Политическая идеология

11.1.2. Современные подходы к идеологии

Сейчас концепции Мангейма, тем более Маркса, политологи нередко критикуют, особенно тезис о "ложном сознании", а также противопоставление идеологии и утопии. Вместе с тем рациональный первоэлемент обоих подходов - идея о том, что разные типы "ложного сознания" в ходе своей внутренней эволюции и динамики могут выполнять известные социальные функции, - так или иначе, используется почти всеми исследователями политических идеологий. Причину этого может объяснить следующая цитата из Мангейма.

Одна и та же по форме идеологическая система, рождающаяся как обоснование свержения существующих порядков и выполняющая критическую функцию, способна со временем превратиться в оправдание полномочий и привилегий нового правящего слоя, стремящегося сохранить свое господство (нечто подобное, кстати, произошло в СССР с идеологией марксизма-ленинизма).

Эту закономерность подмечает, в частности, Льюис Фейер, утверждающий, что "догма - это революционная идеология предшествующего поколения, когда бывшие революционные фанатики становятся консерваторами и охранителями". Предложенный им "закон крыльев" исходит из мысли о том, что любая политическая идея в своей эволюции проходит все фазы политического спектра - слева направо или наоборот, - обслуживая полярные политические силы ("Идеология и идеологи", 1975).

Американский политолог Мартин Сэлиджер верно подмечает такую особенность функционирования идеологии - ее "асимметричность": одни и те же по основному смыслу идеи и принципы способны входить в состав разных идеологий, они могут выдвигаться разными политическими силами и обслуживать их интересы, выполняя, таким образом, неодинаковые социальные функции ("Идеология и политика", 1976).

В современной политической мысли, вслед за Марксом и Мангеймом, распространено и представление об идеологии как о "ложной" форме сознания, а характер и содержание деформированного образа реальности обусловлены конкретными социальными обстоятельствами, в которых находится производитель и транслятор идеологии (т.е. сам идеолог) и которые либо скрыты от него, либо намеренно им искажены. В этом смысле идеология опять-таки трактуется как противоположность научному постижению действительности.

Следуя принципу социальной обусловленности идей, политологи уделяют пристальное внимание вопросу о взаимосвязи идеологии и социальных интересов. Они отмечают нередко встречающееся несовпадение социальной базы и общественной функции идеологии. Иными словами, носителями какой-то идеологии способны быть социальные слои, чьи интересы в ней не представлены, или, напротив, идеология может изначально возникнуть вне той среды, интересы которой она призвана отстаивать (как это было, например, с пролетарской идеологией на заре ее существования). Кроме того, одна идеология способна в определенных ситуациях обслуживать интересы разных социальных слоев. В других случаях интересы одной социальной группы могут быть зафиксированы в разных идеологиях (на Западе интересы предпринимателей выражаются и либеральными, и консервативными, и даже социал-демократическими партиями).

Другая важнейшая черта идеологии - ее органическая связь с политикой и обусловленность политической практикой. Политика -своего рода инобытие идеологии, которая воплощается именно в сфере политического. Равным же образом и политика немыслима без "одухотворяющего" ее идеологического компонента. Вот почему вряд ли имеет смысл говорить о "конце идеологии", как это сделали Дэниел Белл в 1950-е гг. и Фрэнсис Фукуяма в 1980-е гг. либо неоднократно Реймон Арон, начиная со знаменитой книги "Опиум интеллектуалов" (1955).

Известный американский политолог Карл Фридрих (1901-1984), в свою очередь, подчеркивал то, что "идеологии неразрывно связаны с политическим процессом, ибо без идеи не бывает никаких политических действий". Влияние идеологии проявляется на всех фазах этого процесса: осознание проблемы, выбор и принятие политического решения, его осуществление и оценка результатов. Но политика тоже существенно влияет на идеологию - очень часто политический интерес оказывается решающим фактором для выбора направленности и содержания идеологической деятельности. При этом в одних ситуациях ход идеологических процессов может обгонять политическое развитие, в других - тормозить. В первом случае идеология выполняет критическую функцию, во втором - консервативную.

Кроме того, между идеологией и политикой складывается особый род взаимоотношений. Во-первых, можно говорить о неодинаковом влиянии на политику разных типов идеологии, которые отличаются по "степени иллюзорности". Одни идеологии, образно говоря, более "ложны", чем другие (например, идеологии нацизма, расизма существенно опаснее, нежели центристские), и задают политике соответствующую ориентацию. Во-вторых, политике в зависимости от конкретной ситуации почти всегда присущ разный уровень идеологизма. Так, для политического процесса может быть характерна искусственная идеологизация, т.е. его подчинение конкретным идеологическим целям, достижение которых считается категорически необходимым, причем немедленно и независимо от реально складывающихся обстоятельств.

Как же на основании всего вышесказанного понимать идеологию вообще и политическую идеологию в частности? Вот несколько дефиниций. Среди них - предложенная польским социологом и политологом Ежи Вятром.

Вятр уточняет, что идеология предлагает и разъясняет политическим силам общую картину мира, ценности, с которыми связаны политические действия, указывает средства, обеспечивающие реализацию этих ценностей. Кроме того, идеология - это совокупность символов с эмоциональным содержанием, поощряющим усиление активности индивидов и групп.

Мэтр американской политической науки Дэвид Истон понимает идеологию как "артикулированную совокупность идеалов, целей и задач, которые помогают членам политической системы интерпретировать прошлое, понимать настоящее; она также предлагает образ будущего".

Здесь можно добавить, что политическая идеология, по сравнению с идеологией как таковой, более отчетливо ориентирована на практическое политическое действие, на реальное влияние на политическое поведение тех или иных акторов (индивидов, социальных групп, партий, движений и др.). Вот почему Фридрих, например, называет политическую идеологию "идеями-в-действии". Политическая идеология отличается от совокупности неких идей тем, что она более целостна и систематизирована, выражена, как правило, в теоретической форме, четче формулирует лежащие в ее основе базовые принципы, сильнее настаивает на активном участии в каких-либо политических организациях.

11.1.3. Социальные функции идеологии и идейно-политический спектр

Политические идеологии выполняют целый ряд важных социальных функций.

При всех своих отличиях разнообразные идеологии обладают рядом общих особенностей, относящихся к их происхождению (генезису), внутренней структуре и общественно-политической динамике. Вместе с тем возникают и новые идеологии. Они, как правило, складываются в условиях кризисов и в тех общественных слоях, которые либо активно отвергают господствующие порядки и идеи, либо ищут новые обоснования для их защиты. (Например, социализм как идеология появился в качестве протеста против капиталистического общества.) Оформившиеся идеологии характеризуют целостность, систематичность и известная самодостаточность. Они выстраиваются на ряде базовых посылок или принципов, структурно выступающих в виде своеобразного внутреннего "ядра" идеологии, вокруг которого, в свою очередь, нарастает внешняя "оболочка", развивающая и конкретизирующая фундаментальные идеи.

