Владимиро-Суздальского зодчества, подчеркивая преемственность Москвы от Владимира (Успенский собор архитектора Аристотеля Фиораванти), но и перенимают особенности западноевропейской ренессансной архитектуры (спроектированный Алевизом Новым Архангельский собор).

Русская архитектура освобождается от узкорелигиозной функциональности и выполняет роль светских сооружений - памятников.

Так появляются шатровые церкви, где в каменное строительство перенесены принципы деревянного зодчества - элементы шатрового храма (столпообразного сооружения с верхом в виде шатра). Один из лучших образцов этого стиля - церковь Вознесения в селе Коломенском. Площадь храма невелика - он создан прежде всего для обозрения снаружи как памятник важному событию - рождению наследника престола.

Аналогичную функцию выполняет собор Покрова, "что на рву", воздвигнутый в память о взятии Казани русскими зодчими Бармой и Постником Яковлевым в 1554-1561 гг. Ансамбль церкви состоит из девяти столпообразных храмов различной высоты с собственным фундаментом. Первоначально здание было выдержано в красной цветовой гамме с белым резным декором, с которым гармонировали главы, крытые белым железом, и цветные майоликовые украшения центрального шатра.

Аналогичную структуру имеет и церковь Усекновения главы Иоанна Предтечи в селе Дьякове, своим возведением отмечающая коронование нового правителя, в которой светское начало также превалирует над культовым.

XVII в. становится своеобразным временем перехода от Средневековья к Новому времени. Устойчивая ориентация на Восток и стремление к культурному традиционализму сменяется интересом к Западу. Западные влияния пронизывают все уровни общественной жизни, проникают в литературу, искусство, приводят к изменению мышления. В то же время русская культура продолжает причудливо совмещать в себе черты европейской государственности, восточной социальности и византийской религиозности. Наряду с интересом к внешней стороне западной культуры ее родовые черты - рационализм и индивидуализм - не находили сочувствия в русском человеке. Это состояние внутренней отчужденности к XVII веку даже усилилось из-за начавшегося на Западе движения протестантизма и борьбы за либеральную демократию и всеобщую свободу.

Тем не менее в литературе данного времени заметным становится усиление светских мотивов, ее обмирщение, происходит ее значительная жанровая трансформация. Так, появляется новый жанр - остросюжетная повесть ("Повесть о купце Дмитрии Басарге и сыне его Борзомысле"), житийный жанр трансформируется в повесть-житие (биографическую повесть): "Житие Улиании Лазаревской", "Житие протопопа Аввакума, им самим написанное" и т. п. Появляется русская бытовая повесть, которая, обращаясь к повседневной жизни людей, делает попытку проникнуть в психологию героев. Ее основная тематика - проблема молодого и старшего поколений, их взаимоотношений, вопросы нравственности, попытка осмысления феномена человека и его личных переживаний. Таковы "Повесть о Горе-Злосчастии", "Повесть о Савве Грудцыне", "Повесть о Фроле Скобееве".

В это время в среде посадского населения, подьячих, низшего духовенства, недовольных притеснениями феодалов, рождается новый жанр - демократическая сатира, непосредственно связанная с народным творчеством: "Повесть о Шемякином суде", "Повесть о Ерше Ершовиче". В XVII в. в русской литературе под влиянием польского силлабического стихосложения появилась рифмованная поэзия, основоположником которой был Симеон Полоцкий (пьесы "Комедия притчи о блудном сыне", "Трагедия о Навуходоносоре царе"), а продолжателями - его ученики Карион Истомин и Сильвестр Медведев.

В XVII в. наиболее распространенным, как и прежде, остается деревянное зодчество - как светское (не сохранившийся дворец царя Алексея Михайловича в селе Коломенском), так и культовое. Широко распространены были по России храмы клетские, шатровые, ярусные, многоглавые, как, к примеру, Преображенская церковь в Кижах, церковь Троицы в Никитниках.

Вскоре строительство шатровых церквей и использование аналогичных новшеств в культовом строительстве было запрещено патриархом Никоном, справедливо усмотревшим в новой архитектурной тенденции влияние светского начала и пытающимся возродить канонические традиции зодчества. Однако излюбленная шатровая кровля сохранилась вплоть до XVIII в. в сельской архитектуре и долго служила для венчания колоколен и крылец.

В самом конце XVII в. в русской архитектуре появился стиль, называемый нарышкинским, или московским барокко, главными композиционными принципами которого стали симметрия, ярусность, центричность, нарядность. Тонкая резьба из белого камня выглядела очень рельефно на фоне красных кирпичных стен. Вместо кокошников над карнизами помещались разнообразные декоративные элементы - так называемые петушиные гребешки, живо напоминавшие декоративное убранство западноевропейского барокко (церковь Покрова в Филях).

XVII в. отмечен переоценкой ценностей, когда все без исключения области культуры секуляризуются. В первой половине века разворачивается борьба двух живописных направлений, представляющих традиционную и новаторскую школы. Годуновская школа ориентировалась на монументальные традиции древнерусского искусства. Строгановская же школа пыталась наполнить культовую живопись не только религиозно-символическим, но и эстетическим смыслом. Эти произведения отличались виртуозным рисунком, пристальным вниманием к деталям, они использовали прямую, а не обратную перспективу и верные пропорции человеческого тела, они точно воспроизводили реальность и своим полихромным колоритом несли радость глазу. Однако поборник древнего благочестия протопоп Аввакум этим образцам противополагал аскетический дух древней иконописи:

"По попущению Божию умножилось в русской земле иконного письма неподобнаго. Изографы пишут, а власти соблаговоляют им, и все грядут в пропасть погибели, друг за друга уцепившеся. Пишут Спасов образа Эммануила - лицо одутловато, уста червонныя, власы кудрявые, руки и мышцы толстыя, и весь яко Немчин учинен, лишь сабли при бедре не написано. А все то Никон враг умыслил, будто живых писати... Старые добрые изографы писали не так подобие святых: лицо и руки и все чувства отончали, измождали от поста и труда и всякия скорби. А вы ныне подобие их изменили, пишете таковых же, каковы сами".

Во второй половине XVII в. наметился повсеместный отход от традиций древнерусского искусства и творческое освоение художественной культуры Запада эпохи Возрождения. Теперь основным признаком высокого мастерства и подлинного искусства становится соответствие правде жизни. Из живописи постепенно уходит условный мир древней иконы, а царские изографы С. Ушаков и И. Владимиров приближают к образу реальному образ идеальный. Более того, привлекательным для художников становится воплощение в красках реальных личностей, что приводит к появлению первого чисто светского жанра парсуны (от лат. рersona - личность, т. е. портрет реального лица). Этот новый жанр претерпел стремительную эволюцию от полуиконописных парсун начала века до вполне реалистических изображений конца столетия. Таким образом, можно заключить, что преобразования следующего века были естественным образом подготовлены развитием всех областей русской культуры XVII столетия.

Вопросы для повторения