Личность в социальном мире

4.1. Понятие о личности

Хотя все современные люди принадлежат к одному и тому же виду Homo sapiens (человек разумный) и имеют единую природную основу, каждому индивиду свойственна особая уникальность, которая находит свое выражение в его личности. В современной науке насчитывается, пожалуй, больше сотни различных определений понятия "личность", и любое из этих определений обычно подчинено той или иной теоретической концепции его автора и его методическому инструментарию для проверки данной теории.

Во всех современных определениях личности обязательно подчеркивается ее общественная природа, включенность в ту или иную систему социальных отношений. Любая личность представляет собой своеобразный эффект биологического, психологического и социального в человеке. Это постоянно проявляется в его связях с социальным окружением. Известный генетик академик Н.П. Дубинин пишет:

"Следует признать, что генетическая программа человека испытывает огромное влияние социальных факторов. В ее содержании записаны итоги социогенеза, в процессе которого благодаря гармонизирующей эволюции сложились уникальные генетические основы современного человека. Эти итоги записаны в генетике и проявляются на биологическом уровне... до вступления человека в систему социальных взаимосвязей ведущим фактором его развития служит генетическая программа, записанная в молекулах ДНК. После рождения ребенка она вступает в интегративные связи с различными факторами социальной среды" (Дубинин, 1983. С. 56).

Особенности культуры данного общества в целом, конкретного исторического периода, принадлежность личности к тому или иному социальному классу, слою, какой-либо организации или группе накладывают свой отпечаток на черты личности, формируют определенные образцы ее поведения. При этом людям присущи и определенные индивидуально-психологические различия. Их постоянное "переплетение" с социальными характеристиками создает в итоге уникальность каждой личности. С.Л. Рубинштейн отмечал: "Человек есть индивидуальность в силу наличия у него особенных, единичных, неповторимых свойств; человек есть личность в силу того, что он сознательно определяет свое отношение к окружающему" (Рубинштейн, 1959. С. 122).

Как бы мы ни определяли личность, ее понимание в любой современной концепции исходит из тенденции видеть в самом индивиде главный источник регуляции собственного поведения. Вот почему можно согласиться с самым, пожалуй, коротким определением понятия "личность", которое дает К.К. Платонов: "Личность - человек как носитель сознания" (Платонов, 1984. С. 61). Именно сознание как состояние собственного бытия отличает человека от других живых существ. Важнейшим проявлением сознания каждого человека как своеобразного отражения реальности является самосознание. Это выделение человеком себя из окружающего мира, противопоставление себя (своего Я) всему другому (не-Я), осознание себя, своих целей, действий, переживаний, собственного внутреннего мира.

Любая личность подвержена воздействиям со стороны общества на макроуровне и микроуровне. Под макроуровнем имеется в виду "широкая" социальная среда, вплоть до уровня всей мировой общественной системы, но, конечно, в первую очередь следует отметить роль влияний того конкретного общества, к которому принадлежит личность. Нельзя не упомянуть здесь воздействия государства в целом и тех или иных его органов на личность.

Микроуровень - это ближайшее социальное окружение личности: ее семья, круг друзей, коллеги по работе, соседи и т.п., т.е. все люди, с которыми непосредственно общается и взаимодействует личность в тех или иных ситуациях повседневной жизни. Наблюдаемые эффекты различных воздействий макро- и микросреды на психику и поведение личности дают богатую пищу для социально-психологического анализа.

Личность является не только объектом тех или иных воздействий со стороны окружающей социальной среды, но и субъектом деятельности. Именно в сознательной целенаправленной деятельности личность формируется, совершенствуется и проявляет себя. Будучи членом различных социальных групп и общества в целом, каждый из нас каким-либо образом влияет на других людей, общаясь с ними в сферах труда, учения и досуга. Воздействует личность и на макросреду. Голосуя за того или иного кандидата на выборах, принимая участие в каких-либо демонстрациях или забастовках, личность выступает как субъект политической деятельности, оказывая влияние на преобразование макросреды. Более того, личность - это субъект исторического процесса, ибо каждый человек выступает в нем как действующее лицо.

4.2. Я-концепция и самооценка

Психологический термин Я в русском языке неоднозначен. С одной стороны, Я - это, как уже говорилось, результат выделения человеком самого себя из окружающей среды, что позволяет ему ощущать и переживать собственные физические и психические состояния, осознавать себя субъектом деятельности. С другой стороны, собственное Я человека является для него и объектом самопознания.

В этом случае в состав Я человека входит его самовосприятие и самопонимание. Иначе говоря, то, каким данный человек видит себя и как он истолковывает себе свои действия, составляет Я-концепцию личности. Это своеобразная психология и философия собственного Я. В соответствии со своей Я-концепцией человек и осуществляет свою деятельность. Поэтому поведение человека является всегда логичным, с его точки зрения, хотя оно может не казаться логичным на взгляд других людей.

Каждый из нас не только видит себя определенным образом, но также оценивает себя и свое поведение. Такой оценочный аспект Я называется самооценкой. В таблице 4.1 представлена шкала, обычно используемая для измерения самооценки (Rosenberg, 1979). Использование этих положений позволяет выявить общую оценку, которую индивид дает себе.

По данным исследований (Taylоr et al., 1994), люди с высокой самооценкой думают о себе хорошо, ставят перед собой соответствующие цели, принимают во внимание мнения других людей для увеличения своих успехов, хорошо справляются с трудными ситуациями. Люди с низкой самооценкой, с другой стороны, не очень хорошо думают о себе, часто выбирают нереалистические цели или вообще уклоняются от каких-либо целей, с пессимизмом смотрят в будущее и враждебно реагируют на критику или другие виды негативной обратной связи.

Вдобавок к общей самооценке каждый человек имеет специфические, парциальные, оценки своих способностей в отдельных сферах. Например, какой-либо студент может иметь высокую самооценку в целом, но при этом знать, что ему трудно поддерживать разговор с малознакомыми людьми и он не очень музыкален. Другой студент может иметь низкую самооценку в целом, но знать, что он является хорошим вратарем факультетской футбольной команды.

Таблица 4.1 Шкала самооценки

Прочитайте каждое из приведенных ниже положений и затем отметьте, насколько точно каждое из этих положений характеризует вас, используя приведенную в инструкции шкалу оценок:

Инструкция для подсчета баллов

0 = крайне нехарактерно (совсем непохоже на меня)

1 = нехарактерно (довольно непохоже на меня)

2 = ни характерно, ни нехарактерно

3 = характерно (довольно похоже на меня)

4 = очень характерно (очень похоже на меня)

Половине данных положений для самооценки баллы присвоены на противоположной основе, т.е. для них низкая оценка показывает в действительности более высокий уровень самооценки. До того как суммировать баллы, полученные при оценке указанных положений для определения вашего общего показателя самооценки, перекодируйте те, которые помечены звездочкой (*), таким образом, чтобы 0 = 4, 1 = 3, 3 = 1 и 4 = 0. Показатель вашей общей самооценки может ранжироваться от 0 до 40, при этом более высокий балл свидетельствует о более высоком уровне самооценки. Показатель выше 20 свидетельствует об общем позитивном отношении к себе, в то время как показатель ниже 20 говорит об общем негативном отношении к себе.