"Ядро" идеологии обычно абстрактно. Оно как раз и представляет собой "ложный" образ реальности, ее специфическим образом искаженную модель. Идеология вообще склонна к абсолютизации и универсализации своих основополагающих принципов, которые якобы единственно "истинны" и общеприменимы. Но при этом идеология обладает большим эмоциональным и внушающим воздействием, ее сила - не в логике концептуальных схем и не в анализе эмпирических фактов, а в способности воодушевлять и убеждать.

Далее, идеологиям неизбежно свойственны догматичность и ритуализация, т.е. имеются свои "отцы-основатели" "герои-мученики", "священные тексты" (манифесты, декларации, конституции) и "ритуалы" (символы, обращения, гимны, праздники). В силу присущего им догматизма идеологии сопротивляются внутренним переменам, однако все они так или иначе подвержены изменениям, которые происходят медленно и болезненно. Темпы и масштабы перемен в идеологии во многом зависят от степени открытости либо закрытости ее внутреннего структурного "ядра". Но все-таки в рамках каждой идеологической системы рано или поздно возникает конфликт между ортодоксами и реформаторами, исход которого - либо постепенная эволюция данной идеологии, либо ее вырождение. Все многообразные прежние или сегодняшние идеологии, пусть и опосредованно, но взаимосвязаны. Новые возникают не в идеологическом вакууме. Развитие идеологии идет под влиянием иных идейных течений.

Существует также важнейшее понятие идеологического (идейно-политического) спектра, т.е. некоторой логической и реальной упорядоченности взаимодействий идеологий. В соответствии с принятой практикой современный идеологический спектр есть схема, состоящая из двух оппозиций: левые - правые или либерализм - консерватизм. Представление о правых и левых политических идеологиях (и соответствующих политических позициях) восходит к эпохе Французской революции, когда на заседании Национальной ассамблеи в 1789 г. слева от спикера сидели депутаты-радикалы, сторонники "свободы и равенства", справа - противники перемен, стремившиеся к сохранению монархических и дворянских привилегий, а в центре - либеральные сторонники представительного правления.

Оппозиция либералов и консерваторов исторически восходит к противостоянию политических противников в испанских кортесах, однако стала почти универсальной (по крайней мере, в западной традиции) в другом контексте. Уже несколько столетий либерализм и консерватизм - идеологические самоопределения главенствующих политических сил во многих странах мира.

Термины радикальный, либеральный, умеренный, консервативный, реакционный дают представление о том, в какой части политического спектра находится то или иное идеологическое течение. Радикалы занимают крайне левый фланг спектра. Это те, кто в наибольшей степени недоволен статус-кво и стремится к его быстрому и коренному преобразованию. Либералы убеждены, что развитие должно идти путем поступательных реформ. Умеренные обычно хотя и видят серьезный непорядок в обществе, однако едва соглашаются с возможностью даже очень несущественных перемен. С точки зрения неприятия крупномасштабных изменений их превосходят, пожалуй, только консерваторы, которые настороженно относятся к любым преобразованиям в опасении, что некомпетентное вмешательство приведет к резкому ухудшению ситуации. Они - в правой части спектра.

Перечисленные позиции в идейно-политическом спектре различаются в своем отношении к темпам, глубине и методам осуществления необходимых трансформаций; вместе с тем все они выступают за изменение (реформирование) общества, т.е. предполагают новаторское содействие его развитию. Только реакционеры (крайне правый фланг) ориентированы на обратный ход политической истории и настаивают на восстановлении институтов предшествующих эпох. Отрицая современные ценности, они рассчитывают, что движение общества можно повернуть вспять, приняв старую политическую систему.

Представления о силе неудовлетворенности общественным статус-кво или о масштабах перемен, на которых настаивает какой-либо политический актор, не всегда достаточно для определения его места в идеологическом спектре. Цель, во имя которой осуществляются преобразования, может значительно точнее установить позицию субъектов политики. Этот фактор заставляет также принимать во внимание ценности, которых придерживаются люди в левой или правой части спектра. Правые обычно верят в авторитет, элитизм и права собственности, левые предпочитают равенство, свободу и права человека.

Экстремизм - другое понятие, часто используемое для определения некоторых специфических идейно-политических позиций. В отличие от радикализма экстремизм обусловлен не целями политического действия, а применяемыми им обычно насильственными средствами.

11.2. Политические идеологии прошлого и современности

11.2.1. Либерализм

Идеология либерализма, которую иногда возводят еще к британской Великой хартии вольностей, ограничившей в XIII в. абсолютизм королевской власти, органически связана с генезисом буржуазного общества, т.е. по времени - с эпохой буржуазных революций XVII-XVIII вв., становлением буржуазно-рыночных отношений и борьбой с остатками феодализма. Именно тогда была оформлена и получила дальнейшее развитие идеология классического либерализма. Ее основы были заложены Адамом Смитом (1723-1790) и Джоном Локком, идеологом Славной революции 1688 г., провозгласившим "жизнь, свободу и собственность" в качестве естественных прав человека и существенно повлиявшим на Американскую революцию 1776 г. Центральное в классическом либерализме - идеал индивидуализма, руководствующегося принципами laissez-faire, и представление об ограниченном государстве как о "ночном стороже", занятом преимущественно вопросами внешней безопасности и почти не вмешивающемся ни в экономические, ни в социально-политические дела. В этом смысле классический либерализм и становление капитализма неразрывны. Французская революция в либеральную традицию дополнительно внесла постепенно получивший самостоятельное развитие буржуазно-демократический компонент.

Либерализм - это метаидеология, которая (наряду с социализмом и консерватизмом) закладывает фундаментальные принципы и направления идейно-политического содержания общественного развития: свободу и веру в возможность рационального постижения и переустройства мира. В качестве метаидеологии либерализм в большей мере, чем другие, оказался способен к серьезной эволюции, в разное время, сочетая в себе малосовместимые идеи, концепции и доктрины (например, о государственном регулировании экономики), но при этом сохраняя ряд главных для него положений, среди которых выделяется признание возможностей: индивидуальной свободы ("равной свободы", по Дж. Уолдрону), если не в экономике, то во всех других сферах общественной жизни; критического отношения каждого индивида к общественному строю; уважения со стороны государства и его равного отношения к любому индивиду (Р. Дворкин).

