Объявление великими державами друг другу войны означало автоматическое вступление в войну и их колоний. Вступление, а вернее, насильственное втягивание, колоний и полуколоний в войну имело далекоидущие последствия для народов Азии и Африки.
Во-первых, на территориях многих афро-азиатских стран развернулись военные действия. Так, в ноябре 1914 г. турецкие войска вступили на территорию Ирана, стремясь создать здесь базу для военных операций против России. Однако русские войска в ходе Сарыкамышской операции нанесли мощный удар турецким войскам, которые практические не могли оправиться от него в течение всего 1915 г. Сильные бои разгорелись в Месопотамии (Ираке), где в 1916 г. англичане потерпели поражение от турецких войск в Кут-эль-Амаре, а весной 1917 г. английские войска взяли Багдад. Бои развернулись также в Палестине, Сирии, Ливане. Военные действия за пролив Дарданеллы продолжались до 30 октября 1918 г., т. е. до подписания перемирия между Турцией и Антантой.
На Африканском континенте после подавления антианглийского восстания буров в Трансваале и Оранжевой республике в декабре 1914 - январе 1915 г. военные действия были перенесены на территорию Юго-Западной Африки. Бои здесь длились до июля 1915 г., когда германские войска прекратили сопротивление.
Того почти без сопротивления была занята англо-французскими войсками в 1914 г. В Камеруне же бои длились до 1916 г. Остатки немецких войск пробились в Испанскую Гвинею. По Версальскому договору Того и Камерун были поделены между Англией и Францией.
В Восточной Африке - в Кении и Уганде - военные действия начались в августе 1914 г. и продолжались с переменным успехом до конца 1915 г. В 1916 г. англичане собрали силы и перешли в наступление, захватив Руанду и Западную Танганьику. В ноябре 1917 г. соединенные силы Англии, Бельгии и Португалии добились окончательной победы. В боевых действиях со стороны союзников участвовали более 300 тыс. человек, главным образом из местного населения. Тысячи жителей Танганьики, Руанды, Бурунди и других стран отдали свои жизни за чуждые им интересы империалистов. Танганьика после войны отошла к Англии, Руанда и Бурунди достались Бельгии.
Во-вторых, в годы Первой мировой войны колонии служили главной тыловой базой, источниками сырья, людских ресурсов и даже поставщиками промышленных товаров для воюющих метрополий. Так, по неполным данным, во Французской Западной Африке непосредственно в армию были призваны 220 тыс. человек, а во Французской Экваториальной Африке - 20 тыс. Из призванных более 70% сражались на фронтах Первой мировой войны, главным образом в Европе. Из них как минимум 15% погибли.
Особенно много местного населения гибло на принудительных работах по сооружению военных объектов. Так, в 1915-1916 гг. в Бельгийском Конго было мобилизовано в армию большое число мужчин; женщины работали на плантациях с дополнительной нагрузкой, а мужчины, не попавшие в армию, трудились в качестве носильщиков. Десятки тысяч африканцев на своих плечах доставляли боеприпасы, продовольствие, медикаменты в действующую армию к побережью Индийского океана. Тысячи носильщиков погибли в джунглях и болотах.
Британский империализм в качестве своей экономической и военно-стратегической базы использовал Индию. Большое число индийцев участвовало в боях на Ближнем Востоке. По расходам на войну Индия занимала (после Англии) 2-место в Британской империи. Возросшие налоги, обязательные военные займы, принудительная мобилизация в армию - все это тяжелым бременем легло на плечи индийского народа. Индия снабжала английскую армию продовольствием, хотя в самой стране был голод. За 1913-1919 гг. из Индии было вывезено 5,2 млн т продовольствия.
В-третьих, Первая мировая война привела к резкому ухудшению экономического положения стран Азии и Африки. Там, где происходили военные действия, мирное население подвергалось беспощадному грабежу властей, войск, временных правителей. У крестьян проводились массовые реквизиции продовольствия, скота, зерновых и т. д. Крестьяне широко использовались на строительстве военных объектов, дорог, обслуживании воинских частей. Повсеместно катастрофически росли цены. Многие товары вообще исчезли из продажи в связи с прекращением или сокращением их импорта. Даже в странах, далеких от театра военных действий, произошли резкие нарушения в экономике, наблюдались тяжелые последствия военных действий и нарушение мировых экономических связей.
Война имела особенно тяжелые последствия для втянутых в нее азиатских стран. Наиболее показателен пример Турции, экономика которой в ходе войны была полностью разрушена. Посевные площади на территории собственно Турции за 1914-1917 гг. сократились в 2 с лишним раза, поголовье скота уменьшилось с 45,4 млн до 19 млн голов. Сбор табака упал с 50 тыс. т до 18,5 тыс., хлопка - с 24 тыс. т до 2 тыс. Добыча каменного угля снизилась в 5 раз, втрое вырос государственный долг: он достиг 500 млн лир. Расходы государственного бюджета составляли 75 млн лир, почти в 3,5 раза превышая доходы. Цены выросли в 10-15 раз и более. Так, цена на хлеб во время войны поднялась в 12 раз, на рис - в 15 раз, на масло - в 13 раз.
Однако рост цен на продукты питания не давал какого-либо выигрыша крестьянству, поскольку цены на промышленные товары выросли еще больше. Инфляция приносила выгоды спекулянтам, крупным предпринимателям, помещикам, сосредоточившим в своих руках большие запасы продовольствия.
В-четвертых, в годы войны серьезно ухудшилось положение трудящихся стран Азии и Африки. Они страдали как от экономических последствий войны, так и от прямых разрушений в ходе боев жилищ и хозяйственных построек, а также от сопровождавших войну голода, разрухи, эпидемий и т. д. Так, в 1915-1916 гг. сотни тысяч жителей Ливана, Сирии, Палестины, Ирана оказались на грани голодной смерти. Повсеместно вспыхивали эпидемии тифа и других болезней. В это время в Сирии и Ливане умерли десятки тысяч людей. В 1917 г. в Сирии от голода и болезней погибла десятая часть населения. Разразившаяся в 1918 г. всемирная эпидемия гриппа-"испанки" унесла в странах Азии и Африки миллионы жизней. Только учтенные жертвы эпидемии гриппа в Индии, здоровье населения которой было ослаблено вследствие постоянного недоедания, тяжелого труда и отсутствия элементарных санитарных условий и медицинской помощи, составили 7 млн человек. Таким образом, война принесла народам Азии и Африки невиданные и неслыханные разрушения, массовое обнищание, страдания, потери, муки голода, болезней, экономические тяготы. Вместе с этим экономическая разруха, тяжелейшие бедствия народов не препятствовали, а наоборот, часто способствовали социально-экономическим сдвигам в странах Востока, обогащению некоторых кругов буржуазии, спекулянтов, скоплению в их руках огромных денежных средств, которые они могли использовать в своих интересах после окончания военных действий. Политические и социально-экономические сдвиги в странах Азии и Африки имели далекоидущие последствия.
С 18 января 1919 г. по 21 января 1921 г. в Париже происходила мирная конференция. Англия, США, Франция и Италия - "Большая четверка" - приступили к послевоенному урегулированию, иными словами, к дележу военной добычи.
На Парижской мирной конференции державы-победительницы разработали положения о международной организации - Лиге Наций - и одобрили ее устав. 14 февраля 1919 г. в торжественной обстановке государства подписали Устав Лиги Наций, который был включен в мирные договоры. Совет этой организации состоял из 4 постоянных членов (держав-победительниц), 4 непостоянных членов, которых периодически избирали на сессиях ассамблеи Лиги Наций. Учредителями Лиги Наций считались государства, участвовавшие в войне против Германии, а также вновь образовавшиеся государства (Геджас, Польша, Чехословакия). Кроме того, в состав Лиги Наций вошли страны, "приглашенные к немедленному вступлению" (нейтральные в годы войны Аргентина, Венесуэла, Дания, Испания, Колумбия, Нидерланды, Норвегия, Парагвай, Персия, Сальвадор, Чили, Швейцария, Швеция). В дальнейшем для вступления в Лигу Наций других государств требовалось согласие 2/3 ее членов и единогласное постановление совета Лиги.
Создание Лиги Наций стало первым шагом по формированию единого международного правового пространства. Она была призвана заниматься разрешением вопросов, связанных с экономикой, разоружением и обеспечением коллективной безопасности. Но в действительности под эгидой Лиги Наций был оформлен миропорядок, несущий отпечаток межимпериалистического сговора, отвечающий интересам прежде всего стран-победительниц. Эта двойственность стала причиной бессилия Лиги Наций в разрешении многих международных проблем.
Под прикрытием Лиги Наций, которая, согласно уставу, должна была способствовать развитию сотрудничества между народами и гарантировать их мир и безопасность, был проведен раздел колоний между странами-победительницами. Мандаты на управление имели 3 категории.