Исследования показывают, что уровень самооценки личности связан с когнитивными аспектами Я-концепции (Franzoi, 1996). Так, люди с низкой самооценкой имеют менее ясно определенную и устойчивую Я-концепцию, чем люди с высокой самооценкой. Я-концепция людей с низкой самооценкой, по-видимому, является менее сложной и менее гибкой. Имеются данные, говорящие о том, что именно уверенность в себе является причиной высокой самооценки, а не наоборот (т.е. неверно утверждение, что высокая самооценка порождает более высокий уровень уверенности в себе). Итак, можно предположить, что первым компонентом высокой самооценки является знание себя или, по меньшей мере, размышление о знании себя. Другим детерминантом уровня самооценки, по-видимому, может быть, как отмечает Франзой, способ, посредством которого индивид "организует" позитивную и негативную информацию о себе в памяти. Речь идет не только о том, что все количество позитивной информации сравнивается с количеством негативной информации, что в целом определяет уровень самооценки. Главное здесь - как это знание о себе "организовано". Некоторые индивиды проявляют тенденцию подразделять информацию о себе на отдельные позитивные и негативные категории ("Я хороший" и, наоборот, "Я нехороший"). Другие же имеют обыкновение формировать ментальные категории, которые содержат в себе смесь позитивной и негативной информации о себе. Исследования показывают, что если люди проявляют тенденцию подразделять в пределах своей Я-концепции информацию о себе на позитивную и негативную и первая чаще вспоминается, то такой когнитивный стиль повышает их самооценку и понижает уровень депрессии. У тех людей, для которых позитивные аспекты Я являются более важными, подразделение информации о себе на позитивную и негативную может быть частью процесса, способствующего исключению в конце концов негативной информации из памяти. А это, в свою очередь, удаляет такую информацию из Я-концепции. С другой стороны, людям, которым негативные аспекты Я кажутся более важными, психологически более приемлемо смешивать в своем сознании вместе позитивные и негативные аспекты Я.

4.3. Социальная идентичность как часть Я-концепции

Каким же образом формируется Я-концепция личности? Одна из наиболее влиятельных теорий развития Я была разработана Э. Эриксоном. Это теория стадий развития Я (Эриксон, 1996). Он утверждал, что формирование идентичности (осознания индивидуального Я) является решающей задачей, возложенной на юношеский возраст. Формирование идентичности знаменует собой переход от детства к взрослости. Приобретя твердое чувство идентичности, молодой человек получает основу для составления планов своей карьеры, начала трудовой деятельности или продолжения образования, а также для установления интимных взаимоотношений (подробнее см. в гл. 5).

Хотя Эриксон не сомневался в своем понимании юности как основном времени развития чувства Я, вряд ли можно утверждать, что чувство Я развивается и созревает преимущественно в это время. По данным ряда исследований (Taylor et al., 1994), чувство Я начинает формироваться с младенчества, начиная с осознания ребенком того, что он является отдельным индивидом. В раннем возрасте мы обладаем довольно ясным пониманием своих личностных качеств и самооценкой. Более того, многие изменения, происходящие в среднем и даже позднем возрасте, могут влиять на Я-концепцию личности. Хотя, по мнению психологов, Эриксон был совершенно прав в своих утверждениях о том, что особенности формирования идентичности в юности являются особенно важными для личности, очевидно также и то, что развитие личного чувства Я - это процесс, который протекает в течение всей жизни, начинаясь в младенчестве и не заканчиваясь до тех пор, пока живет человек.

Рассматривая формирование Я-концепции, отметим, что знания о собственном Я человек получает из многих источников. Обратимся, прежде всего, к процессу социализации. В течение детства на нас воздействуют определенным образом родители и другие члены семьи, учителя, друзья, знакомые, которые могут выступать как авторитеты. Так, ребенок, которого родители водят на абонементные концерты в филармонию, может прийти к мысли о себе как культурном человеке. Мальчик, занимающийся с успехом в детской футбольной школе, может со временем считать себя ловким и спортивным. Социализация, формирующая ранний опыт личности, закладывает определенную основу наших знаний о себе, Я-концепцию.

Еще в детстве, совершая те или иные действия, мы получаем сигналы обратной связи от других. Возьмем, например, ситуации, когда родители постоянно хвалят своего ребенка за хорошую игру на пианино или имеют обыкновение восторженно высказываться о качестве его рисунков, отмечая и в одном, и в другом случае большие способности. По данным исследований, имеется сильная связь между тем, что родители думают о способностях своих детей, и детской Я-концепцией по этим параметрам.

Мы также получаем знания о себе, наблюдая за реакциями других людей на наши действия. Еще в начале XX в. Ч. Кули развил концепцию "зеркального Я", утверждая, что люди воспринимают себя на основе того, как другие воспринимают их и реагируют на них. Наши восприятия того, как другие реагируют на нас, называются отраженными оценками.

Люди делают определенные выводы о своих личных качествах, наблюдая и за своим собственным поведением. Так, в процессе нашей жизнедеятельности мы отмечаем, что постоянно предпочитаем одни виды активности другим, одну пищу - другой, одних людей - другим. Регулярность этих наблюдений также дает нам некоторое знание о своем Я.

На Я-концепцию влияют также факторы, отличающие нас от других людей. Например, в исследовании, проведенном под руководством У. Магуайра, студентов просили рассказать о себе (Taylor et al., 1994). Было обнаружено, что студенты упоминали о тех аспектах своей личности, которые характеризуют их особенным образом. Например, мальчик скорее отметит тот факт, что он является единственным мальчиком в семье, чем что-либо другое. Если у него есть три сестры, ни одна из них, вероятно, не упомянет тот факт, что она является девочкой.

Порой нам хочется оценить себя по какому-то отдельному параметру, но в нашем распоряжении нет соответствующей информации. Например, если вы хотите знать, хороший ли вы танцор, есть способ это проверить. Можно проконсультироваться у эксперта, ну а если его нет в вашем распоряжении? Можно спросить у знакомых, насколько хорошо вы танцуете, но, допустим, вы стесняетесь сделать это. Тогда мы оцениваем наши личные качества, сравнивая себя с другими людьми. На основе самонаблюдения и наблюдения за действиями других танцующих мы можем составить определенное впечатление о себе как танцоре. Этот процесс называется социальным сравнением. Когда людей просят рассказать о себе, например, задают им вопрос: "Кто вы?", то в ответах они нередко относят себя к той или иной группе, категории, общности. В подобных случаях речь идет о социальной идентичности индивида. Это важная часть Я-концепции, которая основана на его принадлежности к какой-либо социальной группе вместе с присущими данной группе нормами и ценностями. В качестве примеров можно назвать семью, какую-либо организацию, религиозную или этническую группу, любое другое сообщество, укрепляющее значимые аспекты собственного Я.

Люди не только относят себя к определенным группам, но также рассматривают других как членов тех же самых групп или как членов других групп. Отсюда идет подразделение остальных людей на категории "мы" и "они". "Мы" - это люди, принадлежащие к группам, членство в которых является важным для нас. "Они" - это все остальные, это чужаки, не относящиеся к "нашим" группам. Группы, входящие для нас к категорию "мы", составляют часть нашей социальной идентичности.

