Опубликован: 14.11.2016 | Доступ: свободный | Студентов: 7159 / 2739 | Длительность: 19:24:00
Специальности: Социолог, Психолог
Лекция 11:

Межличностное влияние и социальная власть

< Лекция 10 || Лекция 11: 12345678

11.4. Основы социальной власти (психологические аспекты)

Проблема власти имеет ряд аспектов. Психологические аспекты власти следует отнести к числу важнейших, поскольку именно в нашем сознании так или иначе преломляются направленные на нас воздействия со стороны других индивидов и групп. Задача любой власти состоит в таком воздействии на сознание людей, которое сможет побудить их вести себя соответствующим образом. Говоря о социальной власти, психологи имеют в виду потенциальное социальное влияние, т.е. способность (и возможность) одного человека или группы влиять на других. Власть всегда имеет под собой определенную основу. В каждом конкретном случае можно найти такую основу, своеобразный источник, который дает начало ее влиянию. Именно специфика того или иного основания власти во многом определяет ее силу, продолжительность воздействия на людей и другие характеристики.

Американские психологи Д. Френч и Б. Рэйвен предложили классификацию различных основ власти. Были выделены власть вознаграждения, принуждения, экспертная, информационная, референтная и легитимная (Raven and Rubin, 1983; Raven, 1992).

Первоначально типологический анализ этих источников власти был сосредоточен на способах, посредством которых руководители низшего звена влияют на работников. Затем данная типология была использована при изучении ряда других сфер социального взаимодействия. Обратимся к рассмотрению этих источников власти.

Власть вознаграждения основана на способности агента влияния каким-либо образом наградить другое лицо ("мишень") в случае признания позитивных итогов деятельности последнего. Так, отец может пообещать своему сыну-школьнику увеличить выдаваемую ему на карманные расходы сумму, если тот будет меньше времени уделять компьютерным играм, а больше - учебе. Другие примеры использования власти вознаграждения: преподаватель, говорящий студенту на экзамене, что поставит ему сразу отличную оценку, если тот ответит на один-единственный трудный вопрос; руководитель, обещающий работнику более высокую заработную плату за повышение им производительности своего труда. В качестве возможных вознаграждений в организациях выступают также премии, продвижение по служебной лестнице, более высокий разряд, получение нового рабочего инструмента, интересное трудное задание, заграничная командировка и т.д.

Попытки использования власти вознаграждения характерны для избирательных кампаний. Так, в подавляющем большинстве программ кандидатов на те или иные выборные посты содержатся обещания всевозможных льгот для различных категорий населения. Итоги голосования показывают, в определенной степени, насколько действенными, исходя из итогов голосования, оказались эти обещания.

Власть вознаграждения предполагает наличие определенных ресурсов, которыми субъект влияния может распоряжаться. Важность получения контроля над ресурсами хорошо понимают те, кто занимается деятельностью в сфере политики или бизнеса. Поэтому люди вступают в острую предвыборную борьбу, стремятся занять ключевые места в различных комитетах и компаниях.

Власть принуждения основана на страхе. Она подразумевает способность агента влияния так или иначе наказать объект влияния, лишить его каких-то благ. Примеры использования власти принуждения: отец, угрожающий отшлепать своего сына школьника, если он не станет больше времени уделять учебе, а меньше - компьютерным играм; преподаватель, заявляющий студенту на экзамене, что поставит ему неудовлетворительную оценку, если тот не ответит на заданный вопрос; руководитель, грозящий своему работнику увольнением, если тот не увеличит производительность своего труда. Вероятность получения того или иного наказания нередко выступает для человека в качестве мотивационный силы, побуждая его действовать соответствующим образом.

Другие формы вознаграждения и наказания являются более личными. Так, согласие, признание, одобрение, симпатия, любовь могут рассматриваться как своеобразные продукты личных отношений, которые индивид предлагает или, наоборот, от которых воздерживается, исходя из уступчивости или неуступчивости другого лица. Неодобрение, неприязнь, враждебность могут быть скрытыми или явными угрозами в связи с неуступчивостью. Такие личные вознаграждения и наказания зачастую оказываются более эффективными, чем безличные формы воздействия. Сплошь и рядом мы слышим о том, как подростки оказываются правонарушителями только ради того, чтобы заслужить одобрение своих сверстников. Нередко нам приходится слышать и о родителях, использующих угрозы и неодобрение с тем, чтобы добиться послушания своих детей.