Современный либерализм - сложное духовное образование, где появились идейные течения, пытающиеся синтезировать его основные ценности с социально ориентированными идеями и концепциями "большого государства" или "государства всеобщего благоденствия" (Дж. Роулс; 1921-2002) либо с представлениями, полностью отрицающими социальную направленность деятельности государства (Р. Нозик).

Среди идеологических ценностей классического либерализма выделяются уже упоминавшийся индивидуализм как основополагающий моральный, политический и экономический принцип; идеал свободы, противостоящий феодальным ограничениям, но введенный в рамки закона (конституционализм, разделение властей, принцип сдержек и противовесов). Либеральная идеология проникнута прогрессистским духом и сугубо рационалистична, т.е. исходит из веры в прогресс и способности человеческого разума. Наряду с идеалом свободы ей в какой-то мере присущ и идеал равенства - ведь все люди равным образом рождены свободными. Данное сочетание идеалов образует линию внутреннего напряжения, которое лишь отчасти снимается идеалом меритократии (лат. meritus - достойный; буквально: власть самых одаренных, т.е. тех, кто заслужил ее своими достижениями и добился некоторых привилегий). Это противоречие постепенно становится все более значимым для внутренней эволюции идеологии классического либерализма. Надо также упомянуть типично либеральную идею о необходимости добровольного согласия подчиненных для власти над ними (англ. consent of the governed) и принципы терпимости и плюрализма.

Эволюция либерализма была органически связана с динамикой капиталистического производства. Начавшееся с конца XIX в. сужение сферы свободного рынка и становление монополий привели к коренному пересмотру социальной функции классических либеральных идеалов. Реальное ограничение свободной рыночной конкуренции и монополизация капиталистического производства в итоге сделали так, что идеал свободного рынка, сохраняя внешнюю идеологическую форму, на деле значительно поменял свое содержание и приобрел несвойственную ему раньше консервативную, охранительную социальную функцию.

В такой ситуации сущностная структура идеологии либерализма подверглась корректировке. Эта внутренняя эволюция либерализма связана, с одной стороны, с сохранением основополагающих политических и социально-этических либеральных ценностей, а с другой - с обращением к ряду иных (прежде всего экономических, но не только) принципов. Центральное место в идеологии возникшего в США в эпоху Нового курса (1933-1939) президента Франклина Рузвельта, а затем распространяющегося на весь западный мир неолиберализма заняли принцип государственного вмешательства и регулирования экономических процессов и идея социальной ответственности государства, которому с тех пор вменялись в обязанность и функции соцобеспечения самых неимущих групп населения. Эта этатистская переориентация либерализма была связана в первую очередь с именем известного английского экономиста Джона Кейнса (1883-1946), чьи идеи воздействовали не только на экономическую практику, но и были включены в современную либеральную идеологию.

11.2.2. Консерватизм

Идеология консерватизма во многом противоположна либерализму, однако между ними все же есть определенная зона согласия (консенсуса). Зарождение консерватизма в конце XVIII - начале XIX в. было обусловлено в основном феодально-аристократической реакцией на Французскую революцию и в этом смысле данная идеология изначально имела антибуржуазный характер.

Почти с первых лет возникновения консерватизма в нем наметились два течения. Одно - так называемое континентальное, реакционное и автократическое, представленное французским философом Жозефом де Местром (1753-1821), другое - англо-американское, умеренное, основателем которого считается Эдмунд Берк. Классический консерватизм выступил с резкой критикой Французской революции, в т.ч. за то, что ее идеологи уповали на абстрактные принципы и идеалы, далекие от действительности. Им, как и либералам в целом, консерваторы противопоставляют традицию, опыт, историю.

В консервативной идеологии центральными признаны следующие ценности и положения: прежде всего превозношение традиции как таковой и всего традиционного (т.е. того, что надлежит сохранить, консервировать в условиях перемен); представление о несовершенстве и даже греховности человеческой природы и ограниченных возможностях разума (данный пессимистический подход очень отличается от либерального прогрессистского оптимизма и рационализма); понимание общества как продукта органического социально-исторического развития, которому противопоказаны волюнтаристские эксперименты; идея о неизбежности и благотворности общественной иерархии, опирающейся на врожденное неравенство людей (отсюда - восхваление общественного и нравственного авторитета "естественной аристократии"); сдержанное отношение к самой идее свобод для "неразумных" масс и др.

Очерченная выше консервативная модель, часто называемая традиционализмом или традиционалистской разновидностью консерватизма, с ее антибуржуазной направленностью представляла собой главное течение в этой идеологии вплоть до конца XIX в. И сегодня традиционализм, во многом лишившийся своего антибуржуазного пафоса, остается одним из компонентов консервативной идеологии.

В конце XIX столетия в США, а позднее в Европе возникла иная, становившаяся все влиятельнее, разновидность консерватизма, названная либертаризмом, который окончательно оформился в первой половине XX в.

Среди идеологов либертаризма выделяются Фридрих Хайек и Людвиг фон Мизес (1881-1973). Они заложили концептуальные основы либертаристского консерватизма, в т.ч. в области экономики.

Одним из наиболее видных представителей современного либертаризма является Роберт Нозик (1938-2002), автор широко известной книги "Анархия, государство и утопия" (1975). По Нозику, над "хорошо организованным обществом" постоянно нависают две угрозы: идея безгосударственного общества (анархия), неспособного обеспечить реализацию прав и свобод индивида; теория государства, выходящего за пределы "минимального", т.е. такого, которое берет на себя функцию перераспределения или ставит перед собой мобилизационные цели развития, модернизации и т.д. Только "минимальное государство" в состоянии гарантировать человеку свободу как высшую ценность в политической сфере. Все человечество, считает Нозик, воплощается в каждом индивиде, поэтому он никогда не должен рассматриваться в качестве средства, а не цели. В этом смысл нозиковской трактовки идеи справедливости как прав человека.

Либертаризм заявил о себе как о программе защиты классических либеральных идеалов свободных рынка и конкуренции в условиях развития государственно-монополистического капитализма. Именно поэтому он сохранил лишь внешнюю форму классического либерализма, но придал ей принципиально иное - консервативное - содержание, поскольку в ситуации, с одной стороны, монополизации экономики, а с другой - постепенного обретения государством социальных функций, идея laissez-faire приобретала типично консервативный смысл, становясь формулой защиты, консервации интересов и порядков уходящих с общественной сцены групп.

Это обстоятельство, по сути, придает дополнительную ясность реальному социальному содержанию консерватизма в качестве идеологии именно тех социальных групп, положению которых в обществе начинают угрожать объективные тенденции социального развития. Оно подтверждает также непостоянство социальной базы консерватизма, а соответственно, возможность того, что в условиях общественных перемен разные идеологии возьмут на себя консервативную функцию. Как раз в данном смысле консерватизм ситуационен и вторичен, т.е. в определенных ситуациях производен от иных идеологий. Вот почему можно ожидать, что в неких формах, в т.ч. новых, идеология консерватизма будет воспроизводиться и эволюционировать и в будущем.