В ходе повседневной жизни индивид обычно сравнивает свои личные достижения в какой-либо сфере с достижениями других. При этом люди также сравнивают успехи "своих" групп с успехами групп "чужих". Когда кто-то из "своих" добивается крупного успеха, то все остальные члены этой общности, даже не игравшие никакой роли в этом успехе, также испытывают чувство гордости и даже личного удовлетворения достижением некоторых из нас. Например, после первого в истории человечества полета в космос, который был совершен Ю. Гагариным, многие советские люди искренне гордились успехом своей страны. Известно также, какой эмоциональный подъем испытывают люди в стране, национальная сборная которой выигрывает Кубок мира по футболу. Такое явление, когда люди греются в лучах чужой славы, способствует повышению индивидуальной самооценки, потому что социальная идентичность этих людей в данной сфере составляет интегральную часть их Я-концепции. Люди очень стремятся к тому, чтобы косвенным образом разделить успех членов "своей" группы, особенно после личных неудач. Вот почему правительства некоторых стран склонны порой затевать "маленькую победоносную войну", чтобы отвлечь своих граждан от их тяжелого экономического положения.

Итак, люди охотно разделяют успехи членов "своей" группы. Что же происходит, когда те, с кем мы идентифицируем себя, терпят неудачу? Здесь отмечаются два типа реакций (Franzoi, 1996). Во-первых, поскольку люди имеют тенденцию переоценивать качество выполнения какой-либо деятельности членами "своей" группы по сравнению с "чужими", то часто для них наступает время признать неудачу вполне обоснованной. Во-вторых, в случаях когда поражение настигает членов "своей" группы, этому находится оправдание. Вспомните, как в спорте после проигрыша "своей" команды болельщики часто оправдывают это неблагоприятными ситуационными факторами, например, ошибками судьи или его несправедливостью. Защищая "свою" команду, болельщики защищают свою самооценку.

Особой разновидностью социальной идентичности является этническая идентичность - индивидуальное чувство личной идентификации с определенной этнической группой. Этническая идентичность является состоянием сознания, и ее приобретение часто требует значительных ментальных усилий. Джин Финни предложила трехстадиальную модель формирования этнической идентичности (Franzoi, 1996).

В соответствии с первой стадией - нерассмотренной социальной идентичности - представители национального меньшинства, часто лично не рассматривавшие проблемы этнической идентичности, могут иметь усвоенные на неосознаваемом уровне негативные стереотипы, присущие доминантной культуре, в рамках своей Я-концепции. Одно из негативных последствий усвоения этих унижающих социальных убеждений в Я-концепции состоит в том, что люди могут испытывать даже "отвращение к себе". В противоположность тем, кто игнорировал этнические проблемы, некоторые люди на первой стадии могут быть подвергнуты действию позитивных этнических установок со стороны других, но просто не думать об этих проблемах.

На второй стадии - поиска этнической идентичности - люди имеют определенный опыт, который на время вытесняет их старый взгляд, делая их восприимчивыми к изучению их собственной этничности. В большинстве случаев катализатором для окончания первой стадии у индивида, находящегося в поисках более глубокого понимания своей этнической идентичности, является его личный опыт испытания на себе каких-либо предрассудков. Эта стадия характеризуется интенсивным поиском, в котором люди пытаются разрушить старую негативную идентичность и заместить ее новой позитивной идентичностью. Будучи вовлеченными в такой поиск, люди могут поглощать соответствующую литературу и принимать участие в культурных мероприятиях, организуемых данной этнической общиной.

В течение второй стадии представители национального меньшинства могут также развивать оппозиционную идентичность, при этом активно отвергая ценности доминантной культуры и очерняя членов доминантной группы.

Третья стадия и кульминация этого процесса состоит в более глубоком понимании и повышении ценности собственной этничности - то, что Финни назвала "достижением этнической идентичности". На этой финальной стадии развития этнической идентичности уверенность во вновь обретенной этнической идентичности дает людям глубокое чувство этнической гордости наряду с новым пониманием своего собственного места в доминантной культуре. Они становятся способны полностью усвоить те аспекты доминантной культуры, которые являются приемлемыми (например, финансовые гарантии, независимость, университетские занятия), и выступать против тех, которые являются угнетающими (например, расизм, дискриминация по полу). По мнению автора этой концепции, именно таким образом развитие позитивной этнической идентичности обеспечивает не только защиту униженных меньшинств от постоянного расизма в их стране, но также позволяет им использовать эту позитивную социальную идентичность, чтобы следовать целям большинства, участвуя в социальной жизни общества. Такая трансформация благоприятствует высокой самооценке и устойчивой Я-концепции.

Заметим, однако, со своей стороны, что данная концепция формирования этнической идентичности приемлема для общества, одной из стратегических целей которого является ассимиляция всех этнических меньшинств в единую нацию. К таковым обществам относится американское, которое стало единым "плавильным котлом" для разных национальностей, превращая в итоге всех в американцев. Что касается современной России, то, по материалам отдельных исследований, значительная часть наших граждан не называет себя "россиянами", а идентифицирует себя по национальной принадлежности.

Поскольку этническая самоидентификация является важным компонентом Я-концепции, следует отметить те признаки, которые воспринимаются индивидами как главные при определении национальности человека. Данные отечественных исследований (Старовойтова, 1978; Сикевич, 1994) показывают, что этническая самоидентификация достаточно вариабильна и обусловлена определенными факторами.

Место проживания на своей этнической территории или в иноэтнической среде. Если в первом случае больший вес придается происхождению (национальность родителей), то во втором случае яснее осознается этнокультурная общность.

Возраст. Молодежь в большей мере ориентирована на выбор национальности "по желанию самого человека" и меньше - на происхождение.

Уровень образования. С ростом образования возрастает ориентация на выбор национальности "по желанию", а не определение ее по происхождению. Характерно также, что если лица с низким уровнем образования обращают внимание на явные черты этнического сходства и различия (язык, внешность), то более образованные люди выделяют неявные, но существенные черты (характер и особенности поведения).

Судя по данным исследования З.В. Сикевич, проведенного в Санкт-Петербурге в 1993 г., младшим возрастным группам школьников свойственна умеренная этническая самоидентификация: почти половина (44,6%) опрошенных вообще не обращают внимания на национальность людей, 41,9% - только в том случае, если "они" им "чем-то несимпатичны", вместе с тем 67,3% молодых людей гордятся своей национальной принадлежностью (все опрошенные - русские). Однако каждый четвертый (25,9%), что, на наш взгляд, немало, хотел бы родиться "не в России, а в какой-нибудь западной стране" (Лисовский, 1996).

Заключая рассмотрение вопроса о том, откуда люди получают знания о собственном Я, отметим наличие ряда источников. Это ранняя социализация, оценки других людей, самонаблюдение, наблюдение за поведением других людей и соответствующие сравнения, членство в различных социальных группах, включая ту или иную этническую общность.

4.4. Саморегуляция

Занимаясь той или иной деятельностью, человек обычно сознательно направляет и контролирует свои собственные действия в соответствии с целью. Это называется саморегуляцией. В работах Г.С. Никифорова психическая саморегуляция рассматривается как компонент самоуправления. "Упрощенно говоря, самоуправление для субъекта - это решение вопросов о том, что и как делать. Спецификой регулирования является исполнение того, что было намечено. Переход от самоуправления к саморегулированию - это переход от замысла, идеи к воплощению их в жизнь" (Никифоров, 2000. С. 158).