В первую категорию были включены провинции Османской империи, за которыми признавалось безусловное право на получение независимости. Но длительность переходного этапа, необходимого для создания на подмандатной территории системы самоуправления, должна была определить страна-мандатарий. До окончания переходного этапа она также обязывалась предоставить коренному населению значительную автономию в вопросах религиозной, языковой, культурной политики, а также проводить политику открытых дверей в экономической сфере. К этой категории мандатов были отнесены права Франции на Сирию и Ливан, Великобритании - на Палестину, Трансиорданию, Месопотамию (Ирак).
Во 2-ю категорию попали бывшие колонии Германии в Центральной Африке, которые не получили гарантий на независимость. Мандатарий сосредоточивал здесь всю полноту законодательной и административной власти, но возлагал на себя ответственность по отмене рабства, пресечению практики крайней эксплуатации коренного населения, ограничению набора коренного населения в вооруженные формирования, контролю за распространением оружия и алкоголя, развитию системы образования и здравоохранения. Кроме того, мандатарий обязывался проводить политику открытых дверей в экономической сфере. На таких принципах Франция получила право на управление частью Того и Камеруна, Великобритания - частью Того и Камеруна, а также Германской Восточной Африкой (Танганьикой), Бельгия - регионом Руанда-Урунди.
В 3-ю категорию вошли бывшие германские колонии на Тихом океане, в Юго-Западной и Юго-Восточной Африке, которые практически превращались в колониальные владения стран-мандатариев. На мандатариев не возлагались какие-либо обязательства, в том числе не предполагалась и политика открытых дверей. К этой категории подмандатных территорией были отнесены Новая Гвинея (мандат Австралии), Западная Самоа (мандат Новой Зеландии), о. Науру (мандат Великобритании), Марианские, Каролинские, Маршалловы острова (мандат Японии), Юго-Западная Африка (мандат Южно-Африканского Союза).
Мандатная система пропагандировалась лидерами Лиги Наций как принципиально новый шаг во взаимоотношениях ведущих мировых держав и народов Востока, как преодоление традиций колониализма и переход к поддержке позитивного развития отсталых регионов, включению их в лоно человеческой цивилизации. Но в действительности речь шла о переделе колониальных владений между странами-победительницами. Особенно значительно расширились колониальные владения Англии и Франции. Деловые и политические круги США, Японии и Италии, напротив, считали распределение мандатов несправедливым, не учитывающим реальное соотношение экономического и военно-политического потенциала ведущих держав мира.
Попытки стран-метрополий укрепить и расширить свое влияние на Востоке наталкивались на растущее сопротивление народов Азии и Африки. Третья англо-афганская война завершилась в 1919 г. отступлением английского экспедиционного корпуса из Афганистана. В последующие годы Афганистан, а также Иран и Турция сумели укрепить своей международный суверенитет. Большую роль в этом сыграла поддержка со стороны СССР. Во многих регионах Азии и Африки ширилось антиколониальной движение. Восстание в Египте в 1919 г. заставило Великобританию отказаться от протектората над этой страной, сохранив лишь контроль над Суэцким каналом. На протяжении всего межвоенного периода не утихала антиколониальная борьба в Южном Китае, Индии и Ливии, в 1918-1919 гг. произошло антиколониальное восстание в Индонезии, в 1920 г. - в Ираке, в 1921-1926 гг. - в Марокко, в 1925-1927 гг. - в Сирии. По мере роста национально-освободительного движения и обострения внутриполитических проблем в самих метрополиях создавались предпосылки для пересмотра принципов колониальной политики. Первый шаг в этом направлении был сделан Великобританией - единственной страной, располагавшей крупными белыми переселенческими колониями.
Рост экономической и политической самостоятельности белых колоний заставил британское правительство еще с конца XIX в. начать правовую реформу имперского устройства. Наиболее развитым переселенческим колониям было предоставлено право на самоуправление и соответствующий статус доминиона (с англ. dominion - "владение"). В 1867 г. доминионом стала Канада, в 1901 г. - Австралийский Союз, в 1907 г. - Новая Зеландия. С 1887 г. под председательством британского премьер-министра начали созываться колониальные конференции - консультативные совещания представителей правительств белых колоний (Канады, Австралии, Новой Зеландии, Южной Африки, Ньюфаундленда). С 1907 г. эти конференции получили название имперских. Тогда же (помимо внутреннего самоуправления) доминионы получили право на участие от своего имени в международных отношениях, в том заключение самостоятельных договоров, участие в международных совещаниях, организацию дипломатического представительства в иностранных столицах. Но все эти права осуществлялись под контролем метрополии, что вызывало недовольство правительств доминионов. Поддерживая идею реформы колониальной системы, они требовали и отказа от самого имперского принципа. На военной имперской конференции 1917 г. Канада, Австралия и Южно-Африканский Союз добились принятия резолюции о необходимости признания доминионов в качестве автономных государств Имперского Содружества, проведения с ними постоянных консультаций британского правительства по всем делам, имеющим общий имперский интерес. На той же конференции генерал А. Сматс, представитель Южно-Африканского Союза, предложил и новое название для формирующегося межгосударственного объединения - Британское Содружество наций. Официально этот термин впервые появился в резолюции имперской конференции 1918 г., а окончательно был закреплен в договоре 1921 г. о создании ирландского доминиона. Все доминионы еще в 1920 г. вошли в состав Лиги Наций как самостоятельные члены.
Принципы Содружества были развернуто сформулированы на имперской конференции 1926 г. В соответствии с Докладом Бальфура Содружество было определено как свободное объединение Соединенного Королевства и доминионов Канады, Австралии, Новой Зеландии, Южной Африки, Ирландского свободного государства и Ньюфаундленда. Критерием членства стал статус доминиона. Поэтому колонии, включая Индию, получившую с 1917 г. право участвовать в имперских конференциях, в Британское Содружество наций не вошли. Но создание Содружества положило начало политико-правовой перестройке британской колониальной империи. Процесс формирования Британского Содружества наций завершился с принятием имперской конференцией 1931 г. Вестминстерского статута. В этом документе более четко трактовался принцип единства и верности короне: член Содружества был обязан сохранять монархическую форму правления и не имел права на односторонний выход из Содружества. Изменения в английском праве престолонаследия или королевском титуле, в свою очередь, отныне требовали согласия парламентов государств - членов Содружества. Было установлено, что к доминионам более не применяется выражение "колония". Это предполагало предоставление им свободы в развитии национального законодательства. Согласно Вестминстерскому статуту британский парламент получил право законодательствовать для доминионов только по их просьбе и с их согласия.
На протяжении межвоенного периода британской дипломатии пришлось столкнуться с решением еще одной сложнейшей проблемы постколониального урегулирования - палестинским вопросом. Идея возвращение евреев на историческую родину в Палестину (Сион) имела религиозные корни и длительную предысторию, но особую актуальность приобрела с конца XIX в. В 1860 г. в Париже под патронажем французской ветви семьи Ротшильдов был организован Всемирный израильский союз - первая международная организация сионистского толка. В августе 1897 г. в Базеле состоялся первый конгресс Всемирной сионисткой организации. Сионистское движение провозгласило своей целью создание предпосылок для превращения Палестины в сионистское государство, развертывание соответствующей пропагандистской деятельности в европейских еврейских общинах, укрепление организационной структуры мирового сионизма. Но предполагаемое создание (воссоздание) независимого еврейского государства не могло быть достигнуто без международной поддержки. Осознавая это, лидеры сионистского движения изначально сделали ставку на лоббирование своих целей среди государственно-политической элиты ведущих стран мира, прежде всего - Великобритании.
В 1902 г. британское правительство предложило для заселения евреями часть Синайского полуострова (план Эль-Ариш), а в 1903 г. - проект переселения евреев в Уганду (Восточная Африка). Однако 7-й конгресс сионистского движения в 1905 г. отверг эти предложения. Сионизм без Сиона был политически несостоятелен. На пути же переселения в Палестину стояло два препятствия - власть над этой провинцией Османской империи и местное арабское население. Первая из этих проблем решалась итогами Первой мировой войны и распадом самой Османской империи, при решении второй сионисты вновь полагались на поддержу британцев. Уже в 1916 г. Великобритания и Франция подписали секретный договор о разделе разваливающейся Османской империи. Согласно этому договору палестинский регион отходил в сферу влияния Великобритании. Спустя год позиция британского правительства была заявлена официально. 2 ноября 1917 г. министр иностранных дел Великобритании А. Бальфур направил лорду Лайонелу Ротшильду, принадлежавшему к лондонской ветви известных финансистов, покровителю сионистских организаций, послание, которое стало известно как декларация Бальфура. В этом документе признавалось право евреев на создание в Палестине еврейского национального очага и заявлялось о готовности британского правительства приложить все усилия к облегчению достижения этой цели. Помимо влияния сионистского лобби, такая позиция диктовалась стремлением британских политических кругов закрепить свое влияние на Ближнем Востоке, создать опору в лице еврейских переселенцев в стратегически важном районе между Египтом и Ираком.