В завершение обзора соотношения либерализма и консерватизма надо обязательно вспомнить общие для обеих идеологий ценности - в первую очередь частную собственность, приоритет (авторитет) закона и др. Это дает основание говорить о идейно-политическом центре как особой зоне взаимопересечения ценностей и принципов либерализма и консерватизма - некогда полярных позиций идейно-политического спектра.

11.2.3. Социализм

Идеология социализма глубоко укоренена в истории. Впервые социалистические по направленности идеи обнаруживаются уже в "Утопии" Томаса Мора (1478-1535), а некоторые исследователи даже склонны искать их в "Республике" Платона. Однако как целостную систему Политических убеждений, т.е. идеологию, возникновение социализма связывают с XVIII в., считая его реакцией на развитие индустриального капитализма. Вначале идеологи социализма старались выражать интересы мелких ремесленников, которым угрожала индустриализация, а позднее - рабочего класса.

Социалистическая идеология возникла и эволюционировала как своеобразная революционная утопия, цель которой - замена общества, основанного на принципах частной собственности и рыночных отношений, принципиально иным, опирающимся на коллективную собственность. Именно этот ориентир ставили перед собой уже ранние идеологи социализма - Роберт Оуэн (1771-1858) и Шарль Фурье (1772-1837). Далее социализм в специфической форме был осмыслен Марксом и Энгельсом.

В социалистической идеологии выделяются следующие положения: идеал общественной собственности, противопоставляемой частной; классовый подход, в соответствии с которым главной целью провозглашается защита интересов неимущих слоев в ходе классовой борьбы; идеал равенства как основная ценность и принцип эгалитаризма (т.е. "равенство результатов" против "равенства возможностей", отстаиваемого либерализмом); упор на общество и общественные потребности взамен индивидуализма и др.

В XIX в. в рамках социализма складывается социал-реформистское направление с его идеей о возможности постепенной интеграции рабочего класса в капиталистическое общество при улучшении материальных условий жизни пролетариев. Оставался лишь один, но принципиальный шаг до признания мирного пути к социализму парламентским путем и поэтапного изживания классовой борьбы. Эту тенденцию ревизионизма теоретически оформил Эдуард Бернштейн (1850-1932), многими идеями которого воспользовалась современная социал-демократия. В русле данного направления в разное время сложились новые социал-демократические течения: гильдейский социализм, австромарксизм, государственный социализм, неосоциализм и др. Во второй половине XX в. Социнтерн попытался идейно объединить все лейбористские, демократические, рабочие, социал-демократические и им подобные партии вокруг модели демократического социализма. Главные положения этого течения в социалистической идеологии: социализм - не государственный строй, а процесс укоренения социальной справедливости в жизни общества, баланс коллективных и индивидуальных интересов. Тем самым был фактически воспроизведен известный лозунг Бернштейна: "Движение - все, конечная цель - ничто".

Идеология демократического социализма содержит, кроме вышеприведенных, ряд ориентиров, среди которых наиболее существенны следующие: парламентская демократия; принцип демократизации общества в целом; плюрализм как принцип (в т.ч. в социалистической теории); человек - высшая ценность (антропологический подход); политика реформ, учитывающая основные идеалы - свободу, солидарность, равенство, справедливость, гарантии прав человека; демократизация экономики ради устранения структурной нестабильности, дисфункциональности, негуманности капитализма и олигархии не революционными мерами, а путем постепенных изменений в соответствии с принципом смешанной экономики; демократизация системы образования.

Марксизм - радикально-революционное течение в идеологии социализма, названное по имени его основоположника Маркса.

Марксизм как таковой основательно воздействовал на развитие политической мысли в XX в. Многие школы неомарксизма заимствовали у этой тенденции социализма казавшиеся им самыми перспективными и интересными положения, не принимая порой марксизм в целом. Но немало идеологов пошло по пути корректировки классического марксизма, стараясь сделать его адекватным новым противоречивым процессам политического развития XX столетия.

Ярким представителем последнего направления был Антонио Грамши, попытавшийся восстановить значение человеческой субъективности (сознания) как одного из важнейших положений марксизма.

Годами раньше большое влияние на марксистские круги таких теоретиков, как Карл Каутский (1854-1938) и Георгий Валентинович Плеханов (1856-1918), привело к созданию ряда идеологических группировок. Они переоценивали объективные условия капитализма (экономизм) и рассматривали человеческую субъективность как простое проявление глубоких экономических процессов. Их последователи теоретизировали и в период активной интеллектуальной деятельности итальянского философа. Грамши спорил с этими идеологами марксизма, поскольку прежде всего интересовался ролью идей и сознания. Его подход содержал отрицание экономизма, более тонкое понимание отношений между идеологией и сознанием, акцент на автономии государства, новую интерпретацию роли интеллектуалов в классовой борьбе.

По Грамши, частная собственность - необходимое, но недостаточное основание для капиталистического господства. Значение же государства как альтернативной арены борьбы неуклонно растет по мере развития общества. Он расширил концепцию власти, включив в нее множество институтов, которые канализируют властные отношения: образование, парламент, суд, средства массовой информации, т.е. все виды деятельности и инициатив, формирующие аппарат политической и культурной гегемонии правящего класса. Поэтому борьба за сознание людей столь же значима, как и борьба за собственность на средства производства.

Придав классовой борьбе более широкий и "органический", чем у Маркса и его строгих последователей, смысл, Грамши подчеркнул возрастающую роль интеллектуалов в революционной деятельности. Никакая революционная организация без интеллектуалов невозможна, значит, политическая сплоченность любой из них предполагает соответствующий уровень идеологического единства, при котором партия, интеллектуалы и массы устанавливают между собой "органические" отношения.

В марксистской тенденции идеологии социализма радикальнее всех остальных был большевизм. В виде партии и течения политической мысли он возник в 1903 г. после раскола на II съезде РСДРП на большевиков во главе с Лениным и меньшевиков во главе с Л. Мартовым (1873-1923).

Большевиков отличал максимализм в отношении ко всем сторонам жизни, обусловленный истовой верой в безусловное преимущество революции перед эволюцией и реформами. Выступая за "плебейскую" расправу над отжившим строем, большевики стояли на позициях безоговорочного революционного насилия. Их идеологи выдвинули тезис о классовом характере царистского Российского государства, которое должно быть уничтожено и заменено демократией советов или демократическим централизмом. Они объясняли социальные и политические взаимосвязи с помощью диалектического метода как единственной основы политического развития, полностью следуя в этом за Марксом.