Как мы уже отмечали, каждый человек имеет большое количество информации о себе, включая свои личные характеристики, цели и желания, планы на будущее, определенную Я-концепцию в целом. Рассмотрим далее, как наше Я регулирует наши мысли, чувства и действия в различных социальных ситуациях. Для более глубокого понимания саморегуляции обратимся сначала к такому явлению, как "действующая Я-концепция" (Taylor еt аl., 1994). В силу многогранности личности мы включаемся в различные жизненные ситуации той или иной стороной нашего Я. Это зависит от того, какой аспект Я-концепции имеет отношение к данной частной ситуации. Тот аспект Я-концепции, который наиболее подходит для какой-либо частной ситуации, называется "действующей Я-концепцией". Так, во время аудиторного занятия поведение и чувства студента будут главным образом определяться его "академическим" Я, если же мы будем говорить о вечеринке в дружеской компании с участием этого студента, то здесь другой аспект его Я будет соответствовать этой ситуации. Итак, суть понятия "действующей Я-концепции" состоит в том, что при этом из общей Я-концепции какой-либо личности "извлекается" то, что направляет социальное поведение в отдельных специфических ситуациях и, в свою очередь, изменяется под влиянием данных ситуаций. Подобные изменения влияют на изменения постоянной Я-концепции только тогда, когда "действующая Я-концепция" сравнительно устойчива в течение продолжительного времени. Допустим, студент, будучи в стенах высшего учебного заведения, может не отдавать себе отчета в степени своей авторитарности. Получив диплом, он может оказаться на работе, требующей контроля за поведением других людей. Выполняя такую работу изо дня в день в течение нескольких месяцев и даже лет, молодой специалист может обнаружить в себе много признаков авторитарности и это может стать важным компонентом его стабильной Я-концепции. Таким образом, термин "действующая Я-концепция" используется для того, чтобы подчеркнуть, каким образом специфические аспекты нашей идентичности активизируются при выполнении тех или иных социальных ролей в определенные моменты жизни (подробнее о социальных ролях далее в этой главе).

Важным аспектом Я, влияющим на саморегуляцию, является также "вера в самоэффективность" или ожидания, которых мы придерживаемся по поводу наших возможностей достижения определенных целей (Bandura, 1977). Предпримем ли мы какие-либо действия, попытаемся ли выполнить ту или иную задачу, достичь какой-то цели - все это зависит от того, верим ли мы в успешность наших усилий. Курильщик не бросит курить, если только он не верит в то, что сможет сделать это. Если тяжелоатлет выходит на помост, нагнувшись, берется за гриф штанги и в голове у него промелькнет: "Ох, не подниму", он, конечно, не сможет взять этот вес. По мнению А. Бандуры и ряда других психологов, ранний опыт успехов и неудач приводит к тому, что у людей развиваются довольно устойчивые представления об их самоэффективности в различных жизненных сферах.

Саморегуляция зависит также от направления нашего внимания - направлено ли оно внутрь себя или на внешнюю среду. Обычно наше внимание фокусируется на внешней среде, но временами мы сосредоточиваемся на себе. Такое состояние сознания, когда мы сами выступаем в качестве объекта нашего собственного познания, называется самоосознанием.

Взгляд на себя заставляет людей сравнивать себя со стандартами, такими как внешний облик, интеллектуальный уровень, физическое развитие или моральные принципы. Люди стараются соответствовать стандартам, оценивать свое поведение в соответствии со стандартами, решая, подходит оно под стандарт или нет, и продолжать это приспособление до тех пор, пока сравнение со стандартом не покажется удовлетворительным. Этот процесс называется обратной связью, если обратиться с целью анализа к кибернетической теории саморегулирования.

Рассматривая проблемы самоосознания, исследователи выделяют два его типа. Частное самоосознание - это временное состояние осознания индивидом скрытых, частных аспектов своего Я, в то время как общественное самоосознание - это временное состояние осознания индивидом общественных аспектов Я. "Частное и общественное самоосознание могут быть непроизвольно вызваны какими-либо стимулами. Если вас спрашивают о вашем нынешнем настроении, или вы видите свое лицо в маленьком зеркале, или чувствуете в животе спазмы от голода, то, вероятно, это вызовет у вас состояние частного самоосознания. Если же за вами наблюдают другие люди, делают вашу портретную фотографию или вы видите себя в зеркале целиком в полный рост, то это может вызвать общественное самоосознание" (Franzoi, 1996. Р. 61).

Взрослые индивиды обладают способностью оказываться и в состоянии частного, и в состоянии общественного самоосознания. Однако, когда какие-либо стимулы вызывают самоосознание, это фокусирование на себе является временным. Наряду с состояниями самоосознания, возникающими вследствие внешних стимулов, исследователи обнаружили, что одни люди обычно тратят больше времени на саморефлексию, чем другие. Укоренившаяся тенденция самоосознания была обозначена исследователями как личностная черта самосознания, которая является сравнительно устойчивой в течение некоторого времени.

Подобно тому, как существуют два типа самоосознания, имеются и два типа самосознания. В 1975 г. А. Фенигстайн, М. Шейер и А. Бассе разработали шкалу самосознания для измерения этих двух черт (см. табл. 4.2). Частное самосознание представляет собой тенденцию сознавать скрытые, частные аспекты Я, в то время как общественное самосознание - это тенденция сознавать публично демонстрируемые аспекты Я.

Таблица 4.2 Шкала самосознания

Посредством данной шкалы измеряются личностные черты частного и общественного самосознания. Для работы с этой шкалой прочитайте каждое из положений, следующих далее, и затем отметьте, насколько точно каждое из этих положений характеризует вас, используя приведенную в инструкции шкалу оценок:

Инструкция для подсчета баллов

Некоторым положениям этой шкалы баллы присвоены на противоположной основе, т.е. для этих положений более низкая оценка показывает в действительности более высокий уровень самосознания. До того как суммировать баллы, полученные при оценке указанных положений, перекодируйте те, которые помечены звездочкой (*), таким образом, чтобы 0 = 4, 1 = 3, 3 = 1 и 4 = 0.

Частное самосознание. Подсчитайте показатель вашего частного самосознания, сложив баллы ваших ответов по следующим положениям: 1, 3, 4, 6, 7, 9, 11, 13, 15 и 17.

Общественное самосознание. Подсчитайте показатель вашего общественного самосознания, сложив баллы ваших ответов по следующим положениям: 2, 5, 8, 10, 12, 14 и 16.

Когда Фенигстайн, Шейер и Басс впервые использовали свою шкалу самосознания в 1975 г., средний показатель для всей совокупности студентов колледжа по частному самосознанию был около 26, в то время как средний показатель общественного самосознания был около 19. Чем выше ваш показатель по тому или иному типу самосознания, тем в большей степени этим типом самосознания вы, вероятно, обладаете. Чем ниже ваш показатель по одному из этих типов самосознания, тем в меньшей степени вы, вероятно, обладаете данным типом самосознания (Fenigstein et al., 1975).

Люди, которым в большей степени присуще частное самосознание, много думают о себе, пытаются понять себя и более внимательны к своим внутренним чувствам. Люди, которым более свойственно общественное самосознание, озабочены собственной независимостью и вопросами идентичности. Они беспокоятся о том, что другие люди думают о них, как они выглядят и как они воспринимаются другими. Заметим при этом, что каждая из указанных черт (частное самосознание и общественное самосознание) представляет собой характерную тенденцию; поэтому человек может быть очень внимателен к обеим сторонам своего Я, внимателен к одной, но невнимателен к другой или сравнительно невнимателен к обеим. Обратившись к таблице 4.2, вы можете определить характерные особенности вашего самосознания.