На Парижской мирной конференции представителям сионистских организаций удалось убедить делегации ведущих держав (и прежде всего американскую) в необходимости международно-правового решения палестинской проблемы. Но поскольку США в дальнейшем отстранились от формирования мандатной системы и деятельности Лиги Наций, то практическое решение этого вопроса целиком перешло в руки британского правительства. Окончательно британский мандат на Палестину был оформлен в июле 1922 г. Но к этому времени выяснилось, что Великобритания занимает отнюдь не безоговорочно просионистскую позицию. Британское правительство было весьма заинтересовано и в благожелательном отношении местного арабского населения. Еще в годы войны британские политики завязали контакты с влиятельными арабскими лидерами, главным образом с шейхом Мекки Хусейном. Пытаясь получить поддержку арабов в ходе боевых действий против Турции, англичане обещали признать право местного населения на создание независимой Арабской конфедерации. В послевоенные годы британское правительство попыталось найти приемлемый компромисс между интересами евреев-переселенцев и арабов. В 1922 г. было принято решение об отделении Трансиордании от Палестины и создании на ее территории независимого королевства под управлением эмира Абдаллы. В самой Палестине англичане рассчитывали организовать условия для притока еврейских переселенцев, но не создания их моноэтнического государства. Такая позиция не устроила ни евреев, ни арабов. В 1920-1930-х гг. Палестина стала очагом острых этно-конфессиональных конфликтов. Решить эту проблему британская администрация так и не сумела.
Выход к началу 1930-х гг. на политическую авансцену Германии, Италии и особенно Японии в качестве соперников традиционных колониальных держав (Великобритании, Франции, Голландии, США) внес новые сложности в расстановку политических сил на Востоке. Державы оси Берлин-Рим-Токио жаждали нового передела мира, либо потерпев неудачу (как Германия), либо не получив "своего" в итоге мировой войны (как Япония и Италия). Они стремились настроить население колоний в свою пользу либо проектом сферы сопроцветания Азии (лидеры Японии), либо объявляя о своем покровительстве исламу (Гитлер в Германии, Муссолини в Италии, а после 1936 г. - генерал Франко в Испании). Государства оси засылали свою агентуру практически во все страны Востока, поддерживая оружием, деньгами, военными и политическими инструкторами националистические партии и группировки, привлекая их вождей на свою сторону. Не везде, однако, эти усилия давали плоды, ибо жестокости японской военщины в Маньчжурии и Китае, а итальянской - в Ливии (особенно после прихода Муссолини к власти в 1922 г.) и в Эфиопии в 1935-1936 гг., как и захват Италией мусульманской Албании в 1939 г., негативно воспринимались на Востоке. Тем не менее определенных результатов державы оси все же добились. Основные националистические партии Марокко, Алжира, Туниса, Египта прислушивались к германо-итальянской пропаганде в печати и по радио, а также к выступлениям фашистов среди итальянского населения в этих странах и среди испанского меньшинства в Марокко и Алжире. В результате целые таборы (полки) из марокканцев, набранных за пределами в основном испанской зоны Марокко, приняли участие в мятеже генерала Франко против Испанской республики в 1936-1939 гг. Часть феодалов Ливии поддержала Муссолини и содействовала формированию подразделений ливийских арабов в составе итальянской армии. Королевский двор Египта, связанный с королевской семьей Италии, фактически потворствовал итальянцам в Египте, в том числе после вступления войск Италии в Египте в 1940 г.
В Палестине Германия действовала через немецких колонистов и поддержала восстание палестинских арабов против англичан в 1936-1939 гг. Лидер восстания муфтий Иерусалима Хадис Амин аль-Хусейни впоследствии оказался в Берлине, как и видный деятель Ирака Рашид Али аль-Гайлани. Став премьер-министром, Гайлани проводил в 1940-1941 гг. политику, во многом неугодную Великобритании, а в апреле - мае 1941 г. возглавил антибританское движение, опиравшееся на прогермански настроенное руководство иракской армии. Помимо антиколониализма, дополнительным стимулом антибританских настроений аль-Хусейни, аль-Гайлани, многих националистов Сирии, Ливана и Египта была поддержка Великобританией в 1917-1939 гг. европейской колонизации Палестины и планов сионистов по созданию здесь своего государства. В 1939 г. Лондон изменил свою позицию, перейдя от односторонней ориентации на сионистов к игре на противоречиях между ними и арабами Палестины. Однако большинство арабов Палестины и других стран продолжали считать позицию англичан просионистской, тем более что военизированные формирования сионистов с началом Второй мировой войны были включены в британскую армию на Ближнем Востоке.
Вступление Великобритании и Франции в войну 3 сентября 1939 г. поначалу мало сказывалось на Востоке, обозначившись лишь в ужесточении колониальных порядков. В полной мере военные действия развернулись после вступления в войну Италии летом 1940 г. Бои в Сомали, Судане, Эфиопии и Египте уже весной 1941 г. привели к разгрому итальянских войск и утрате Италией своих позиций на северо-востоке Африки. Однако переброшенный в Ливию германский Африканский корпус генерала (впоследствии - фельдмаршала) Роммеля, прозванного "лиса пустыни", позволил державам оси удержать ее и вскоре возобновить наступление на Египет. Германия планировала прорыв на Ближний Восток при опоре на сочувствующую ей часть арабских националистов, а также на монархические круги Египта, Ирана и Афганистана, оплетенные сетью германо-итальянской агентуры. Однако у Роммеля не было для этого сил, так как главный удар Германия наносила с июня 1941 г. по СССР. Кроме того, заключенный вскоре союз между Великобританией и СССР привел в сентябре 1941 г. к оккупации Ирана британскими и советскими войсками.
Отвлечение основной части войск Германии и Италии на советско-германский фронт позволило англичанам сначала остановить наступление Роммеля недалеко от Александрии, а потом нанести ему в октябре 1942 г. решающий удар под Эль-Аламейном. Итало-германская армия вынуждена была отступать, очистив Египет, а в январе 1943 г. - оставив и Ливию, последнюю итальянскую колонию на севере Африки. Бои в Тунисе в марте - мае 1943 г. закончились капитуляцией итало-германских войск.
По согласованию с Германией и Италией их союзница Япония в свою очередь вступила в войну. Еще летом 1941 г. японцы навязали свою оккупацию французским властям Индокитая (современных Вьетнама, Лаоса и Камбоджи), а в декабре 1941 г. нанесли удар по колониям Великобритании, Голландии и США. В январе 1942 г. они заняли всю Малайю, в марте - Индонезию и Бирму, в апреле завершили оккупацию Филиппин, в мае вышли к границам Индии. Столь быстрым успехам Японии способствовал ряд факторов: отличная подготовка японской армии, с 1904 г. постоянно совершенствовавшей свои боевые качества; предпринятая заранее пропагандистская обработка населения колоний, умелое использование его антиимпериалистических настроений и привлечение на сторону Японии части местных националистов. В войсках Великобритании, Голландии и США более половины состава (до 230 тыс. солдат) были местными жителями. Однако им доверяли не полностью. Поэтому они были плохо вооружены и обучены, не очень рвались в бой за интересы своих колониальных хозяев и нередко переходили на сторону японцев. Этому содействовало и формирование японцами таких воинских соединений, как Армия независимости Бирмы (выросшая с 4 тыс. до 50 тыс. добровольцев за короткий срок), Индийская национальная армия. Лидеры этих армий Аун Сан и Субхас Чандра Бос пользовались авторитетом в своих странах и, давно разочаровавшись в перспективе достижения независимости с согласия англичан, приняли сторону Японии. В Индонезию японцы вступили, размахивая национальными флагами этой страны, и вскоре привлекли к сотрудничеству видных лидеров, таких как Ахмед Сукарно, освобожденный ими из голландской тюрьмы. На всех оккупированных японцами территориях велась кампания "трех А", т. е. муссировался лозунг: "Япония - лидер Азии, покровитель Азии, светоч Азии".
Борьба против японской оккупации развернулась не сразу, лишь после того как местные националисты поняли, что японцы - лишь более хитрые и изощренные колонизаторы, чем империалисты Запада. Первые ростки антияпонского сопротивления появились во Вьетнаме еще в июле 1941 г. В дальнейшем, по мере все большего выявления хищнических методов эксплуатации и свирепых репрессий оккупантов, очаги сопротивления стали возникать повсюду. Этому способствовали массовые казни недовольных, жестокие расправы с ними, гибель десятков тысяч военнопленных и принудительно завербованных на стройках и других работах военного характера, а также высокомерное и оскорбительное обращение оккупантов с жителями Юго-Восточной Азии. С марта 1942 г. на Филиппинах действовала партизанская армия Хукбалахап. В том же году антияпонские отряды стали возникать в Малайе и Индонезии, а также внутри созданной японцами Армии обороны Бирмы.