От других представителей социал-демократизма большевиков отличала и приверженность идее об особой "авангардной" роли коммунистической партии нового типа, впервые сформулированной Лениным в работе "Что делать?". Смысл его концепции заключается в следующем:

Важным элементом большевизма стала также идея Ленина о гегемонии пролетариата, которую он рассматривал как условие продвижения по пути буржуазной революции дальше того рубежа, который приемлем для "либеральной буржуазии". Это позволило бы полностью выполнить программу-минимум РСДРП - минуя конституционную монархию, перейти к революции социалистической.

По сравнению с Лениным Плеханов оказался более умеренным; он считал, что большевизм отличало пренебрежение к "профессорской науке", склонность к "невероятному дару упрощения". Вместе с тем, учитывая устремленность к революции, именно максималистское, черно-белое видение действительности способствовало предельной конкретизации ситуации. Поддержку своему курсу большевики обеспечили соединением утопических, прагматических и демагогических элементов идеологии с очень простыми лозунгами, созвучными массовым настроениям в период Первой мировой войны, - требованиями мира, земли, уравнительной справедливости и передела собственности.

В работе "Государство и революция" Ленин наметил основные принципы формирования и действий новой государственной власти в России: нужна диктатура пролетариата, а старое государство как "диктатура буржуазии" подлежит разрушению. Раз сущностью новой власти станет подавление "меньшинства", то был предложен "ряд изъятий из свободы по отношению к угнетателям, эксплуататорам, капиталистам". Поскольку согласно Марксу государство неизбежно отомрет, то большевики поспешили ликвидировать многие атрибуты как буржуазного государства (разделение властей, политические свободы, всеобщее избирательное право), так и всякой государственности вообще (профессиональная армия, полиция, чиновничество). Функции государственного управления должны быть доступными для всех трудящихся. Ленинская теория государства по сути исключала всякую возможность компромисса, прежде всего идеологического, с другими партиями.

Было бы изрядным упрощением считать Ленина сторонником только насильственных методов. Его приверженцы действительно полагали, что "освобожденный народ" не нуждается ни в государстве, ни в управлении, ни в дисциплине. Анархистские идеи М.А. Бакунина и Фердинанда Лассаля (1825-1864) были популярны в люмпенизированной (т.е. деклассированной) среде, выходцы из которой заняли государственные должности Известно, например, что ленинский призыв на III съезде комсомола "учиться производству, искусству управления" разочаровал большинство делегатов своей прозаичностью на фоне массовых грез о мировой революции. Серьезно противодействовали большевики и началу новой экономической политики (НЭПа), предполагавшей широкое развитие кооперативной деятельности. Это было время пересмотра Лениным "всей нашей точки зрения на социализм". Он отошел от лозунгов мировой революции, выступив за мирное сосуществование социализма и капитализма, стал рассматривать "социалистическую" экономику как часть мировой, предпринял некоторые шаги в направлении правового демократического государства.

Тем не менее проект "государства-коммуны" так и не воплотился в реальность. Советы быстро превратились в прикрытие однопартийной военно-бюрократической диктатуры. Для компенсации растущего расхождения между лозунгами и жизнью большевикам пришлось перейти к тотальному государственному насилию. Это было связано с именем Иосифа Виссарионовича Сталина (1879-1953).

В отличие от Ленина Сталин был противником отказа от методов военного коммунизма и стал самым последовательным выразителем идеи "железной рукой загнать человечество в счастливое социалистическое общество".

Со второй половины 1920-х гг. в идеологии большевизма обозначилась новая "генеральная линия" в отношении государства - сталинская - с ее крайне антидемократическим и тотально-централистским содержанием, что в политике привело к полному уничтожению даже малейшей самостоятельности парторганизаций и местной власти (советов), усилению вождизма. Идеологи партии самыми разными аргументами обосновывали переход к тотальному государству, контролировавшему все стороны жизни, и приоритетному развитию военно-промышленного производства, ради чего в стране была создана обстановка военного лагеря.

Большевистская идеология при Сталине дополнилась и еще одним немаловажным положением, связанным с опорой на русские национальные традиции. Произошло своего рода сращивание левых лозунгов с идеей государственного патриотизма при соответствующем отходе от планов мировой революции, для которой СССР должен был бы служить лишь стартовой площадкой.

Сама идеология была названа марксизмом-ленинизмом в середине 1920-х гг. в связи с предпринятым Сталиным отделением марксизма от ленинизма как дальнейшего идеологического развития, в т.ч. в виде официальной доктрины существующего государства. В марксизм-ленинизм входили только учения (анализ, аксиомы и оценки) Маркса, Энгельса и Ленина. На деле же к нему были присоединены и труды Сталина, а позднее его преемников на посту генерального секретаря КПСС. Марксизм-ленинизм включал в себя три составные части: философию диалектического и исторического материализма; политическую экономию капитализма и социализма; с начала 1960-х гг. - теорию научного коммунизма, выдававшуюся за политическую науку. Эти три части рассматривались как элементы единого мировоззрения рабочего класса и его революционной партии, неразрывно связанные между собой, хотя и с относительной самостоятельностью. Марксизм-ленинизм претендовал на статус знания, "истинно" объясняющего исторические и социальные законы общественного развития. Были выделены следующие из них: неизбежная смена капитализма социализмом; сосуществование мирно соперничающих между собой государств с различным общественным строем, пока есть капитализм; возрастающая роль народных масс в истории; закономерное обострение классовой борьбы в международном масштабе.

Идеология марксизма-ленинизма - это логически замкнутая система, призванная служить теоретическим руководством для революционного изменения мира.

11.2.4. Национализм

В отличие от других идеологий национализм трудно истолковать более или менее однозначно. Многие исследователи склоняются к тому, что национализм в широком смысле не просто идеология, а скорее часть целостной культурной подсистемы, благодаря и одновременно вопреки которой образуется совокупность национально-патриотических взглядов, верований и чувств.

Интерпретация: Замечательный философ политики Арон считал, что в XX столетии существуют лишь три великие идеологии (метаидеологии), назвав наряду с либерализмом и социализмом, но вместо консерватизма национализм.

В привычном словоупотреблении понятие национализма воспринимается негативно, хотя по существу это не вполне верно. Николай Александрович Бердяев (1874-1948) указывал на наличие двух типов национализма: творческого, созидательного и деструктивного, разрушительного, сопровождающегося ненавистью к чужому. В первом случае он способствует сплочению нации, образованию "национального государства", во втором - направлен против других народов и несет в себе угрозу не только для "противника", но и для своего общества, поскольку "идолопоклоннически превращает национальность в верховную и абсолютную ценность, которой подчиняется вся жизнь", культивирует чуть ли не зоологическое отношение к человеку при попытке выработать и сохранить "чистую расу".