Обещание вознаграждения или угроза наказания считаются почти синонимами власти (в общеупотребительном смысле этого понятия) и, таким образом, высоко эффективными приемами влияния. Вознаграждения и наказания обычно рассматривают как две стороны одной медали. Следует отметить необходимость определенных пропорций в использовании власти вознаграждения и принуждения. По данным отечественных исследований, злоупотребление руководителей производственных организаций наказаниями негативно влияет на социально-психологический климат коллектива, уровень дисциплины (Свенцицкий, 1983).

Данные ряда эмпирических исследований, проведенных на Западе, показывают, что использование вознаграждений более предпочтительно, чем обращение к принуждению. Для этого есть следующие основания. При использовании власти принуждения у подчиненного лица возникает негативное отношение и к руководителю, и к данной ситуации. Поэтому принуждение может побуждать подчиненного полностью выйти из этой ситуации. Хотя определенный контроль со стороны руководителя необходим и при вознаграждении, и при принуждении, очевидно, что контроль легче осуществлять, используя вознаграждения. Ведь для того, чтобы получить вознаграждение, работник будет стремиться к тому, чтобы плоды его труда были видны руководителю. И наоборот, при обращении руководителя к принуждению работник будет пытаться скрыть свое неподчинение, чтобы избежать наказания. Обнаружено также, что использование принуждения вызывает взаимное недоверие руководителя и подчиненного. В целом использование в качестве основы власти возможности вознаграждения или наказания приводит лишь к изменениям в поведении "мишени", не затрагивая ее убеждений, установок или ценностей.

Власть экспертная основана на том, что "мишень" приписывает агенту влияния значительное превосходство в знаниях или опыте. При наличии такой веры экспертная власть также будет итогом личного признания со стороны "мишени". Мы следуем советам специалиста, например, врача или юриста, поскольку за этими советами стоят годы профессионального обучения и соответствующей практики, хотя можем не понимать всех его объяснений. Так, ученик полагается на знания своего учителя, который говорит ему: "Поверь мне на слово и используй эту формулу. Она здесь подходит. Возможно, позднее ты поймешь - почему". В магазине мы учитываем рекомендации продавца-консультанта, который рассказывает нам о достоинствах той или иной марки телевизора. Приехав в незнакомый город, мы обращаемся к прохожему с просьбой сказать, где находится нужная нам улица, и далее следуем по указанному им пути. В данном случае этот прохожий имеет над нами экспертную власть, хотя он и не является "экспертом" в каком-либо формальном смысле. Однако мы учитываем, что он, будучи местным жителем, гораздо лучше нас знает этот город.

Поскольку профессиональные знания и умения более или менее ценятся в любом обществе, к использованию экспертной власти обращаются во многих сферах жизнедеятельности. Так, какой-либо менеджер может быть известен в своей организации как большой специалист по какому-то кругу вопросов и в соответствующих случаях полагаться на данный источник власти. При этом власть менеджера будет обусловлена совсем не его официальным рангом, а именно ролью эксперта.

Особое значение экспертной власти, на наш взгляд, состоит в том, что она обладает свойством своеобразной иррадиации - распространения силы власти за пределы данной специфической сферы. Иначе говоря, признавая высокую компетентность какого-либо специалиста в какой-то конкретной области, мы порой полагаем, что он является столь же компетентным и в ряде других областей.

Исходя из указанной особенности экспертной власти, некоторые политические деятели стремятся продемонстрировать свои познания также и в иных областях, полагая, что это может способствовать их политическому авторитету. Возьмем, например, случай, произошедший во время кампании по выборам президента в Польше в середине 90-х гг. В одном из городов, в помещении клуба какого-то предприятия собралась публика на встречу с Лехом Валенсой, президентом страны, вторично претендовавшим на этот пост. Не успел Валенса сказать и нескольких слов, как неожиданно отказал микрофон. Тогда президент громко, как только мог, обратился к залу: "Есть у кого-нибудь с собой отвертка?" Она нашлась у одного из присутствующих и была передана Валенсе. Президент разобрал микрофон, затем снова собрал и, убедившись, что он работает, с напускным ворчанием сказал: "Ну вот, приходится мне в Польше все делать самому". Валенса, начинавший трудовой путь как электрик на Гданьской судоверфи, стремился здесь продемонстрировать публике свои незабытые умения. Правда, как свидетельствовала потом пресса, подобные отказы микрофона случались нередко и на других предвыборных выступлениях Валенсы в других городах, и всегда при этом в зале находился человек с отверткой. Как видим, Валенса полагал, что знания электрика благотворно влияют на его политический имидж.