Каковы же причины индивидуальных различий в самосознании? Многие исследователи пытаются определить, как действуют различные уровни проявления частного самосознания и общественного самосознания на познание, чувства и поведение. Почему многие люди обычно озабочены частными и/или общественными аспектами своего Я, в то время как другие игнорируют эти две стороны Я? В чем же причины? Материалы отдельных исследований дают некоторые ответы на эти вопросы (Franzoi, 1996). Во-первых, обнаружено, что здесь нет никаких связей с интеллектом. В качестве одного из объяснений выдвигается значительный жизненный опыт в течение периода формирования личности, однако пока нет данных для того, чтобы поддержать или опровергнуть эту гипотезу. Если обратиться к влиянию культуры общества на уровень самосознания, т.е. свидетельства того, что люди в индивидуалистических культурах имеют более высокие уровни частного самосознания, чем в коллективистских культурах. Эти различия, вероятно, связаны с тем фактом, что в индивидуалистических культурах имеется большая концентрация внимания на Я отдельного индивида как имеющего свои собственные потребности и желания. Несмотря на это возможное влияние культуры общества, сегодня социальные психологи знают гораздо больше о последствиях различий в самосознании, чем о причинах таких различий.

4.5. Концепция социальной роли

Социально-психологический подход к личности требует рассмотрения ее в тесной связи с социальным окружением. Прежде всего имеются в виду те социальные группы, в состав которых личность входит, с членами которых взаимодействует. Для того чтобы лучше понять взаимосвязи личности и ее социальной среды, психологи обращаются к положениям ролевой теории личности.

Мысль о том, что люди в их жизнедеятельности подобны актерам на сцене театра, высказывалась еще в очень давние времена. Римский философ-стоик Эпиктет, живший в I-II вв. н.э., часто сравнивал человека с актером. Так, он заявлял: "Не забудь, - ты актер и играешь в пьесе роль, назначенную автором. Коротка пьеса - коротка и роль, длинна - длинна и она. Даст он тебе роль нищего - старайся вернее создать его тип, как и тип калеки, высшего правительственного лица или частного человека" (Эпиктет, 1888. С. 6). Под автором здесь имеется в виду Бог как высшая сила.

В. Шекспир в пьесе "Как вам это понравится" устами одного из своих героев говорил:

Весь мир - театр.

В нем женщины, мужчины - все актеры.

У них свои есть выходы, уходы.

И каждый не одну играет роль.

В научный оборот термин "роль" ввели в 20-30-е гг. американские исследователи Д. Мид и Р. Линтон. Последний определял роль как "динамический аспект статуса". Под статусом понималась какая-либо социальная позиция личности, а роль выступала здесь как определенная демонстрация этой позиции.

Являясь членом тех или иных социальных групп, вступая во взаимодействие с другими людьми, человек в каждом из этих случаев обладает той или иной позицией (статусом) - местом в данной конкретной системе социальных взаимосвязей. Так, на предприятии четко различаются официальные позиции директора, бухгалтера, юрисконсульта, начальника цеха, мастера, рабочего и т.д. Многие позиции, занимаемые людьми, характеризуют их в более широком социальном смысле. Например, можно выделить общественно-политические позиции (депутат, член какой-либо партии или инициативной группы граждан), профессиональные (инженер, врач, артист) и ряд других (гражданин, потребитель, пенсионер). Человек, находящийся в той или иной официальной позиции, имеет соответствующие права и обязанности.

Отдельно следует упомянуть позиции, занимаемые индивидом в своей семье и вообще среди родственников (дед, отец, муж, брат, племянник и т.д.). Определенные права и обязанности выступают в качестве регуляторов и в семейных отношениях.

Каждый человек обладает целым рядом различных социальных позиций, что составляет его "статусный набор". Так, один и тот же человек может представать перед другими людьми как врач, муж, отец, брат, друг, шахматист-разрядник, член профсоюза. Рассмотрение любой позиции в группе или в обществе всегда подразумевает наличие других, связанных с ней позиций. Отсюда выводится известная взаимозависимость и между людьми, находящимися в связанных между собой позициях. Например, позиция руководителя подразумевает существование позиции подчиненного. Позиция врача подразумевает наличие позиции пациента. Имеется определенная взаимозависимость между сотрудниками любой организации, между членами семьи, родственниками, вообще между индивидами, вступающими друг с другом даже в один-единственный непродолжительный контакт (например, между продавцом и покупателем, кондуктором автобуса и пассажиром). Таким образом, можно говорить о наличии соответствующих взаимоотношений между указанными лицами. В рамках данных отношений индивиды выполняют определенные социальные роли, а эти взаимоотношения называются ролевыми.

В настоящее время имеется много определений понятия "социальная роль", и в его интерпретации существуют заметные расхождения между исследователями. Мы будем понимать роль как нормативную систему действий, ожидаемых от индивида, в соответствии с его социальной позицией (положением). Отсюда следует, что роль обусловлена конкретным местом человека в структуре социальных связей и в известном смысле не зависит от его индивидуально-психологических свойств. Так, выполнение роли преподавателя вуза должно подчиняться одним официальным предписаниям, а выполнение роли студента - другим. Эти предписания безличны, они никак не ориентированы на особенности характеров тех или иных преподавателей и студентов.

Существует ряд классификаций социальных ролей. Все их многообразие можно подразделить на роли приписанные и роли достигнутые. К приписанным относятся, например, роли, обусловленные дифференциацией людей в обществе по полу. Такие роли называются гендерными. Обычно родители понимают, что мальчиков и девочек нужно воспитывать неодинаковым образом, прививая им различные навыки. Так, мальчиков чаще учат обращаться с различными хозяйственными инструментами, а девочек - готовить пищу и шить. Очевидно, что даже в современных странах с развитой демократией, несмотря на социальное равенство полов, существуют ожидаемые наборы образцов поведения, присущего мужчинам и женщинам. И эти наборы имеют существенные различия. Так, наша общественная мораль терпимо относится к поведению юноши, если он на улице пытается познакомиться с понравившейся ему девушкой. Однако если бы подобную активность проявила девушка, это было бы расценено (во всяком случае, многими представителями старшего поколения) как отклонение от ожидаемых в обществе правил поведения. Гендерные роли предписывают также определенные манеры и жесты, речевые обороты, соответствующую одежду. В странах Востока различие между гендерными ролями еще более заметно.

К достигнутым ролям относят те, которые выполняются в той или иной профессиональной области. Например, роли директора предприятия, доктора философии, тренера футбольной команды.

Следует отметить, что возможности достижения личностью какой-либо роли существенным образом предопределены социальными условиями микросреды и макросреды, в которых находится личность. Для одних индивидов эти возможности сравнительно широки, для других - весьма ограничены. Так, на острове Кижи в Карелии дети всех возрастов находятся в одном и том же классном помещении во время школьных занятий. Учитель дает каждому индивидуальное задание. Вряд ли выпускник такой школы при поступлении в вуз составит успешную конкуренцию своим сверстникам, окончившим городские школы.