Понятие национализма нередко используют и в других смыслах. Иногда его применяют для описания лояльного отношения к государству, хотя правильнее было бы говорить о патриотизме. Порой этим словом характеризируют убеждения, что какой-то народ, культура или цивилизация "выше" всех остальных, но это - проявление шовинизма. Иной раз национализмом называют национальную идентичность, что недостаточно конкретно.

Дело в том, что понятия нации и государства часто путают. Нация - в первую очередь социологический термин, определяющий большую группу людей, которая характеризуется сознанием своего единства и желанием жить сообща в силу родственного происхождения, лингвистического сходства, общей культуры и географической близости. Понятие нации носит не политический, а социальный характер. Возможны и другие подходы: Карл Реннер (1870-1950) назвал нацию "ежедневным плебисцитом" по вопросу о желании людей жить вместе. Принято считать, что этническое происхождение - самая общая характеристика, объединяющая нацию. Если люди говорят о себе как об ирландцах, русских, евреях, испанцах и т.д., значит, они указывают на этнос, но когда называют себя американцами, то включают в определение политический компонент - гражданство. Тот факт, что этничность - основа не только национальности, но и нации, не означает, что люди обязательно должны быть родственниками по крови, чтобы входить в одну нацию. США, Россия или Швейцария, например, включают несколько этнических групп. И наоборот, люди, принадлежащие к одной нации, могут проживать в разных государствах. Немцы живут в ФРГ, Лихтенштейне, а у австрийцев и швейцарцев - германское происхождение. На протяжении тысячелетий своей территории не было у евреев, которые тем не менее сохранили национальную идентичность, поддерживаемую сильными культурными традициями, религией и этническим сходством.

Государство - политический термин, обобщающий народ, территорию, правительство и обладание суверенитетом. Единственной характеристикой, которая в равной степени присуща и государству, и нации, является народ, объединяющийся вокруг данного государства и отождествляющий себя с ним. В рамках государства представители разных этносов начинают столь тесно взаимодействовать друг с другом, что превращаются в нацию (например, в США), а само государство становится нацией-государством (англ. nation-state, фр. etat-nation).

Как политический институт нация-государство - продукт недавней истории. До его появления людей объединяли другие политические институты (племена, города-государства, империи и т.д.). В идеологии же национализма происходит слияние идеи нации с идеей государства этой нации, т.е. по сути этнонационального государства.

Интерпретация: Известный французский политолог Д. Коля считает, что в современный период "нация есть не что иное, как нация-государство: политическая форма субъектного территориального суверенитета и культурная однородность (лингвистическая и/или религиозная), которые, накладываясь друг на друга, порождают нацию. Национализм же характеризует движения и идеологии, настойчиво требующие, на словах либо с оружием в руках, совмещения политических границ с культурными границами. Национализм может согласиться с присутствием "не-националов" во имя нации или ратовать за их ассимиляцию, изгнание, даже уничтожение" ("Политическая социология", 1994).

Первые признаки национализма появились еще в XII в., но большое политическое значение он приобрел значительно позднее. Во многом национализм был ответом на рост торговли и коммуникаций в эпоху Просвещения, однако влиятельной идеей он стал в период Французской революции как реакция на универсалистские притязания классического либерализма. Исследователи этой проблемы считают, что национализм есть идеология современного нации-государства. Вместо того чтобы быть лояльными к конкретному субъекту, будь то король или христианская община (два вида лояльности, типичные для средневековья), в новых условиях нации-государства люди привержены идее, традиции, истории и национальному единству. Таким образом, национализм - это во многом эмоциональный союз политического феномена с идентичностью человека, который ощущает свое единение с себе подобными, - "я" превращается в "мы". Он устанавливает систему ценностей и механизмы реализации потребностей общества. Поэтому не существует национализма как единой, "большой" идеологии, а есть множество национализмов, каждый из которых характеризуется особенностями данного народа, его ценностями, традициями и специфическим отношением к "чужим". Национализм весьма типичен для западной цивилизации, где политические аспекты жизни играют важную роль. В восточных обществах приоритетными ориентирами чаще бывают иные, чем государство, общности, такие как семья, род и т.д.

Интерпретация: Считается, что национализм обладает еще и некоторыми трансцендентными (т.е. находящимися за границами сознания и познания) качествами, пробуждая чувство истории и давая цель потомкам. Берк писал: "Он становится партнерством не только между теми, кто живет, но и между теми, кто уже мертв, и теми, кому еще только предстоит родиться". Он требует, чтобы его приверженцы были готовы пожертвовать всем - семьей, достоянием и даже собственной жизнью, - ради блага своего государства, если в том возникнет необходимость.

В политическом смысле правильнее понимать национализм как идейно-политическую доктрину организации власти на определенных принципах. Британский теоретик Эрнест Геллнер, в отличие от многих авторов, использующих для трактовки национализма по преимуществу этнический или антропологический подход, осмысливал этот феномен в политико-философском аспекте. Он усмотрел важную связь между культурой и политикой, объясняющую природу национализма. В основе стремления к национальной государственности - необходимость защиты национальной культуры, т.е. институтов создания, сохранения, передачи культурных ценностей этноса. Такую функцию в современном обществе может выполнить только государство. Значит, национализм - это, прежде всего, политический принцип, "согласно которому политические и национальные образования должны совпадать".

По Геллнеру, самоидентификация человека сводится к субъективному суждению, формирующемуся под влиянием различных факторов, прежде всего субъективной воли, культуры и политики, которые и образуют триединство, лежащее в основе национализма как идеологии. Именно национализм порождает осознание своей национальной принадлежности. Сама по себе культура какого-либо сообщества воспринимается им как данность, но по мере вторжения в его жизнь инородных "мобильностей", инноваций и средств коммуникации местная культура все больше воспринимается как основа идентификации человека. Таким образом, культура парода начинает оказывать влияние на самоидентификацию нации только в динамике, которая, в свою очередь, зависит от общественно-политической и экономической ситуации. Еще яснее эта мысль высказана учеником Геллнера Энтони Смитом (род. 1933): национализм - это "идеологическое достижение и установление автономии, сплоченности и индивидуальности социальной группы, часть членов которой видят себя реальной или потенциальной нацией".

Известный исследователь Эрик Хобсбаум (род. 1917) показывает специфику этой идеологии на примере выдуманной им "Руритании": национализм предполагает, что "политический долг руританцев по отношению к государству, которое включает в свой состав руританскую нацию и служит ее представителем, выше всех прочих общественных обязанностей, а в экстремальных случаях (таких, например, как война) он должен подчинять себе любого рода обязанности. Этот признак отличает современный национализм от иных, менее требовательных форм национальной и групповой идентификации". В свою очередь Джеймс Келлас представляет национализм в двух видах - как идеологию, воспитывающую в людях "национальное самосознание", и как модель политического поведения - и выделяет три его типа: этнический, социальный и официальный. Однако в отличие от Геллнера он считает, что любой из трех типов национализма возникает внутри этнической, социальной или официальной нации.