Экспертная власть широко используется в рекламе. Например, в одном из роликов, показываемых по отечественному телевидению, зритель сначала видит стайку резвых собак, затем на экране появляется человек, называемый по имени и фамилии, который представлен как ведущий собаковод. Этот специалист кратко рассказывает о преимуществах сухого корма для собак.

Однако когда мы начинаем подозревать, что тот или иной человек использует свои якобы превосходные знания, пытаясь повлиять на нас ради своих эгоистических мотивов, то желания следовать советам этого человека не возникает, и мы поступаем совсем наоборот. В данном случае можно говорить о негативном экспертном влиянии. Если мы подозреваем, что продавец в магазине спорттоваров убеждает нас купить велосипед данной марки именно потому, что запасные части к нему имеются только в этом магазине, мы, по всей вероятности, не купим такой велосипед. В противном случае мы оказались бы в известной степени "привязанными" к данному магазину. Таким образом, негативное экспертное влияние является следствием нашего недостаточного доверия к лицу, пытающемуся повлиять на нас. Вообще стремление человека поступать противоположным образом в ответ на чье-либо воздействие называется "эффектом бумеранга", который может проявляться при использовании и власти референтности (см. ниже).

Власть информационная. Начнем с примера, который приводят в своем учебнике "Социальная психология" Б. Рэйвен и Д. Рубин. Предположим, что некто просит нас решить следующую задачу: "Несколько уток плывут по течению в определенном порядке. Две впереди, две в середине и две замыкают этот строй. Какое самое меньшее количество уток может плыть в таком порядке?" Вероятно, вы скажете: "Шесть, поскольку каждый знает, что трижды два равно шести". Однако человек, давший нам эту задачу, говорит, что правильный ответ - четыре. В доказательство он показывает нам картинку, на которой изображены утки, плывущие "змейкой": первая и вторая впереди, вторая и третья в середине, третья и четвертая замыкают строй. И вдруг вы видите все это, так что ответ "четыре" становится совершенно понятным. Если в будущем данный человек или кто-либо другой предложит вам эту задачу, вряд ли вы дадите другой ответ.

Итак, перед нами пример информационного влияния, можно сказать, в "чистом виде", так как решающим фактором здесь является содержание сообщения. В результате ваш опыт подвергается резкому изменению, и в итоге вы видите задачу в совершенно ином свете. Таким образом, главная черта информационного влияния - определенное когнитивное изменение. И это изменение полностью независимо от влияющего на нас лица. Изменили бы мы свое мнение относительно решения указанной задачи, если бы человек, давший ее нам, покинул эту комнату и мы бы больше не увидели его никогда? Изменили бы мы свое мнение, если бы наш друг сказал, что данный человек не является экспертом ни по математике, ни по движению уток, или если бы мы узнали, что он умственно неполноценен? Появилось бы какое-то различие, если бы мы внезапно почувствовали неприязнь к данному человеку или если бы другой наш товарищ заявил, что он на самом деле не имел никакого права давать нам ответ? Такие вопросы задают читателю Рэйвен и Рубин, сразу же отвечая, что это маловероятно, поскольку в данном примере значимой является информация сама по себе, а не человек, который ее сообщает.

Итак, информационная власть проистекает из убедительного содержания какого-либо сообщения самого по себе. Подобной информацией может обладать тот или иной индивид, который совсем не является экспертом в данном отношении. Например, родители могут убедить своего ребенка, что телевидение препятствует интеллектуальному росту. Товарищ может повлиять на нас, чтобы мы отправились в кино, дав нам информацию о том, что наш любимый актер снялся в этом фильме.

Информационная власть может приводить к интернализованным и устойчивым изменениям убеждений, установок или ценностей "мишени". В противоположность рассмотренным основам власти информационная власть не зависит ни от личности агента влияния, ни от взаимоотношений агента и "мишени". Вместо этого информационная власть базируется на том, насколько надежной и достоверной воспринимается определенная информация "мишенью".