В соответствии с другим логическим основанием можно выделить специфические роли и диффузные роли. В ролях специфических взаимоотношения строятся на основе особых четко ограниченных целей. Например, кассир, продающий билеты в кинотеатре, гардеробщик, принимающий верхнюю одежду, парикмахер, подстригающий своих клиентов. Активность лиц, выполняющих диффузные роли, наоборот, не имеет подобной специальной направленности. Такова роль матери, которую интересует буквально все, что касается ее ребенка: его здоровье, настроение, стремления, желания, вкусы, привычки и т.д. Этот интерес очевидным образом проявляется в отношении матери к ребенку. Все семейные взаимоотношения вообще (если, конечно, говорить о норме) строятся на основе диффузных ролей. В форме таких ролей могут проявляться и отношения между близкими друзьями, влюбленными. При этом ролевые взаимосвязи осуществляются на почве широкого круга взаимных интересов.

Нередко для того чтобы окружающие имели необходимую информацию о социальной роли той или иной личности в данный момент, прибегают к ролевым символам. Примером такого символа может быть какая-либо униформа. Знаки отличия у военного, обозначающие род войск и звание данного лица, свидетельствуют о его социальном статусе и соответствующей роли. Строгие вечерние платья женщин и темные костюмы мужчин могут подчеркивать официальный характер какой-либо ситуации. Наличие белого халата на каком-либо человеке в лечебном учреждении говорит о его принадлежности к медицинскому персоналу.

Место социального взаимодействия каких-либо индивидов также обладает характеристикой ролевого знака. Как отмечает английский профессор Ч. Хэнди, менеджеры часто ведут себя совершенно различным образом на месте своей работы и вне его, даже имея дело с одним и тем же лицом. Изменение местоположения используется ими порой для того, чтобы показать соответствующее изменение их роли, скажем, переход от роли начальника к роли друга (Handy, 1981).

Если окружающим людям известна социальная роль какого-либо индивида в данный момент, то они будут предъявлять к его поведению соответствующие ролевые ожидания. Эти ожидания могут включать в себя вполне определенные предписания (то, что человеку необходимо делать обязательно), определенные запреты (то, чего человек не должен делать) и ряд менее точно определенных ожиданий (то, что человеку следовало бы делать в данной роли). Когда поведение индивида, выполняющего какую-либо социальную роль, соответствует ожидаемому образцу, оно считается успешным.

Необходимо подчеркнуть при этом, что в ролевых ожиданиях, исходящих от конкретных лиц или групп, ярко проявляются и их социально-психологические особенности. Так, взаимные ролевые ожидания двух сотрудников, использующих одно и то же оборудование, обусловлены не только их официальным положением в данной организации, но и свойствами личности каждого из этих работников. Допустим, один из них, отличающийся аккуратностью и следящий за безукоризненной чистотой рабочего места, будет требовать от своего коллеги такого же отношения к делу. Другой работник, не столь аккуратный, может игнорировать эти требования, полагая, что достаточно лишь иметь все оборудование в исправном состоянии.

Отметим, что человек обладает известной степенью свободы в отношении своего ролевого поведения. Вот почему выполнение одних и тех же социальных ролей различными индивидами часто имеет некоторые различия, хотя при всем этом их действия могут оцениваться как успешные. Возьмем, например, двух студентов, заканчивающих вуз. Один из них, готовясь к экзаменам, прорабатывал только обязательную литературу, другой же - читал, наряду с ней, еще и книги из дополнительного списка. Однако с формальной точки зрения и первый, и второй вполне удовлетворяют требованиям, предъявляемым к студенту.

Ролевые ожидания нередко касаются не только поведения индивида в той или иной роли, но и его внешнего облика - одежды и аксессуаров туалета, украшений, прически. Так, чиновник, приглашенный на дипломатический прием, вряд ли явится туда в свитере и джинсах, а профессор даже жарким летом не рискнет предстать на лекции перед студентами в майке и шортах. В некоторых официальных ситуациях форма одежды сравнительно строго регламентируется.

Каждый человек обладает множеством социальных ролей. Подобно тому как он имеет определенный "статусный набор", можно говорить и о соответствующем "ролевом наборе" индивида. Так, имея статус отца, человек выступает в разных ролях по отношению к своей жене, сыну, своим родителям, тестю и теще, учителям школы, где учится сын. Там он может быть еще и членом родительского комитета. Каждое из ролевых взаимодействий, вытекающих из статуса отца, характеризуется своей спецификой (сравните, например, следующие парные взаимодействия: отец, муж - его жена, отец - его сын, отец - его мать, отец - теща, отец - учитель школы и т.д.).

Работая на том или ином предприятии, в учреждении, человек также выполняет ряд социальных ролей, соответствующих его статусному набору. Возьмем, например, такие его статусы, как инженер, начальник цеха, член профсоюза, совладелец акций компании. При этом роли, выполняемые индивидом, имеют официальный характер. Кроме того, человек обладает определенным ролевым "набором" и в системе неофициальных отношений, сложившихся в его организации. Часто эти роли являются следствием некоторых индивидуальных свойств личности. Двое рабочих, занятых на одной и той же операции, но имеющие различные черты характера, могут выполнять совершенно разные неформальные роли в своей бригаде. Так, спокойный и рассудительный человек порой выступает в роли "третейского судьи", к которому обращаются остальные рабочие в спорных ситуациях. Другой рабочий, обладающий организаторскими способностями и стремлением к лидерству, иногда становится неофициальным лидером какой-либо группы лиц в своей бригаде.

Порой та или иная роль навязывается человеку со стороны других членов группы. Часто это обусловлено не только индивидуальными особенностями данного человека, но главным образом его положением в группе. Например, ученик в производственной бригаде может рассматриваться со стороны других ее членов как объект всевозможных шуток и розыгрышей. Однако роли, которые человек выполняет в тех или иных группах, подвержены изменениям. Так, бывший ученик, вырастая до уровня высококвалифицированного рабочего, прекращает свое пребывание в роли "козла отпущения", приобретая другую неофициальную роль как следствие его нового, более высокого социального статуса.

4.6. Выполнение социальных ролей

Теперь зададимся следующим немаловажным вопросом: что нужно для успешного овладения личностью той или иной социальной ролью и ее выполнения? Конечно, прежде всего человеку необходимы знания о содержании данной роли. Что требуется от него как носителя этой роли? Что нужно или можно делать и чего делать ни в коем случае нельзя?

Начиная с раннего детства, личность в процессе социализации получает от окружающих ее людей (родителей, воспитателей, учителей, товарищей, сверстников, других взрослых) определенные знания о содержании различных ролей - официальных и неофициальных. Ребенку объясняют, как следует вести себя дома, на улице, в общественном транспорте, в гостях, на экскурсии, в театре и т.д. Информацию о ролевом поведении человек также получает, наблюдая за другими людьми. Свою лепту в эти знания вносят средства массовой информации.

При поступлении в школу, училище, вуз, на работу или на службу в армию новичка знакомят с правилами внутреннего распорядка, с требованиями, предъявляемыми к его новой социальной роли. В одних случаях эти требования изложены самым общим образом, в других - сравнительно детализированы. Последнее чаще всего относится к профессионально-функциональным ролям, т.е. тем, которые выполняются в организациях различного типа - производственных, транспортных, военных, финансовых и др. Такие роли определяются должностными инструкциями, в которых указаны основные задачи данного работника, его обязанности и права, степень ответственности, официальные взаимосвязи с другими членами организации по вертикали и горизонтали, основные требования к его профессиональным знаниям и навыкам.