С целью срыва освободительной борьбы Япония прибегла к маневрам. Она создала весной 1943 г. комитеты по подготовке независимости в Рангуне и Маниле, а 1 августа 1943 г. объявила Бирму полностью независимым государством во главе с марионеточным правительством. В октябре то же самое было проделано с Филиппинами. Однако и эти и другие маневры не смогли ликвидировать движение сопротивления, продолжавшееся вплоть до военного краха Японии в августе 1945 г.
Вторая мировая война потрясла Восток не меньше, чем Первая. В боях участвовало громадное число азиатов и африканцев. Только в Индии было призвано в армию 2,5 млн человек, во всей Африке - около 1 млн человек (а еще 2 млн человек были заняты обслуживанием нужд армии). Огромными были потери населения в ходе боев, бомбардировок, репрессий, лишений в тюрьмах и лагерях: в Китае погибли за годы войны 10 млн человек, в Индонезии - 2 млн, на Филиппинах - 1 млн человек. Неимоверны были бедствия населения, разрушения и убытки в зонах военных действий. Но наряду с этими тяжелыми последствиями войны несомненны и ее позитивные результаты.
Народы колоний, наблюдая поражения армий колонизаторов (сначала западных, а потом японских), навсегда изжили миф об их непобедимости. В годы войны как никогда четко определились позиции разных партий и лидеров. Самое же главное - в годы войны выковалось и созрело массовое антиколониальное сознание, сделавшее необратимым процесс деколонизации Азии. В странах Африки этот процесс по ряду причин развернулся несколько позже.
И хотя борьба за достижение независимости еще потребовала ряда лет упорного преодоления попыток традиционных колонизаторов вернуть "все старое", жертвы, принесенные народами Востока во Второй мировой войне, не были напрасными. В пятилетние после окончания войны добились независимости почти все страны Южной и Юго-Восточной Азии, а также Дальнего Востока: Вьетнам (1945 г.), Индонезия (1945 г.), Индия и Пакистан (1947 г.), Бирма (1948 г.), Филиппины (1946 г.). Правда, Вьетнаму пришлось в дальнейшем воевать еще 30 лет до обретения полной независимости и территориальной целостности, другим странам - меньше. Однако во многом военные и иные конфликты, в которые втягивались эти страны вплоть до недавнего времени, порождены уже не колониальным прошлым, а внутренними или международными противоречиями, связанными с их независимым, суверенным бытием.
Важнейшим итогом Второй мировой войны стало складывание международно-правовой системы ООН. Вопрос о необходимости создания новой международной организации впервые был поставлен на встрече У. Черчилля и Ф. Рузвельта в бухте Арджентиа в августе 1941 г., по результатам которой была принята так называемая Атлантическая хартия. Первоначальный проект, подготовленный британской дипломатией, включал, в частности, следующую формулировку: "Они "Соединенные Штаты и Британия добиваются такого состояния, при котором не только навсегда будет уничтожен нацизм, но и обеспечена защита территориальной неприкосновенности всех государств силами международной организации...". Черчилль пытался убедить американского президента в том, что защита идей либеральной демократии в послевоенном мире потребует формирования международно-правового института, способного при необходимости уничтожить диктатуру в любой стране мира, независимо от ее статуса и военно-политического потенциала.
Первоначально Рузвельт с сомнением отнесся к идее создания новой организации по образцу дискредитировавшей себя Лиги Наций. Он даже вычеркнул из проекта хартии слова "...силами международной организации...". В итоговом тексте Атлантической хартии были зафиксированы следующие принципы: США и Великобритания не стремятся к территориальным или иным приращениям в ходе войны. Все территориальные изменения должны осуществляться в соответствии со свободным волеизъявлением вовлеченных народов. Все народы имеют право выбирать форму правления, которая их устраивает. Суверенитет, которого страны были насильственно лишены, должен быть восстановлен. Всем большим и малым государствам должен быть гарантирован равный доступ к торговле и сырью, необходимым для их экономического процветания. При этом отмечалось, что после разрушения нацистской тирании должен быть установлен мир, обеспечивающий безопасность всем нациям в пределах их границ и свободное бытие всех людей, мир, предусматривающий свободный доступ к морским путям.
Таким образом, помимо прагматичных задач по сплочению широкой антигитлеровской коалиции, Атлантическая хартия закрепила принятие ведущими странами Запада ответственности за искоренение в послевоенном мире любых видов тирании и обеспечение социального прогресса. Тем самым принцип атлантической солидарности, т. е. единство народов Запада ("колыбели свободы и демократии"), противопоставлялся тирании, якобы угрожающей цивилизации с Востока. Именно эта идея прозвучит впоследствии при подписании Североатлантического пакта о создании, когда понятие "Запад" распространится, помимо Соединенных Штатов, Великобритании и Франции, на их недавних противников из Центральной Европы - Германию и Италию. Сталин не заблуждался на этот счет и несколько недель спустя после встречи Черчилля и Рузвельта в Пласенсия Бей прозордиво заметил Идену: "Я-то думал, что Атлантическая хартия направлена против стран, стремящихся к мировому господству, а теперь вижу, что она направлена против Советского Союза".
Первоначальные разногласия между американской и английской дипломатией по вопросу о создании новой международной организации были связаны именно с колониальным вопросом. Рузвельт настаивал на том, чтобы принципы хартии была применимы не только к Европе, но и ко всему миру. "Я твердо придерживаюсь того убеждения, что если мы собираемся обеспечить стабильный мир, он должен включать в себя развитие отсталых стран, - утверждал Рузвельт. - Не могу поверить, что мы можем вести войну против фашистского рабства и в то же время бездействовать в деле освобождения людей по всему миру от последствий отсталой колониальной политики". Британская дипломатия придерживалась противоположной позиции. Черчилля заботило не только сохранение границ колониальной империи, но и непредсказуемость волеизъявления народов Востока. "Предполагаемое применение хартии к Азии и Африке требует серьезных размышлений, - утверждал он. - На Ближнем Востоке большинство арабов могут заявить, что они изгонят евреев из Палестины или в любое время запретят дальнейшую иммиграцию. Я твердо придерживаюсь сионистской политики, одним из авторов которой я являюсь. Это только один из многих непредвиденных случаев, которые могут явиться результатом новой и последующих деклараций".
Необходимость укрепления антигитлеровской коалиции заставила западные державы на время отказаться от лоббирования своих интересов в вопросе о послевоенном политическом порядке. Главное значение приобретал сам факт объединения все большего числа народов в борьбе против нацизма. 1 января 1942 г. во время визита Черчилля в США лидерами двух стран, а также послом СССР Литвиновым и министром иностранных дел Китая Суном была подписана Декларация Объединенных Наций. В этом документе полная победа над противником объявлялась необходимым условием защиты жизни, свободы, независимости и религиозной свободы, а также прав человека и справедливости. Правительства, подписавшие Декларацию, заявляли о том, что употребят все свои военные и экономические ресурсы на борьбу против Германии, Италии и Японии, будут сотрудничать друг с другом и не будут заключать сепаратного перемирия или мира с противником. Некоторые советские дипломаты возражали против упоминания религиозной свободы, однако Сталин, посчитав январь 1942 г. нелучшим временем для дискуссий о существе демократии, принял западную трактовку.
Госдепартамент США собрал подписи представителей еще 22 наций, так или иначе сотрудничавших с антигитлеровской коалицией. В итоге дипломатический демарш оказался вполне представительным. Однако эффект его был значительно снижен нарастанием политических противоречий между союзниками. Никакой политической организации под эгидой Объединенных Наций пока создано не было. Вновь этот вопрос был поднят на конференции союзных держав в Москве в октябре 1943 г. В декларации, подписанной министрами иностранных дел СССР, США, Великобритании и Китая, эти державы провозгласили, что "они признают необходимость учреждения в возможно короткий срок всеобщей международной организации для поддержания международного мира и безопасности, основанной на принципе суверенного равенства всех миролюбивых государств, членами которой могут быть все такие государства - большие и малые". Характерно, что инициативу на этот раз проявляла американская, а не британская дипломатия. Рузвельт к этому времени утвердился в идее "четырех полицейских" - обеспечения послевоенного международного порядка на основе влияния четырех великих держав. Всеобщая международная организация представлялась ему как своего рода Священный союз новой эпохи - организация, созданная не для арбитражных и совещательных функций, а как воплощение императивных (общеобязательных) идеологических принципов и правил межнационального взаимодействия.