Сказанное еще раз подчеркивает роль средств массовой информации в современном обществе. Не зря издавна прессу стали называть "четвертой властью" (в дополнение к власти законодательной, исполнительной и судебной). А в наше время к "четвертой власти" относятся еще радио и телевидение. Вот почему в любом обществе можно наблюдать порой острую борьбу за средства массовой информации, контроль над ними. "Четвертая власть" формирует общественное мнение многообразными способами: то в нужный момент дается новая информация, то, наоборот, какие-то события умышленно замалчиваются, то уже известные факты рассматриваются в новом свете, то, наоборот, сообщая о каких-то новациях, их преподносят в виде повторения пройденного.

Власть референтная основана на идентификации "мишени" с агентом влияния, на чувстве общности с ним. Это может быть результатом восхищения данным агентом, когда он воспринимается как образец для подражания. Тогда "мишень" стремится изменить свое поведение в соответствии с действиями агента влияния, чтобы быть похожим на него. В качестве примеров таких образцов для подражания могут выступать политические лидеры, звезды кино и эстрады. Подобный тип власти можно наблюдать порой и в организациях, когда тот или иной руководитель, пользующийся большой популярностью, вызывает у своего персонала восхищение и желание повиноваться.

Воздействие референтной власти на одного и того же человека проявляется по-разному, в зависимости от ситуации, в которой он находится. Хотя следующая мысль может показаться кому-то парадоксальной, однако, будучи за границей, мы в большей степени осознаем себя гражданами России, чем в своей стране. Находясь дома, мы подчас резко критикуем действия нашего правительства, однако, если мы слышим за границей подобные высказывания со стороны иностранцев, это обычно рождает у нас чувство протеста.

Порой можно отметить особенно яркие случаи проявления референтной власти, когда какой-либо человек оказывает мощное влияние на других людей, иногда на тысячи и миллионы, именно за счет необычайных качеств своей личности, своеобразного магнетизма. Такая власть называется харизматической.

Референтное влияние может проявляться и в негативных формах. Иногда мы решительно отмежевываемся от других, придерживаясь точки зрения, отличной от их мнения, только потому, что эти другие несимпатичны нам. Так, лауреат Нобелевской премии поэт И. Бродский, уже будучи в эмиграции в США, узнал, что советский (был конец 80-х гг.) поэт Е. Евтушенко выступил в печати с критикой колхозной системы. Бродский, испытывавший чувство неприязни к Евтушенко, тогда воскликнул: "Если Евтушенко против колхозов, тогда я - за колхозы". Конечно, такую эмоциональную реакцию не следует рассматривать как выражение политико-экономических взглядов Бродского, немало натерпевшегося от советской власти. Однако этот пример хорошо показывает, что такое негативное референтное влияние (или "эффект бумеранга").

Использование негативной референтной власти нередко практикуется в избирательных кампаниях. Так, за несколько дней до выборов президента России в марте 2000 г. в информационной программе телевизионного канала ОРТ был показан следующий сюжет. Несколько представителей гей-движения заявляют о своей поддержке одного из кандидатов в президенты. На экране хихикающие женоподобные мальчики говорят: "Каждый, кому не лень, в метро или магазине может сегодня обозвать нас "педиками" и "гомиками". Нам нужна поддержка и защита. В лице кандидата мы видим эту поддержку". Проявляя подобие объективности, автор сюжета добавляет: "Не исключено, что собрание в гей-глубе - пример грязной предвыборной технологии. Но, кстати, многие видные политики за рубежом делали себе карьеру на поддержке сексуальных меньшинств". Понятно, что сверхзадача этого сюжета - оказать негативное референтное влияние на подавляющее большинство избирателей с традиционной сексуальной ориентацией.

Следует заметить, что использование негативной референтной власти в избирательных кампаниях имеет давнюю традицию. Очевидно, что в античном городе Помпеи была в самом разгаре избирательная кампания, когда он был разрушен при извержении вулкана Везувия. Когда современные археологи очистили золу с городских стен, на одной из них нашли такие призывы: "Голосуйте за Ватиуса; все развратники голосуют за него". "Голосуйте за Ватиуса: все пьяницы и лежебоки голосуют за него". "Голосуйте за Ватиуса: все неверные жены голосуют за него". Помогло ли это использование негативной референтной власти оппонентам Ватиуса одержать верх над ним? Мы никогда не узнаем этого, так как вулканическая лава уничтожила город и все его письменные свидетельства (White, 1972).