Данные отечественных и зарубежных исследований показывают, что нечеткость должностных инструкций различных категорий работников (и рядовых, и руководящих) негативным образом сказывается на их психическом состоянии, вызывая фрустрации и провоцируя конфликтные ситуации. Не способствует это и эффективности труда. Только герою русских сказок, получавшему неопределенные ролевые предписания ("пойди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что"), удавалось успешно справиться со своей задачей.

Однако даже полное знание требований, относящихся к какой-либо социальной роли, - лишь первый шаг на пути ее выполнения. Заметим при этом, что такое знание само по себе еще не вызывает у человека желания немедленно действовать указанным образом. Между прочим, главное заблуждение Сократа заключалось именно в том, что он провозглашал тождественность знаний, имеющихся у человека, и его поведения. По мнению великого философа, если человек будет знать, что такое добро, то и вести себя станет добродетельно. Жизнь показывает, что это далеко не так. Часто человек знает, говоря словами поэта, "что такое хорошо и что такое плохо", и тем не менее следует не лучшим образцам поведения. Можно задать закономерный вопрос: "Почему так?".

Ролевое поведение личности обычно рассматривается как функция двух основных переменных - социальной роли и Я. Напомним, что Я человека понимается как проявление его самосознания, как продукт выделения человеком самого себя из окружающего мира и противопоставления ему (не-Я). Как уже отмечалось ранее, на основе взаимодействия личности с другими людьми формируется Я-концепция - представление индивида о самом себе. Это представление основано в значительной степени на том, как другие люди определяют наше положение в обществе и как они оценивают наше поведение применительно к этому положению. Итак, Я-концепция во многом обусловлена тем, как индивид выполняет свои социальные роли. С другой стороны, овладение личностью какой-либо новой для нее социальной ролью обусловлено особенностями ее Я-концепции. Качество выполнения человеком той или иной роли во многом зависит от того, насколько он понимает ее специфику и в какой степени данная роль им принимается и усваивается, иначе говоря интернализуется. Об интернализованной социальной роли можно говорить тогда, когда требования извне, предъявляемые к индивиду, занимающему ту или иную позицию, становятся его собственными требованиями к самому себе.

Таким образом, следующий этап овладения индивидом какой-либо ролью - ее интернализация. При этом подразумевается не просто согласие с требованиями той или иной роли, но осознание их, моральная готовность личности принять данную роль. Поэтому есть психологическая мудрость в английской поговорке: "Самое трудное - понять, в чем состоит твой долг, тогда выполнить его значительно легче".

Успешность интернализации индивидом какой-либо роли всецело зависит от его Я-концепции. Если понимание индивидом своей роли согласуется с его Я-концепцией, то определенные ролевые предписания подкрепляются соответствующими требованиями личности к себе. На этой основе появляются необходимые предпосылки для успешного выполнения данной социальной роли.

При этом следует особенно подчеркнуть значение ответственности как свойства личности, определяющего ее отношение к своим ролевым обязанностям. В результате исследования петербургского психолога К. Муздыбаева выявлены различные уровни осознания работниками отдельных видов их должностных обязанностей. Одни из этих обязанностей осознаются личностью как неотделимые от ее социальной роли и собственного Я, а другие - как периферийные, не затрагивающие его Я. Отсюда следует и разная степень реализации обязанностей: то, что лучше осознается, лучше и выполняется. В итоге можно выделить различные модели ответственности работников. Виды этих моделей имеют широкий диапазон: от высокого осознания и исполнения всех производственных функций до реализации (и осознания) лишь части из них (Муздыбаев, 1983).

Иногда личность при выполнении той или иной роли оказывается в конфликтной ситуации. Выделяется несколько типов таких конфликтов, называемых ролевыми.

Обратимся к соответствующим примерам. Так, руководитель того или иного ранга порой сознает, что его организационная роль в сложившейся ситуации требует решительных действий по укреплению дисциплины среди подчиненных - прежде всего, вынесения различных взысканий, но при этом ему может быть свойственна неприязнь к подобным действиям. Известен случай, когда выпускник финансового института, проводя свою первую ревизию, обнаружил серьезные злоупотребления. Исходя из предписаний данной социальной роли, ревизор должен был требовать суда над определенными лицами, но, как человек исключительно мягкий и жалостливый, он оказался не в состоянии решиться на это. Сложившаяся ситуация в итоге привела начинающего ревизора к тяжелому неврозу. В данных примерах субъективное Я вступило в конфликт с предписаниями социальной роли. Такой конфликт называют личностно-ролевым.

Приведем пример другого рода. Женщина - научный сотрудник, увлеченная своими исследованиями и преподаванием в вузе, работает над докторской диссертацией. Все это требует от нее немало времени и сил. С другой стороны, имея семью, она также хочет быть хорошей, заботливой матерью и женой. Если женщина в равной степени ориентирована и на профессиональный рост, и на свою семью, возникает конфликт между ее данными ролями. В этом случае предписания различных социальных ролей, выполняемых личностью, препятствуют их успешной реализации. Такой конфликт называют межролевым (интерролевым).

Нередко к ролевым конфликтам относят и несовместимость ожиданий, предъявляемых к личности, выполняющей какую-либо социальную роль. Типичный пример - ситуация, в которой оказывается производственный мастер. Специфика его позиции состоит в следующем. С одной стороны, мастер воспринимается руководством цеха как представитель администрации. С другой стороны, рабочие считают мастера своим представителем перед администрацией. Таким образом, успешное выполнение роли мастера возможно лишь в том случае, если он сможет одновременно удовлетворять требованиям и рабочих, и администрации. Однако эти требования часто бывают несовместимыми.

Данные нашего исследования на одном из петербургских предприятий говорят о том, что рабочие и руководители цеха пользуются неодинаковыми основаниями при оценке мастера как официального руководителя. У лучших (с точки зрения руководителей цехов) мастеров наиболее высоко оцениваются знание производства, умение организовать работу и требовательность. Рабочие же считают наиболее приемлемыми тех мастеров, которые являются в первую очередь справедливыми, доброжелательными, умеющими сохранять спокойствие, сдерживать свое обещание.

В целом материалы этого исследования позволяют говорить об известной разнице в подходе рабочих и руководителей цеха к оценке ролевого поведения мастеров. Оценка, даваемая рабочими, является более дифференцированной. Они воспринимают мастера не только сквозь призму его деловых качеств, но главным образом в зависимости от его отношения к членам бригады (Свенцицкий, 1975).

Когда мастер обнаруживает несовместимость ожиданий по отношению к его роли со стороны ряда лиц и не знает, каким из них он должен соответствовать, возникает конфликтная ситуация. Такой конфликт называют внутриролевым (интраролевым).

Реакции личности на ролевой конфликт могут варьироваться в зависимости от ее индивидуально-психологических особенностей и характера ситуации. Это может быть отказ индивида от какой-либо из несовместимых для него ролей, попытки ввести в заблуждение определенную группу лиц в отношении выполнения их ожиданий, наконец, уход из данной ситуации (перемена места работы, жительства, развод). Ролевые конфликты приводят к повышению степени напряженности личности со всеми присущими этому состоянию физиологическими и психическими проявлениями, вплоть до заболеваний. Для характеристики данного состояния не без основания порой используется термин "ролевой стресс".