На Тегеранской конференции (1943 г.) идея "четырех полицейских" утвердилась де-факто. Для СССР и Китая это стало важной дипломатической победой. Что касается США, то американская дипломатия впервые после пафосных проектов президента В. Вильсона заявила о своей глобальной политической ответственности. При этом Рузвельт, прекрасно понимающий, какие возможности открывает перед США принцип "свободы рук" в послевоенном мире, занял очень жесткую позицию по колониальному вопросу. Он подчеркивал, что новая международная система должна предоставить "широкие возможности в отношении проверки и гласности, которые станут мощным средством побудить колониальные державы развивать свои колонии на благо колониальных народов и всего мира". Подобная позиция, хотя и по совершенно иным соображениям, активно поддерживалась советской дипломатией.
Сближение в позициях британской и американской дипломатии произошло на почве обсуждения принципов послевоенной финансовой политики. Эта проблема стала актуальной на фоне развертывания поставок по ленд-лизу, а также с учетом тяжелейших последствий предвоенного экономического кризиса. Камнем преткновения стал вопрос о возможности сохранения британской политики имперских преференций или отказе от нее во имя ввода более гибкой международной валютно-финансовой системы. Американцы получили в этом вопросе сильнейшего союзника - известного английского экономиста Джона Кейнса. Еще в 1941 г. Кейнс выступил с идеей либерализации валютной сферы, но при параллельном создании влиятельного международного финансового органа. В ходе длительных англо-американских переговоров, проводившихся в 1943-1944 гг., было сформировано окончательное решение об интернационализации валютно-финансовой сферы.
В 1944 г. в американском городе Бреттон-Вудс состоялась конференция, учредившая два института: Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Международный валютный фонд (МВФ). Если первый был ориентирован на поддержку экономических реформ в отдельных странах, то второй получил роль мирового финансового полицейского. В соответствии с его уставом каждое государство - участник соглашения было обязано установить курс национальной валюты в золотом эквиваленте либо в долларовом (поскольку лишь США заявили о своей готовности обеспечит золотое содержание своей валюты). Впоследствии этот валютный курс можно было варьировать, но только в пределах 1% в ту или иную сторону. Любое изменение свыше 1% должно было быть обусловлено фундаментальными изменениями торгового баланса и получить одобрение руководства МВФ. Все эти условия нанесли не только серьезный удар по закрытости имперских валютно-финансовых систем Великобритании и Франции, но создали предпосылки для быстрой долларизации мировой экономики, торжеству в ней принципа "свободы рук". Тем самым была подготовлена основа для перехода от колониальной политики к неоколониализму.
Рубежным событием в формировании системы ООН стало проведение конференции союзников в Думбартон-Оксе (22 августа-28 сентября 1944 г.). К этому времени уже была достигнута договоренность о том, что в организации будет сохранен свой круг избранных - постоянных членов Совета Безопасности. Ни у кого не вызывало сомнений, что эту роль сохранят США, СССР и Великобритания. Было также решено предоставить постоянное место в Совете Безопасности Франции и Китаю (последнему - по инициативе американской дипломатии). Совет Безопасности возложил на себя беспрецедентные полномочия. Предполагалось, что он сможет предпринимать усилия по урегулированию международных конфликтов невзирая на позицию их участников. Единственным ограничением по применению силы становилось вето постоянных членов Совета Безопасности. Подобное решение значительно усиливало роль США и СССР в решении колониальных конфликтов в послевоенном мире.
Во время встречи с Черчиллем на Мальте в январе 1945 г. Рузвельт заявил о своем намерении всемерно укреплять сотрудничество с СССР. Он вел довольно сложную дипломатическую игру. С одной стороны, Великобритания продолжала оставаться стратегическим союзником США. Атомный проект осуществлялся с ведома Лондона и в тайне от Москвы. Но с другой стороны, советско-американское сотрудничество позволяло добиться глобальной перестройки мирового политического пространства. СССР, не являясь колониальной державой, мог бы стать надежным гарантом новой международной системы. Уже на Крымской конференции (4-11 февраля 1945 г.) Сталин поддержал постановку Рузвельтом вопроса об опеке ООН над колониальными территориями. Реакция Черчилля была самой негодующей. Он заявил, что не допустит вмешательства в дела Британской империи. "Новая международная организация должна принять во внимание эту особую ответственность великих держав и должна быть построена таким образом, чтобы не нарушать их единства или мешать их способности эффективно действовать, - утверждал он. - В то же самое время международная организация не может основываться на диктатуре великих держав. Их долг - служить миру, а не господствовать над ним".
Несмотря на сохранение разногласий между союзниками, процесс создания ООН шел быстрыми темпами. Учредительная конференция по созданию ООН проходила с 25 апреля по 26 июня 1945 г. в Сан-Франциско. Единственным вопросом повестки дня была разработка Устава ООН, который официально вступил в силу с 24 октября 1945 г. Британская делегация добилась поправки, касающейся выборов в Совет Безопасности. Теперь требовалось равномерное географическое представительство держав, а также учет их вклада в обеспечение международной безопасности. Одновременно британская делегация пошла на уступки по вопросу о системе опеки. Правда, всеобъемлющей концепции, которую желал видеть Рузвельт, не получилось: опека распространилась пока лишь на острова Тихого океана. Однако с политической и правовой точки зрения чрезвычайно важным стал ввод двух категорий мандатных территорий: на так называемые стратегические районы распространялась опека Совета Безопасности, тогда как опеку остальных обеспечивала Ассамблея ООН через специализированный Совет по опеке. Принцип выделения особых стратегических районов с приоритетными правами контроля со стороны постоянных членов Совета Безопасности ООН станет важнейшим политическим оружием англо-американской дипломатии в послевоенном мире.
Уже вскоре после создания ООН позитивное сотрудничество западных союзников с СССР завершилось. Мир вступил в эпоху холодной войны. США в качестве основополагающих принципов внешней политики стали использовать доктрину Трумэна, обосновавшую право на повсеместное американское вмешательство с целью недопущения распространения мирового коммунизма. В развитии этой теории появилась доктрина сдерживания, согласно которой США и их союзники должны были и в мирное время заключать между собой военные соглашения, окружив СССР и их союзников системой своих военных баз. Практическим воплощением этих теорий стало создание в апреле 1949 г. военно-политического блока НАТО (Организация Североатлантического договора), подписание в 1951 г. американо-японского договора безопасности, образование в течение первой половины 1950-х гг. блоков СЕАТО (для стран Юго-Восточной Азии), СЕНТО (для Ближнего и Среднего Востока), а также АНЗЮС (для региона Австралии и Новой Зеландии).
Складывание двухполюсного (биполярного) мирового порядка, торжество принципов блоковой стратегии на несколько десятилетий придали деятельности ООН довольно формальный характер. Многие решения ООН лишь закрепляли результаты политического диалога сверхдержав или фиксировали точки их разногласий. В полной мере это касалось и колониального вопроса.
Система опеки первоначально была распространена лишь на 11 небольших территорий (преимущественно в тихоокеанском регионе). Сам правовой статус опеки при этом предполагал сохранение за мандатарием безусловного права на управление данной территорией и обеспечение равных прав для остальных членов ООН в экономической, социальной и торговой сферах. При этом особо оговаривалась ответственность мандатария за поощрение прав человека и основных свобод без различия расы, пола, языка и религии. Тем самым система опеки превращалась в средство модернизации, проводимой на основе рыночной экономики и правовой системы западного образца. В роли мандатариев выступали Великобритания, Австралия, США, Франция и Италия.
Помимо опекаемых территорий, Устав ООН закрепил существование несамоуправляющихся территорий. Тем самым легализовывалась колониальная система. В 1946 г. Австралия, Бельгия, Дания, Франция, Нидерланды, Новая Зеландия, Великобритания и США подали список управляемых ими территорий, которые они считали неготовыми к самоуправлению (всего были названы 72 такие территории). Характерно, что в данном случае Устав ООН уже не требовал от управляющих стран способствовать "свободе рук" или внедрять универсальный стандарт прав и свобод личности. Напротив, предполагалось, что способствовать социальному и экономическому прогрессу несамоуправляющихся народов следует на основе сохранения их культурных традиций, а расширение самоуправления ставилось в зависимость от специфических обстоятельств и разных ступней развития. Таким образом, западные страны-метрополии получили гарантии политико-правовой и экономической закрытости своих владений.