Большинство же исследователей настаивают на патологической природе национализма, его страхе перед инородным и оттого ненависти к нему, на близости к расизму и шовинизму. Он устанавливает искусственный барьер между человеческими общностями, разделяя их на "мы" и "они", при этом "мы" часто воспринимается как нечто гораздо более высокое и ценное, нежели "другие" народы. Тем самым национализм превращается в одну из наиболее опасных современных идеологий.

Вместе с тем национализм как таковой оказал влияние на все значимые современные идеологии и нередко доминирует над иными идеологическими целями.

11.2.5. Фашизм

К крайне правому флангу идеологического спектра относится фашизм. Суждения его идеологов и вождей не оформлены в законченные теории - они фиксируют лишь общие цели фашизма и оправдывают его, опираясь на предельно эклектичный набор идей.

Итальянский фашизм - результат объединения части левых, разочаровавшихся в марксизме, "новых националистов" и представителей "национального синдикализма". Это идеологическое движение было первым, перенесшим принцип классовой борьбы на международную сцену. Следуя за идеями немецкого экономиста Фридриха Листа (1789-1846), фашисты верили в то, что высокоразвитые промышленные государства создали препятствия на пути торговли и обмена для более слабых стран, мешая им преодолеть недоразвитость. В их борьбе только идея нации может стать опорой стабильности, а сильное, тотальное государство способно обеспечить рост в экономике. Фашисты утверждали, что "пролетарская" Италия после тысячелетий униженности и подчинения должна с помощью быстрой индустриализации стать равной современным "плутократиям" (т.е. странам, где господствуют самые богатые), жертвой эксплуатации которых она и является.

Центральность понятия нации в фашистской доктрине очевидна. Еще до прихода к власти в Италии идеолог Бенито Муссолини писал, что фашизм видит "нацию как стоящую до и выше чего-либо еще". В этой идеологии нация рассматривается не как совокупность индивидов, а как органическое единство, выражающее свое мнение и волю в вожде, а суверенитет - в государстве. В то же время для фашистов нация являлась "мифом", "идеальным представлением возможного будущего", а также наследием тысячелетней традиции "вечного Рима". Она была главным мотивом, воодушевлявшим граждан на жертвенность, трактовалась как память о героическом прошлом и одновременно мечта об альтернативном будущем. Реальная же нация, связанная территорией, языком, экономикой и общей историей, была лишь "сырьем", которому истинную форму и целостность, моральное, политическое и экономическое единство придает фашистское государство. В официальной "Доктрине фашизма" Муссолини об этом говорится еще четче: "Не нация создает государство... Скорее нация создается государством, оно дает народу, осознающему свое моральное единство, волю и тем самым делает его существование эффективным".

Фашисты были не только крайними националистами, они, прежде всего, радикальные государственники. Для фашистских теоретиков именно государство во главе с вождем - воплощение группового сознания.

Понимание государства отличает итальянский фашизм от национал-социализма в Германии, идеологи которого считали государство "производным продуктом" от расы, т.е. их подход можно назвать биологическим. Антропологическая раса приоритетна для немецкой версии фашизма: она - источник и нации, и государства.

В своей крови мы несем священное наследство своих отцов и предков. Мы не знаем их, бесконечной линией уходящих во тьму прошлого. Но все они живут в нас и благодаря нашей крови расходятся сегодня по всему свету. Именно поэтому наша кровь священна... Отрицать свою кровь - значит отрицать самого себя.

Идеологии фашизма в целом присущи несколько особенностей. Во-первых, это четкое различение идеологий верхов и масс. Элитарность верхов оправдывалась в том числе и биологическими аргументами. Идеология масс строилась преимущественно на принципах народности, социальной справедливости, защиты интересов трудящихся, т.е. содержала в себе многие элементы популизма.

Именно из демагогических соображений фашизм сделал упор на популярные в первой трети XX в. идеи социализма. (Некоторые исследователи даже называют фашизм "марксистской ересью".) Однако понимание социализма было у фашистов весьма специфическим. Муссолини видел в нем великий акт разрушения, Адольф Гитлер (1889-1945) - полную приверженность целям нации. Поначалу фашизм провозглашал ликвидацию классовых различий, национализацию крупных монополий и т.д. Позднее он полностью утратил антикапиталистическую направленность.

Во-вторых, фашизму свойственны воинствующий иррационализм, ненависть ко всякому теоретизированию (за исключением идеологии для верхов), предельное упрощение лозунгов и идеологических клише, неприязнь к образованности. В-третьих, он был построен на харизматическом принципе - на вождизме. Верховный вождь (дуче в Италии, фюрер в Германии) есть воплощение расового, национального и народного духа. Он обладает неограниченной властью по отношению ко всем подчиненным, включая более мелких вождей. Четвертая характеристика этой идеологии - культ грубой силы, абсолютизация силового фактора в истории, отрицание всякого гуманизма. В сочетании с расизмом и антисемитизмом культ насилия стал одной из причин развязывания самой кровопролитной войны в истории человечества, крайней жесткости по отношению к народам оккупированных стран, уничтожения "недочеловеков" (цыган и славян), Холокоста - массового геноцида евреев.

Несмотря на сокрушительный разгром Германии в 1945 г., полную дискредитацию и запреты этой идеологии, фашизм время от времени возникает вновь в виде неофашистских партий в более чем 60 странах мира. Экономические трудности, межнациональные противоречия и тому подобные кризисные феномены провоцируют неофашистские проявления, опасность которых не следует недооценивать.

11.2.6. Анархизм

Идеологическое течение анархизма занимает противоположные фашизму позиции в отношении государства.

Особенно были сильны тенденции анархии в России - стране его классиков Михаила Александровича Бакунина и Петра Алексеевича Кропоткина; здесь же анархизм периодически проявлял себя влиятельным идейным течением в открытых и скрытых формах. Великий русский писатель Лев Толстой тоже отвергал государство, хотя и не считал себя анархистом. Выражение анархии - знаменитый русский бунт, "бессмысленный и беспощадный", как реакция на наглость и несправедливость власти, подавление человеческой личности правителями. С этим во многом связаны характерные для России революционаризм, радикальность решений, максимализм во всем, равно как и русская вольница - стремление к воле вместо свободы. Воля всегда была направлена на выживание в лихую годину, на самопомощь, в чем, как считали идеологи анархизма, обнаруживаются витальность и жизненная сила россиян.