Власть легитимная базируется на убеждении "мишени", что агент влияния имеет законное право осуществлять свое влияние и что "мишень" обязана подчиняться ему. Это приводит к личному одобрению "мишенью" действий агента влияния, и потому не требуется надзора с его стороны. Главное основание подчинения легитимной власти может быть выражено следующей фразой: "Я делаю так, как он говорит, потому что он имеет право требовать от меня сделать это, и поэтому я обязан повиноваться". Итак, данное право обязательно должно быть признано лицом, на которое осуществляется воздействие. Например, когда человек заявляет: "По правде говоря, мне не хочется этого делать, но поскольку такое распоряжение отдал мой руководитель, я его выполню".

"Долг", "обязанность", "необходимость" и подобные слова свидетельствуют о взаимоотношениях с легитимной властью. Такая власть наиболее явственна в организациях с четкой формальной структурой - в армейских подразделениях, индустриальных организациях, правительственных органах. В общем, многие работники в различных официальных организациях считают, что те лица, которые находятся выше их по служебной лестнице, облечены властью на законной основе. Предполагается, что такой тип власти может в наименьшей степени вызывать раздражение у подчиняющегося лица. Во всяком случае, легитимная власть является функцией позиции руководителя в организации и не зависит от каких-либо его личностных черт.

Само по себе пребывание какого-либо лица в позиции, наделенной той или иной официальной властью, еще не гарантирует ему легитимной силы по отношению к нижестоящим. Так, если последние считают, что этот руководитель получил данный пост нечестным путем или случайно, не по заслугам, то его распоряжения, скорее всего, будут иметь незначительную законную силу. Нередко бывает так, что недавно назначенный руководитель, мало известный до того в организации, лишь с течением времени, при условии своей успешной деятельности на этом посту приобретает легитимную власть в полном смысле.

Легитимная власть проявляется не только в официальных организациях, но и в менее формальных социальных единицах. В традиционной российской семье отец часто принимает на себя легитимную власть в определении обязанностей членов семьи и их распорядка дня. Мать может иметь легитимную власть, решая, как украшать квартиру или что семья будет есть за обедом. Дети имеют меньшую легитимную власть, хотя, возможно, им может быть предоставлено право решать, куда именно семья отправится в воскресенье на загородную прогулку.

Легитимность неформальной власти обусловлена также особенностями культуры данной общности людей. Например, в узбекской семье (особенно сельской) воля ее главы - мужа, отца намного более значима для всех ее членов, чем в российской семье. Отметим также, что в некоторых культурах (в Средней Азии, на Кавказе) легитимный вид власти приходит к мужчине вместе с его почтенным возрастом. Слово аксакала, старейшины, традиционно наделяется здесь гораздо большей законной силой, чем во многих других местностях.

Имеются и другие формы легитимной власти, которые являются более тонкими, вытекающими из других социальных норм.

Легитимная власть взаимности основана на следующем положении: "Я делаю что-то для вас, поэтому вы, в свою очередь, должны чувствовать обязанность сделать нечто для меня". Это можно назвать стремлением "дать, чтобы взять".

Приведем примеры. Так, некий человек предлагает взятку какому-то должностному лицу, а тот ее берет. Далее предполагается, что у этого должностного лица появляются вполне определенные обязательства перед взяткодателем. Можно даже сказать, что это должностное лицо находится во власти взяткодателя, так как последний определяющим образом влияет на его поведение.

Другой пример. Некто из новых знакомых приглашает нас к себе в гости, а мы принимаем это приглашение. Через какое-то время этот человек опять зовет нас к себе в гости, и мы идем снова. В итоге наши нравственные чувства говорят нам, что мы также должны пригласить к себе в гости этого человека. Легитимная власть взаимности начинает господствовать над нами.

Легитимная власть справедливости основана на таком положении: "Я работал усердно и терпеливо, поэтому у меня есть право требовать от вас сделать что-нибудь, чтобы возместить мои затраты". Это может быть также названо "компенсаторной нормой". Например, отец или мать обращается к своему нерадивому отпрыску с такими словами: "Мы все делаем для тебя. Мы устроили тебя в хорошую школу. Мы купили тебе компьютер. Мы наняли тебе репетитора. Пора уже тебе взяться за ум и больше заниматься учебой". Можно сказать, что родители, вложившие много сил и денег в обеспечение учебы сына, "законно", "по справедливости" требуют от него ответных усилий.