Крах колониальной системы произошел лишь под воздействием широкого национально-освободительного движения народов Востока. В 1960 г., когда распад колониальных империй уже стал фактом, Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию о предоставлении независимости колониальным странам и народам. В ней заявлялось, что "подчинение народов иностранному владычеству, господство и эксплуатация являют собой отрицание основных прав человека, противоречат Уставу Организации Объединенных Наций и препятствуют продвижению к миру и сотрудничеству во всем мире", а также то, что "должны быть незамедлительно приняты меры для передачи всей власти народам этих территорий, находящихся под опекой, и несамоуправляющихся или других территорий, которые еще не получили независимости, в соответствии со свободно выраженной ими волей и желанием, без каких бы то ни было условий или оговорок и независимо от расы, религии или цвета кожи, с тем чтобы предоставить им возможность пользоваться полной независимостью и свободой". В 1963 г. Генеральная Ассамблея одобрила пересмотренный список несамоуправляющихся территорий (включавший теперь 64 территории, поскольку остальные уже завоевали или получили независимость). В список входили и две остававшиеся на тот момент подопечными территории (Науру и тихоокеанские острова). Этот список был позднее (1965 г.) дополнен включением Французского Сомалиленда (ныне Джибути) и Омана. В 1972 г. в него были внесены Коморские острова, а в 1986 г. Новая Каледония. С 1960 по 1990 г. самоуправления добились 53 территории.
По мере распада мировой колониальной системы ООН активизировала свои действия по поддержке социально-экономического и культурного развития стран Востока. Предпринимались огромные усилия по борьбе с нищетой и голодом, решению демографических проблем, развитию систем образования и коммуникаций. Но выполнение ключевой задачи ООН - по миротворчеству и обеспечению безопасности - долгое время было затруднено из-за конфронтации сверхдержав. Исключение составило лишь активное участие ООН в решении палестинской проблемы. 14 мая 1948 г. Великобритания отказалась от мандата на Палестину (полученного еще от Лиги Наций), а еврейское население Палестины объявило о создании Государства Израиль. Ответом стали военно-террористические действия со стороны арабского населения. Насилие было временно приостановлено в результате перемирия, к которому призвал Совет Безопасности ООН. За выполнением его условий наблюдение осуществлял назначенный Генеральной Ассамблеей специальный посредник с помощью группы военных наблюдателей. В 1949 г. было учреждено Ближневосточное агентство Организации Объединенных Наций для помощи палестинским беженцам. После очередной вспышки арабо-израильского противостояния в 1956 г. были создан и первый полноправный миротворческий корпус - Чрезвычайные вооруженные силы ООН (ЧВС ООН). Но урегулировать ближневосточный конфликт так и не удалось.
Скандальным оказалось вмешательство ООН в урегулирование корейского конфликта. Корейский вопрос рассматривался Генеральной Ассамблеей в 1947 г. Попытки ООН с помощью выборов восстановить единое государство оказались безуспешными, и в 1948 г. в Корее появилось два отдельных правительства. Вскоре под давлением американской дипломатии Генеральная Ассамблея ООН призвала к выводу оккупационных сил и создала Комиссию Организации Объединенных Наций по Корее. В июне 1950 г. США и Комиссия по Корее информировали ООН, что Республика Корея подверглась нападению Вооруженных сил Северной Кореи. Совет Безопасности рекомендовал государствам - членам ООН оказать Республике Корея необходимую помощь для отражения нападения и восстановить в этом регионе мир и безопасность. Советский Союз, не присутствовавший на заседании Совета Безопасности в знак протеста против участия в нем представителей свергнутого чанкайшистского правительства Китая, объявил решение Совета Безопасности незаконным. Тем не менее для участия в боевых действиях в Корее были созданы так называемые международные силы под объединенным командованием, уполномоченные выступать под флагом ООН (с юридической точки зрения, их действия не являлись миротворческой операцией ООН, требующей согласия всех постоянных члена Совета Безопасности).
ООН получила возможность более активно проводить миротворческие операции лишь с конца 1950-начала 1960-х гг. (в Ливане в 1958 г., Конго в 1960-1964 гг., Новой Западной Гвинее в 1962-1963 гг., Йемене в 1963-1964 гг., на Кипре с 1964 г., в Доминиканской республике в 1965-1966 гг. и др.). Особенно выросло значение миротворческих операций ООН в 1990-х гг., после того как с распадом СССР оказалась разрушена система сдерживания двух сверхдержав. Однако эффективность подобных действий по-прежнему вызывает немало сомнений. К началу 2000-х гг. все большую инициативу в урегулировании локальных конфликтов в Азии и Африке проявляет НАТО.
Процесс крушения мировой колониальной системы империализма длился более четверти века. В абсолютном большинстве стран Востока народы вынуждены были вести длительную, упорную борьбу за право независимого существования. Особенно сложной и кровопролитной была борьба в странах, вставших на путь социализма (Китай, Вьетнам, Корея, Кампучия, Лаос). Ожесточенная антиимпериалистическая борьба развернулась и в тех странах Азии и Африки, где освободительное движение возглавляла национальная буржуазия. В ходе этой борьбы шло размежевание классовых и политических сил, зрело национальное самосознание народов, возрастала их политическая активность. Провозглашение независимости бывших колоний империализма означало завершение важнейшего этапа национально-освободительных революций в странах Азии и Африки - этапа борьбы за политическую самостоятельность.
После Второй мировой войны почти во всех странах Востока к власти пришли представители национальной буржуазии. В большинстве стран Востока в момент провозглашения независимости были созданы буржуазные республики. Поскольку в странах Востока национальная буржуазия весьма пестра и многообразна, постольку и государственная власть отличалась большим разнообразием. Если у власти оказывались представители мелкой национальной буржуазии, то они часто объявляли о своем стремлении строить национальное социалистическое государство, под которым понимался социализм мелкобуржуазного толка: корпоративная организация общества, национализация иностранной и крупной собственности (особенно банков) и использование ее в интересах государства или мелких собственников.
Оказавшиеся у власти представители крупной национальной буржуазии также стремились к национализации иностранного капитала, банков, но экономическую программу они строили с ориентацией на поддержку крупного предпринимательства. Во всех случаях такая деятельность объяснялась интересами народа, его нуждами и потребностями. Любая антиправительственная деятельность объявлялась антинародной. Под этим или подобными предлогами буржуазные правители стремились установить всесторонний контроль над рабочим классом, обрабатывая его идеологически, сужая его возможности выступать на политической арене самостоятельно, отстаивать экономические и политические интересы и права.
Как уже упоминалось, распад колониальной системы в послевоенный период длился более четверти века. В числе первых стран, ставших независимыми, была Индонезия. 17 августа 1945 г. в Джакарте Сукарно, возглавлявший Комитет по подготовке независимости, провозгласил республику. Он же стал первым ее президентом. На следующий день была принята конституция, создано национальное правительство, созван временный парламент. В соответствии с конституцией важные для государства и жизни народа отрасли производства переходили в собственность государства. Государство брало в свои руки землю, воду и природные богатства, чтобы максимально их использовать и поднять благосостояние народа. Конституцией предусматривались также возможность установления контроля государства над деятельностью иностранных монополий, демократические права для народа, равенство всех граждан, право на труд, образование, свобода союзов, слова, печати, вероисповедания и т. д. Эти положения были внесены в конституцию под давлением левых сил, среди которых наиболее активными были коммунисты.
Провозглашение республики фактически означало призыв ко всеобщему восстанию, так как в это время Индонезия находилась еще под японской оккупацией. Терпя поражение на всех фронтах, Япония пыталась создать независимое марионеточное индонезийское государство, с тем чтобы использовать его богатства в своих целях. Естественно, что такая независимость не получила бы признания у англо-голландцев, которые искали лишь предлог, чтобы начать интервенцию.
Восстание началось практически повсеместно. Повстанцы разоружали японские части, захватывали их оружие, формировали боевые отряды. Это было движение, в котором участвовали почти все классы и слои населения. Рабочие захватывали иностранные предприятия и объявляли их собственностью государства. Активизировалось молодежное движение. В стране создалось своеобразное двоевластие: одновременно с японской администрацией и армией действовали республиканские национальные комитеты и их вооруженные отряды. Но индонезийцам предстояло еще многие годы бороться за свою свободу и независимость.
В сентябре 1945 г. в Индонезии высадились английские войска якобы для разоружения японских подразделений, а на самом деле они начали постепенную оккупацию страны. Вместе с англичанами прибыли голландские отряды, которые поддерживались и снаряжались американцами. В конце октября англичане и голландцы захватили ряд стратегических пунктов и портов страны (Джакарту, Бандунг, Семаранг и др.). 10 ноября 1945 г. английские войска пытались штурмом овладеть городом Сурабайя, но получили отпор от плохо вооруженных и необученных индонезийских отрядов. Сражение длилось две недели и имело огромное моральное значение для народа.
Широкое сопротивление захватнической политике, протесты международной общественности заставили правительство Нидерландов начать переговоры. Англия, занимавшая проголландскую позицию, выступала на этих переговорах в качестве посредника. В ноябре 1946 г. было, наконец, парафинировано так называемое Лингаджатское соглашение (вступило в силу в марте 1947 г.), по которому создавались Соединенные Штаты Индонезии в рамках Нидерландско-Индонезийского Союза. Республика получала военную передышку и международное признание. Но уже в январе 1947 г. Нидерланды и союзные с ней колониальные державы начали блокаду Республики Индонезии, надеясь экономическими методами заставить ее пойти на уступки. Но и блокада не принесла империалистам желаемых результатов.