Одной из причин такого стресса может быть и ролевая перегрузка. Она наблюдается тогда, когда человек должен выполнять чересчур много социальных ролей. Это требует не только времени, но способности личности к быстрой социально-психологической перестройке при переходе от одной роли к другой. Не следует путать ролевую перегрузку с перегрузкой работой. В последнем случае личности предписывается выполнение слишком большого объема работы, но в рамках лишь одной роли. Подобная перегруженность имеет свои собственные проблемы и тоже может служить источником стресса.

В западных работах по организационной психологии порой отмечается и явление ролевой недогрузки, также приводящее к одной из форм ролевого конфликта. При этом конфликт возникает тогда, когда индивид считает, что его ролевые обязанности не позволяют ему в полной мере продемонстрировать свои способности. Такое психическое состояние бывает свойственно иногда выпускникам вузов, пришедшим на производственное предприятие. Тот или иной молодой специалист может иметь высокий уровень притязаний в отношении творчества и самореализации, но получать только рутинные задания. В подобном случае ролевой конфликт оказывает негативное влияние на Я-концепцию, в частности, на самооценку личности.

Итак, подведем некоторые итоги сказанному выше о выполнении личностью социальных ролей. Важными предпосылками их успешного выполнения являются знания индивида о содержании своей социальной роли, ее интернализация (согласие с ее требованиями), соответствие ролевых предписаний Я-концепции личности. К этому следует добавить необходимость соответствующих мотивов. Именно мотивация является той внутренней побудительной силой, которая направляет людей к выполнению определенных социальных ролей.

4.7. Взаимовлияние личности и социальной роли

Хотя в целом поведение каждой личности складывается из отдельных действий в рамках тех или иных социальных ролей, все же можно сказать, что любая роль, как таковая, существует отдельно от личности, выполняющей ее. Конечно, любая личность обычно привносит индивидуальное своеобразие в процесс выполнения той или иной социальной роли. Ее интересы, установки, убеждения могут проявляться при этом явно или неявно. Порой индивид даже стремится подчеркнуть свою независимость от роли, демонстрируя так называемую ролевую дистанцию. Например, официант может своим поведением показывать посетителям ресторана, что он не только официант, а личность, вынужденно занимающаяся данной работой.

Проблема соотношения психических свойств личности и ее ролевого поведения сложна и мало изучена. Мы можем порой наблюдать непохожие образцы поведения различных людей, выступающих в одинаковой роли. При этом все эти люди могут достаточно успешно справляться с данной ролью. Иногда у человека доминируют одни и те же свойства при выполнении различных социальных ролей. В других случаях человек при выполнении какой-либо одной роли будет внешне полной противоположностью себе самому в другой роли. Так, человек серьезный и сдержанный на работе, среди своих сослуживцев, может оказаться балагуром и весельчаком в компании близких друзей.

Однако не только личность со своими особенностями влияет на особенности выполнения ею той или иной социальной роли, имеется и обратное влияние роли на личность в целом и, в частности, на ее Я-концепцию. Возьмем, например, человека, занимающего большой государственный пост, окруженного помощниками, секретарями, охраной и постоянно находящегося в центре внимания, где бы он ни оказался. Постепенно этот человек настолько привыкает к своему положению, знакам уважения со стороны других людей, что это отражается и на его самовосприятии, неадекватно завышает самооценку.

Вспомните героя повести М. Твена "Принц и нищий" мальчика Тома из бедной семьи, волею случая оказавшегося в роли английского принца. Писатель хорошо показывает, как бывший нищий постепенно привыкал к своему новому положению, и "королевское звание все больше нравилось ему". Том увеличил число слуг при дворе, заказал себе новые наряды и стал содрогаться при мысли о встрече с кем-либо из своих родных, пребывающих в нищете, потому что они могли узнать его.

Есть основания полагать, что продолжительное выполнение индивидом какой-либо роли способствует более яркому проявлению одних свойств личности и маскировке других. Это особенно хорошо заметно на примере профессиональных ролей. Имеется ряд отечественных исследований, показывающих, как свойства личности, сформировавшиеся в процессе выполнения ею профессиональной роли, становятся чертами характера и начинают проявляться во всех других сферах жизнедеятельности данной личности. Так, К.К. Платонов и К.М. Гуревич употребляют в своих работах такие понятия, как "профессиональный характер" и "профессиональный тип личности", подчеркивая тем самым огромное формирующее влияние профессиональной роли на личность.

Важным показателем освоения той или иной профессионально-функциональной роли является степень адаптированности личности к социально-производственным условиям труда. Адаптация основывается не только на пассивно-приспособительных, но и на активно-преобразующих связях личности с окружающей средой, представляя собой неразрывное единство тех и других форм связи. Как показали исследования Е.А. Климова, в ходе адаптации складывается соответствующий индивидуальный стиль деятельности личности, что позволяет ей выполнять с определенным успехом свою профессионально-функциональную роль (Климов, 1969).

Порой высокая степень интернализации профессиональной роли и ее продолжительное выполнение могут приводить к так называемой "профессиональной деформации" личности. Имеются в виду такие случаи, когда профессиональные стереотипы действий, отношений становятся настолько характерными для человека, что он никак не может и в других социальных ролях выйти за рамки сложившихся стереотипов, перестроить свое поведение сообразно изменившимся условиям. Например, бухгалтер, который систематически составляет, учитывая буквально каждую копейку, бюджет своей семьи. Порой у следователя в такой степени развиваются недоверие к людям и подозрительность, что многие окружающие начинают казаться ему потенциальными преступниками.

Можно сказать, что в подобных случаях минимизируется ролевая дистанция между личностью и ее профессиональной ролью. Последняя в известном смысле "завладевает" личностью, определяя ее поведение и в других социальных ролях. Об этом свидетельствует, например, эксперимент М.Л. Гомелаури, в котором испытуемыми выступали прокуроры и адвокаты, т.е. лица, выполняющие в известном смысле противоположные профессиональные роли. Задача, поставленная перед ними, состояла в том, чтобы оценить различные поступки (правонарушения) сначала с позиции роли, присущей самому испытуемому, а затем - с противоположной. Обнаружилось, что некоторые испытуемые не принимали заданий, заключающихся в оценке поступков с чуждых им позиций. Как видим, здесь сложившиеся профессиональные установки становились барьером для принятия новой роли даже в воображаемой ситуации (Гомелаури, 1976).

Деформирующее влияние профессиональной роли на личность порой наблюдается у педагогов. Так, И.С. Кон отмечает, что выработанная в школе дидактическая, поучающая манера многих учителей нередко проявляется и в сфере их личных отношений. Привычка упрощать сложные вещи, чтобы сделать их более понятными в процессе обучения детей, может порождать прямолинейность, негибкость мышления учителей (Кон, 1967).

Проблема "профессиональной деформации" почти не изучена, хотя представляет значительный интерес и в теоретическом, и в прикладном плане. Исследования этого феномена должны проводиться на стыке социальной и дифференциальной психологии и психологии труда, поскольку закономерно возникает вопрос о соотношении индивидуальных различий работников с их подверженностью "деформирующим" воздействиям профессиональной роли.

Краткое содержание