Легитимная власть ответственности (или зависимости) основана на том, что у нас есть обязательства помогать другим - тем, кто не может помочь себе сам, или тем, кто зависим от нас. Эта форма легитимной власти иногда называется "силой слабости". Социальные нормы современного цивилизованного общества подчеркивают обязанность помогать тем, кто слабее нас, оказался не столь удачлив в жизни и обездолен судьбой. Так, слепой человек вполне "законно" обращается к зрячему с тем, чтобы тот перевел его через улицу. Ребенок, который имеет незначительную формальную легитимную власть в семье, может "законно" попросить отца помочь ему зашнуровать свои ботинки. Менеджер низшего звена может сказать своим работникам: "Я не собираюсь заставлять вас следовать моему методу, но для меня крайне важно, чтобы вы делали именно так. Я очень надеюсь на то, что вы сделаете это для меня".

Различие между данной и другими формами легитимной власти может быть весьма значительным. Например, американский психолог Пола Джонсон обнаружила, что мужчины-менеджеры низшего звена предпочитали использовать более официальную форму легитимности. Женщины-менеджеры того же управленческого уровня обычно обращались к власти зависимости (Johnson, 1976).

Легитимная власть зависимости обычно используется теми людьми, которые чувствуют недостаточность у себя других форм власти. Есть немало свидетельств того, что женщины вообще чаще, чем мужчины, прибегают к такой власти. Не зря говорят: "Сила женщины - в ее слабости". Отмечено, что дети и представители тех или иных меньшинств, находящихся в неблагоприятном положении, также обращаются к власти зависимости.

Легитимная "сила слабости" порой проявляется даже на международном уровне. Так, в 70-е гг. между Великобританией и Исландией возник спор по поводу принадлежности некоторых богатых рыбой акваторий Атлантического океана. При этом исландские власти делали акцент на том, что Исландия гораздо слабее Великобритании в экономическом отношении, и потому последняя должна пойти на уступки. Когда этот спор достиг своей высшей точки, одна из лондонских газет с неудовольствием заявила: "Исландия должна прекратить эксплуатацию того факта, что она является маленькой и слабой страной по сравнению с большой и могущественной".

Еще один пример из собственного опыта автора этих строк, которому довелось летом 1968 г. в составе делегации ЦК ВЛКСМ принять участие в фестивале дружбы молодежи СССР и Японии в г. Саппоро. В рамках фестиваля состоялся ряд встреч с японскими политическими деятелями. На этих встречах они постоянно поднимали вопрос (неразрешенный до сих пор) о так называемых северных территориях - четырех островах Большой Курильской гряды, на которые претендует Япония. При этом японцы обычно начинали свои выступления примерно так: "Велик и могуч Советский Союз. На тысячи километров протянулись его просторы с запада на восток, с севера на юг. Богаты его недра..." и т.п. А под конец следовало: "Почему же вы так держитесь за эти маленькие каменистые острова?" Подтекст ясен: если вы уступите их Японии, России от этого не убудет.

Рассмотрев различные основания власти, отметим, что они не являются независимыми друг от друга (Baron, 1983). Они часто проявляются не обособленно, а в различных сочетаниях. Более того, использование одного типа власти может сильно повлиять на другие.

Так, обращение к власти принуждения часто ослабляет референтную власть, поскольку людям свойственна неприязнь к тем, кто наказывает их. Другой подобный пример: поскольку лица с высоким статусом, как правило, привлекательны для других людей, то наличие легитимной власти нередко приводит к возрастанию референтной власти. А референтная власть, в свою очередь, может увеличивать и экспертную, и легитимную власть, поскольку людям кажется, что привлекательные персоны обладают еще и многими другими позитивными чертами. Таким образом, можно говорить о взаимозависимости различных типов власти.

Конечно, чем больше источников власти имеет тот или иной человек в своем распоряжении, тем успешнее он сможет воздействовать на других людей. Однако недостаточно обладать потенциальной возможностью проявления тех или иных форм власти. Необходимо, чтобы объекты влияния - подчиненные в организации или другие люди были убеждены в этих возможностях субъекта влияния. Так, какой-либо официальный руководитель располагает возможностями поощрения или наказания подчиненных, имеет большие профессиональные знания, чем они, и т.д., но если эти подчиненные не уверены, что руководитель обладает всеми этими атрибутами, они будут не склонны с готовностью выполнять его распоряжения. Очевидно, что официальному руководителю следует осуществлять определенную подготовку для проявления своей власти.