В июле 1947 г. Нидерланды начали открытую войну против Индонезии. Хорошо вооруженная и обученная голландская армия встретила упорное сопротивление. В защиту Индонезии выступило международное общественное мнение. Голландцы вынуждены были пойти на перемирие. Однако подписанное в начале 1948 г. Ренвилское соглашение было крайне тяжелым для республики. В конце 1948 г., воспользовавшись резким обострением внутриполитической обстановки в Индонезии в связи с провокационными действиями буржуазного правительства Хатты против всех левых сил, голландцы вновь перешли в наступление и захватили важнейшие центры страны; началась так называемая вторая колониальная война Голландии против Индонезии. Президент и большинство членов парламента были арестованы и вывезены с Явы. Лишь в ходе долгой и упорной партизанской войны голландцы были вытеснены из большинства районов и оказались в полной изоляции.
В августе 1949 г. в Гааге началась конференция круглого стола, в ходе которой Республика Индонезия вновь получила признание Нидерландов. По решению конференции она вместе с 15 марионеточными штатами вошла в Республику Соединенных Штатов Индонезии. В августе 1950 г. Штаты добровольно слились с Республикой, а голландцы в конце концов вынуждены были признать политический суверенитет страны.
В трудной и тяжелой борьбе завоевывал свободу народ Филиппин. Партизанская армия Хукбалахап, созданная коммунистами, вела долгие и упорные бои с японскими оккупантами. Когда в октябре 1944 г. американские войска высадились на Филиппинах, значительная часть страны (остров Лусон) была уже освобождена самими филиппинцами. Командовавший американскими войсками генерал Макартур начал освобождение страны с арестов борцов за свободу и насаждения колониальных порядков. Естественно, что его деятельность вызвала повсеместное сопротивление народа. В ходе борьбы против американских оккупантов в 1945-1946 гг. на Филиппинах возник демократический альянс, куда вошли основные патриотические организации страны, в том числе Коммунистическая партия Филиппин, Хукбалахап, Национальный крестьянский союз и др. Главными требованиями альянса были национальная независимость, аграрная реформа, индустриализация страны. В июле 1946 г. США были вынуждены пойти на объявление Филиппин суверенной республикой. Однако этот акт США обусловили сохранением на 99 лет на ее территории своих военных баз и специалистов.
Острый кризис в послевоенные годы переживала Британская колониальная империя. Ширилось национально-освободительное движение. Доминионы, внесший немалый вклад в военную победу, требовали все больше независимости. Катализатором пересмотра политических и организационных основ Британского Содружества наций стал индийский вопрос.
На переговорах вице-короля с лидерами Индийского национального конгресса и Мусульманской лиги в Симле летом 1945 г. англичане предложили создать ответственный перед короной и парламентом Всеиндийский исполнительный совет (кабинет министров), но при условии формирования этого Совета не по политическому, а по религиозному принципу. Это предложение было отвергнуто обеими индийскими партиями. С начала 1946 г. британское правительство окончательно утратило контроль над ситуацией в Индии. В межэтнических столкновения гибли сотни человек. Весной 1946 г. правительство К. Эттли было вынуждено без предварительных условий предоставить Индии статус доминиона. Лидер ИНК Д. Неру сформировал Исполнительный совет, в который представители мусульманской лиги войти отказались. В стране вновь начались индо-мусульманские столкновения.
К лету 1947 г. вице-король Льюис Маутбаттен выработал план раздела Индии на два доминиона - Индию и Пакистан. Сам Маутбаттен стал генерал-губернатором Индии, а пост генерал-губернатора Пакистана впервые в истории страны занял представитель небелой расы Мухаммед Али Джинна. 15 августа 1947 г. в Дели и Карачи было официально объявлено о создании двух независимых государств, добровольно вошедших в Британское Содружество. 13 февраля 1948 г. последние британские воинские подразделения покинули Индостан.
Провозглашение независимости Индии положило начало новому этапу в эволюции Британского Содружества наций. Вместо понятия "британский подданный" закрепляется новое - "гражданин Содружества". С 1947 г. термин "доминион" стал все чаще заменяться на "член Содружества" (из официальных документов термин "доминион" был исключен в 1952 г.). В 1948 г. продолжилась цепная реакция освобождения колоний: независимость получили Цейлон и Бирма.
В Бирме всенародное восстание против японских оккупантов началось в марте 1945 г. Восстанием руководила Антифашистская лига народной свободы (АЛНС), возглавляемая национальным героем Бирмы Аун Саном. В Лиге, объединявшей различные партии (в том числе Коммунистическую партию Бирмы), состояли более 200 тыс. человек. Ей подчинялись также десятки тысяч партизан и регулярные национальные войска. В августе 1945 г. почти вся Бирма была очищена от японских оккупантов. Попытки Великобритании восстановить свой контроль над Бирмой не увенчались успехом. В январе 1947 г. британское правительство на переговорах в Лондоне с представителями АЛНС вынуждено было признать право страны на независимость. В апреле 1947 г. в Бирме состоялись выборы в Учредительное собрание, которые принесли бесспорную победу представителям Антифашистской лиги. Они и создали национальное правительство Бирманского Союза. Несмотря на организованное колониальной агентурой убийство Аун Сана и нескольких членов правительства, правительство разработало и 24 сентября 1947 г. приняло конституцию, а 4 января 1948 г. торжественно провозгласило независимость Бирманского Союза.
Образование суверенного государства Бирмы имело важнейшее политико-правовое значение в качестве прецедента. Учредительное собрание решило провозгласить Бирму независимой, суверенной республикой. Поскольку принятие новым государством республиканской формы правления исключало членство в Содружестве, британский парламент принял в декабре 1947 г. Акт о независимости Бирмы, согласно которому она стала независимой республикой вне рамок Содружества. В 1948 г. Великобритания предоставила такой же статус независимого и самоуправляющего доминиона Цейлону. К власти здесь пришло проанглийское правительство Объединенной национальной партии, что позволило почти на десятилетие сохранить экономическое и военно-политическое влияние бывшей метрополии. Но становилось очевидным, что проблема образования республиканских государств на британском постколониальном пространстве требует кардинальной перестройки всей правовой основы Содружества.
В 1949 г. в Лондоне состоялась конференция премьер-министров стран Содружества. На ее решения существенно повлияло заявление индийского лидера Д. Неру о намерении Индии стать суверенной, независимой республикой, но оставаться в Содружестве. В Лондонской декларации конференция провозгласила отказ от прежнего принципа общей верности короне. Отныне английский король стал выступать лишь в качестве символа свободной ассоциации независимых государств-членов и в этом качестве - главы Содружества. Конференция провозгласила, что в Содружество объединяет свободных и равных членов. Само объединение государств отныне именовалось не Британским Содружеством наций, как было установлено конференцией 1926 г. и Вестминстерским статутом, а Содружеством Наций.
Несмотря на попытки реорганизовать бывшее имперское пространство, британское правительство продолжало сталкиваться с крупными вспышками национально-освободительного движения, переходящего время от времени в открытые гражданские конфликты. Экономические трудности вызвали в 1948 г. волну народных выступлений в Гане (Золотой Берег). Всплеск политической активности наблюдался и в Центральной Африке, в том числе в Северной Родезии (Замбии), Южной Родезии и Ньясаленде (Малави). Конфликт носил здесь расовый характер. В Южной Африке по результатам выборов 26 мая 1948 г. к власти пришла Националистическая партия, поставившая своей целью проведение в жизнь политики апартеида, или разделения рас. Националистические выступления в Малайе потребовали активного вмешательства британского правительства. Коммунистические повстанцы-партизаны, большую часть которых составляли китайцы, совершали вооруженные нападения на служащих каучуковых плантаций и полицию, разрушили правительственные учреждения. 18 июня 1948 г. Малайа была переведена в режим чрезвычайного положения; британские войска быстро ликвидировали очаги волнений.
Под влиянием нарастающей мощи национально-освободительного движения британское правительство было вынуждено ускорить реформы Содружества Наций. В 1952 г. было принято окончательное решение об упразднении понятия "доминион" из всех официальных документов Содружества и введении понятия "гражданин Содружества" (вместо понятия "британский подданный"). С 1957 г., когда представители первого африканского государства (Ганы) начали посещать конференции премьер-министров, Содружество стало многорасовым. В дальнейшем концепция многорасовой ассоциации (multiracial association) получила официальное закрепление в документах Содружества. Была закреплена и особая процедура приобретения независимости бывшими британскими колониями. После предварительного согласования вопроса на конференции с участием представителей метрополии и претендующего на независимость государства британский парламент принимал соответствующий закон (Акт о независимости). Такой закон содержит стандартные формулировки о приостановке действия на территории нового независимого государства британских законов, определяет новую форму правления этого государства. Конституция нового государства должна была быть обнародована в форме королевского приказа в Совете. Получившее независимость государство имело право обратиться с просьбой о принятии его в Содружество. Для положительного решения требовался консенсус всех государств-членов.