Долой же все, что не составляет вполне Моего. Вы полагаете, что моим делом должно быть по крайней мере "добро"? Что там говорить о добром, о злом? Я сам - свое дело, а я не добрый и не злой. И то, и другое не имеет для меня смысла.

Среди русских анархистов наибольшее воздействие на российскую интеллектуальную традицию и на западный анархизм оказал Бакунин. Он отмечал две основные способности в человеке - бунтовать и мыслить. Эти способности проявляют себя, прежде всего, с "бунта воли" - нежелания признать и примириться с банальным, общеизвестным, книжным. Подлинный революционер, отрицающий роль государства в революции, - взбунтовавшийся крестьянин и разбойник с большой дороги. Поэтому Бакунин, будучи высокообразованным человеком, отрицал ученость и культурность.

Бакунин разработал радикальную революционную утопию анархизма, которая, в сущности, представляла собой рационализированный вариант христианского учения о тысячелетнем царстве и конце истории. Религия, по Бакунину, - основная структура, легитимизирующая политическое господство. Мировоззрение анархизма в этом смысле противостоит религии и стремится утвердить совершенное общество в пределах земного существования людей. Государство вне зависимости от его формы - это всегда механизм подавления людей и насилия над их свободой. Оно управляет обществом сверху вниз, используя для обеспечения своего господства механизм права.

Поэтому перед угнетенными людьми стоит задача ликвидации этой подавляющей силы - государства, чего может добиться только стихийная революция угнетенных классов. Возглавить ее призвана партия, но не являющаяся формальной организацией, а созданная по принципу секты.

Человечество, по Бакунину, проходит в своем развитии три этапа. Первый - человеческая животность, когда человек есть неразумная бессознательная составляющая всеобщего потока причинности; он слит с самой природой в одно сущее. На втором этапе человек отделяет себя от природы и у него возникают идеи тотальности и абсолюта (т.е. вечной, бесконечной духовной первоосновы Вселенной). Именно на этом этапе происходит институционализация государства и его легитимизация посредством религии. Два первых этапа развития человечества - эпохи несвободы, его "неподлинное бытие", когда сначала царило рабство природное, а затем государственное при поддержке религии. Третий этап - это бунт, который путем отрицания и разрушения прошлого сделал бы возможным реализацию идеала свободы от господства.

Обратите внимание!

Модель бакунинского анархизма можно представить так:

Анархистский идеал свободы, как видно на схеме, был вынесен за рамки развития человеческого общества, будучи противопоставлен его социально-политическому бытию как таковому.

Бакунин предложил весьма оригинальную схему политической истории России, резко противопоставив общину чуждому ей деспотическому государству, сложившемуся в результате внешних влияний - татарского нашествия и петровской европеизации. Хотя философ однозначно негативно оценивал государственный деспотизм, самодержавие для него было воплощено в царе, который в ситуации народного недовольства способен осуществить "революцию сверху". Главное же, чтобы интеллигенция и власть отказались от чуждых России западных политических теорий, - только в таком случае они смогут помочь народу претворить в жизнь анархистский политический идеал.

По мнению Бакунина, между крестьянским миром и государством в России всегда был раскол. Власть государства - глубоко чуждая сила, навязанная извне, поскольку славянские племена своего государства никогда не создавали. Российская империя, соответственно, была антирусским феноменом ("немецким"). Народ противостоит империи, будучи носителем своей "внутренней Правды" - социального идеала, путь к которому лежит через революцию.

Для Бакунина общество - естественный, органический способ бытия людей, не формализованного никаким социальным контрактом. Он в принципе отвергал и ценность права как гаранта свободы, ибо оно - атрибут государства, инструмент прямого державного насилия и должно исчезнуть вместе с ликвидацией политической власти.

В соответствии с бакунинским социальным идеалом организация общественной жизни не должна исходить сверху вниз или от центра к периферии, а, наоборот, снизу вверх и от периферии к центру - по принципу свободной ассоциации и федерации. Детальная программа анархистского переустройства мира включала в себя следующие пункты:

Многие идеи Бакунина впоследствии были восприняты народничеством (например, своим идеалом народническая организация "Земля и воля" провозгласила анархию и коллективизм, которые нужно достичь с помощью революционного переворота).

Князь Кропоткин - еще один крупнейший идеолог анархизма, представивший его историю как сменяющие друг друга "вспышки" под влиянием крупных общественных событий. Во времена Французской революции появился Уильям Годвин (1756-1836), неудавшейся революции 1848 г. - Пьер Жозеф Прудон (1809-1865), неудач французской Коммуны - Бакунин. Кропоткин тоже писал о том, что власть -всегда зло, даже если ее избрали свободно.

Кропоткин следовал Бакунину в неприятии частной собственности. Вместе с тем он внес некоторые новшества в идеологию анархизма, основы которой разработал его предшественник, определив свою теорию как анархо-коммунизм и настаивая на том, что анархистская концепция общества должна соответствовать уровню развития научного знания, представленному тогда позитивизмом.

В 1903 г. Кропоткин и его единомышленники стали издавать первый орган русских анархистов-коммунистов "Хлеб и воля". Тогда же появилась первая анархистская организация в г. Белостоке. В начале XX в. русский анархизм представлял собой пеструю совокупность разнообразных течений - от "безначальцев", проповедовавших крайний анархизм разрушительного типа, и "чернознаменцев", стоящих на позициях революционного террора против эксплуататорских классов, вплоть до "христианского анархизма" Льва Толстого, ратовавшего за христианские общины как антипод государства.

Анархизм оказал сильнейшее влияние на ход Октябрьской революции 1917 г. и на содержание большевистской идеологии. И в русской эмигрантской среде анархистские идеи излагались в работах А. А, Солоневича, А.А. Карелина (так называемый мистический анархизм 1920-х гг.).

Современные формы анархизма (пережившего на Западе всплеск активности в период молодежных бунтов конца 1960-х гг.) отличаются огромным разнообразием. Сегодня в литературе можно встретить упоминания об анархизме экологическом, леворадикальном, контркультурном, революционном, этнонациональном и т.д., но по-прежнему жива идеология классического анархизма.

Современное идейно-политическое развитие показывает, что наряду с распадом "больших" идеологий на более "мелкие", различающиеся множеством тончайших особенностей, все же сохраняют свое значение либерализм, консерватизм и социализм, между которыми идут сложные процессы взаимопереплетения, притяжения и отталкивания. На рубеже столетий вновь активизировался национализм. Явный неоанархистский потенциал приобретает в XXI в. движение антиглобалистов (среди его идеологов уже выделился итальянец Тони Негри; род. 1933).