Американский психолог Б. Рэйвен приводит ряд таких "стратегий самопрезентации".

Обоснование информационной власти. Для этого субъект влияния может дать объекту влияния некоторую общую информацию, которая будет основой для последующего убеждения.

Запугивание. Чтобы эффективно использовать принуждение, важно продемонстрировать объекту влияния, что в распоряжении субъекта влияния имеются не только соответствующие средства, но и готовность прибегнуть к ним в случае необходимости. Угроза увольнения не подействует на работника, если он действительно не почувствует, что менеджер готов привести в исполнение эту угрозу.

Очарование. Для того чтобы использовать личную форму вознаграждения, наказания или референтной власти, субъект влияния может сначала попытаться снискать расположение объекта влияния с помощью уместных комплиментов, лести и т.п.

Подчеркивание общности. Чтобы установить референтную власть, субъект влияния может формировать у объекта влияния чувство общности с собой. "Посмотрите, - может сказать менеджер, - мы действительно составляем одну команду, пытаясь сделать эту работу".

Самодемонстрация. Для использования экспертной власти в ряде случаев полезно проявить свое превосходство в знаниях. Так, мастер может сказать рабочему, сколько времени он учился выполнять какую-то конкретную операцию и какой у него стаж этой деятельности.

Авторизация позиции власти легитимности. Чтобы обосновать позицию своей официальной легитимной власти, менеджер может деликатно отметить, что он, в конце концов, является тем лицом, которое отвечает за эту работу.

Создание благоприятных условий для легитимного взаимодействия. Чтобы установить эту форму легитимности, субъект влияния может сначала проявить какую-либо благосклонность к объекту власти или подчеркнуть, что различная помощь была оказана ему в прошлом.

Введение наказуемости для установления легитимности беспристрастности. Субъект влияния может ввести наказуемость для того, чтобы обосновать легитимность своей беспристрастности. Так или иначе влияющее лицо, возможно, убеждает объект влияния, что если последний причинит какой-то вред, то первый имеет право на компенсацию.

Демонстрация эффективного наблюдения. Так как для обеспечения власти принуждения и власти вознаграждения необходимо наблюдение, субъект влияния, рассчитывающий использовать эти основания власти, возможно, найдет необходимым определить для себя, в состоянии ли он установить, насколько исполнены его требования со стороны подчиненного. Такие предварительные меры особенно необходимы при использовании принуждения. Ведь если субъект влияния обещает какое-то вознаграждение объекту влияния, то он, конечно, будет сам заинтересован продемонстрировать плоды своего повиновения.

Таким образом, обращение к подобным средствам самопрезентации в конечном итоге служит целям укрепления и повышения эффективности власти.

Сравнительно недавно Рэйвен предложил более обстоятельную модель межличностного влияния, в которой процессы власти и влияния рассматриваются в динамике (Raven, 1992). В соответствии с данной моделью агент влияния - это лицо, рационально принимающее решения, которое соотносит затраты с возможной выгодой использования имеющихся у него в распоряжении основ власти, прежде чем обратиться к одной из них, чтобы повлиять на "мишень".

Рэйвен рассматривает межличностное влияние как серию "шагов", - и с точки зрения агента влияния, и с точки зрения "мишени". Его модель включает в себя также возможные последствия попыток влияния, такие как ряд некоторых изменений. Это изменения в мотивации агента с целью повлиять на "мишень", в оценке имеющихся в распоряжении агента влияния основ власти, в восприятии себя и "мишени". Со стороны "мишени" также могут наблюдаться различные эффекты как результат попыток влияния. Наряду с согласием "мишени" относительно какого-либо воздействия и ее заметной уступчивостью отмечаются изменения в ее восприятии себя и агента влияния.

< Лекция 10 || Лекция 11: 12345678
Виктория Бабурина
Виктория Бабурина

повышение квалификации "Социальная психология", "Муниципальное уравление"

Марина Братчикова
Марина Братчикова

Могу ли я за один день изучить несколько лекций (предположим 2-3) и пройти тесты?