Правовая реформа Содружества наций способствовала радикальному обновлению его состава. Из старых членов Содружества к этому времени осталась только Великобритания, а также Канада, Австралия и Новая Зеландия. Ирландская республика вышла из состава Содружества в 1949 г., ЮАР - в 1961 г. Ньюфаундленд присоединился в 1949 г. к Канаде в качестве ее 10-й провинции. Бирма так и не изъявила желания стать членом Содружества. Индия вошла в организацию, оговорив свободу выбора формы правления. Пакистан, войдя в Содружество, в 1972 г. покинул его, а в 1989 г. вновь присоединился. В 1957 г. членами Содружества стали Малайзия и Гана, в 1960 г. - Нигерия, в 1961 г. - Кипр, Сьерра-Леоне, Танзания, в 1962 г. - Тринидад и Тобаго, Ямайка, Уганда, в 1963 г. - Кения, в 1964 г. - Мальта, Замбия (бывшая Северная Родезия), Малави (бывший Ньясаленд), в 1965 г. - Гамбия, Сингапур, в 1966 г. - Барбадос, Гайяна, Ботсвана, Лесото, в 1968 г. - Маврикий, Свазиленд, Науру, в 1970 г. - Западное Самоа, Тонга, Фиджи (в 1987 г. вышли из состава Содружества), в 1972 г. - Бангладеш , в 1973 г. - Багамские острова, в 1974 г. - Гренада, в 1975 г. - Папуа- Новая Гвинея, в 1976 г. - Сейшельские острова, в 1978 г. - Доминика, Соломоновы острова, в 1979 г. - Сент-Люсия, Сент-Винсент и Гренадины, Тувалу, Кирибати, в 1980 г. -Вануату, Зимбабве, в 1981 г. - Белиз, Антигуа и Барбуда, в 1983 г. - Сент-Кристоф и Невис, в 1984 г. - Бруней. С просьбой о членстве в Содружестве не обращались получившие независимость Судан, Сомали, Камерун, Мальдивские острова, Южный Йемен, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты.
Вступление в Содружество бывших азиатских, африканских, центрально-американских колоний Великобритании нарушало первоначальные идеологические основы этой организации, возникшей как объединения метрополии и белых поселенческих колоний, обладающих статусом доминиона. Но именно благодаря этому процессу Великобритании удалось сохранить значительное влияние на африканском континенте и довольно эффективно перейти здесь к политике неоколониализма. Иначе развивались события на Среднем и Ближнем Востоке.
После принятия иранским правительством в 1951 г. решения о национализации нефтяной промышленности дипломатические отношения между Ираном и Великобританией были разорваны. Великобритания выступила инициатором экономической блокады Ирана. Британский ВМФ устроил военную демонстрацию в иранских территориальных водах. Однако США не поддержали эту акцию и выступили инициатором переговоров и формирования нового международного консорциума по разработке иранских нефтяных месторождений. Великобритании пришлось довольствоваться ролью одного из их участников.
В начале 1950-х гг. обострилась ситуация вокруг Египта. В октябре 1951 г. египетское правительство приняло решение об аннулировании договора 1936 г. о кондоминиуме над Суданом и о Суэцком канале. Судан был объявлен неотъемлемой частью Египта. Но идти на открытый конфликт с Великобританией король Египта Фарук не решался. Начались длительные переговоры, во время которых английские войска подавляли стихийные выступления местного населения. После переворота в Каире в июле 1952 г. революционное правительство Г. Абд ан-Насера объявило о готовности предоставить Судану право самоопределения, что и было зафиксировано в англо-египетском соглашении 1953 г. Спустя полтора года, 19 октября 1954 г. удалось достичь и заключения договора о судьбе Суэцкого канала. В соответствии с ним английские войска должны были быть эвакуированы в течение 20 мес.
Столь же стремительно происходил распад французской колониальной империи. Правительство Франции пыталось перевести процесс в русло постепенных реформ. В соответствии с Конституцией Четвертой республики было провозглашено создание Французского Союза. В его состав вошли Франция, ее заморские департаменты и территории, а также ассоциированные государства и территории - Того, Камерун, Новые Гебриды, Марокко, Тунис, Индокитайская федерация. Главой Союза являлся президент Франции. Образовывалась Ассамблея Французского Союза, состоящая поровну из депутатов, избранных колониальными народами, и из депутатов метрополии. Все жители Французского Союза получили союзное гражданство. В конституции особо оговаривалось, что изменение статуса территории и их переход в другую категорию может быть осуществлен только на основе соответствующего голосования Национальным собранием после консультаций с местными ассамблеями и ассамблеей Французского Союза.
В отличие от британского Содружества Французский Союз оказался мертворожденным проектом. Сказалась и политическая нестабильность режима Четвертой республики, и противодействие местной администрации в колониях, и все более широкое национально-освободительное движение народов бывших колоний. Уже в мае 1945 г. колониальные власти жестоко подавили восстание в Алжире. Полтора года спустя аналогичные события повторились на Мадагаскаре, где число жертв среди коренного населения превысило 80 тыс. человек. Фатальное значение для Четвертой республики имело начало вооруженного конфликта в Индокитае.
19 августа 1945 г. руководителем вьетнамской повстанческой армии Хо Ши Мином было провозглашено создание независимого государства. Несмотря на подписание французским и вьетнамским правительствами договора о признании вьетнамской республики как независимого государства, входящего во Французский Союз, уже вскоре колониальная администрация поддержала образование марионеточной республики Кохинхины. С ноября 1946 г. на территории Индокитая начались военные действия. Они растянулись на 7 лет. В начале 1950-х гг. на фоне корейского конфликта военные действия в Индокитае приобрели особую ожесточенность. Постепенно инициатива перешла к вьетнамцам. Переломное значение имела многомесячная осада французского укрепрайона Дьен-Бьенфу. Еще до ее завершения на Берлинском совещании министров иностранных дел Франции, Великобритании, США и СССР в январе - феврале 1954 г. было достигнуто соглашение о созыве в апреле 1954 г. в Женеве специального совещания по вопросу о восстановлении мира в Индокитае. После капитуляции гарнизона Дьен-Бьенфу 7 мая 1954 г. исход кампании и женевских переговоров был предрешен. 21 июля 1954 г. был заключен Женевский договор, согласно которому в Северном и Южном Вьетнаме образовывались суверенные государства с границей по 17-й параллели. Франция обязалась вывести Вооруженные силы с территории Индокитая.
В начале 1950-х гг. резко обострились отношения между Францией и ее протекторатами в Северной Африке - Тунисом и Марокко, входившими во Французский союз на положении присоединившихся государств. В октябре 1951 г. тунисское правительство выступило с требованием обеспечения полного суверенитета государства. Французская администрация ответила волной репрессий, направленных против активистов националистической партии Нео-Дестур. Был арестован премьер-министр местного правительства Шеник, убит генеральный секретарь профсоюзов Туниса Хашед. В Тунисе началась партизанская война. Столь же радикальный поворот приобрели события в Марокко. В декабре 1952 г. здесь была запрещена деятельность националистической партии Истикляль и Марокканской коммунистической партии. Французское правительство фактически поддержало низложение легитимного султана Мохаммеда бен Юсефа. В 1954 г. национально-освободительное движение начало шириться в Алжире, где был образован Фронт национального освобождения. В 1955 г. французский парламент был вынуждено ввести в Алжире чрезвычайное положение.
В марте 1956 г. Франция признала независимость Марокко и Туниса. Алжирская проблема была значительно сложнее. В стране проживали более 1 млн евроалжирцев, выходцев из Франции и других европейских стран. Евроалжирцы считали себя подлинными хозяевами страны, да и в массовом сознании французского общества Алжир ассоциировался с собственной территорией. Все попытки французского правительства урегулировать алжирскую проблему правовыми методами не принесли успеха. В Алжире ширилась гражданская война. 13 мая 1958 г. Комитет общественного спасения, представлявший интересы алжирских ультра, объявил о принятии всей полноты власти в Алжире. Угроза путча ускорила приход к власти во Франции генерала Ш. де Голля. Урегулирование алжирского вопроса растянулось еще на несколько лет. 8 января 1961 г. референдум во Франции поддержал право Алжира на самоопределение. Это подтолкнуло алжирских ультра к попытке государственного переворота. 22 апреля при поддержке части армейских соединений, дислоцированных в Алжире, они захватили власть в столице страны и объявили о низложении президента Франции. Однако путч был быстро подавлен. После почти годичных переговоров 18 марта 1962 г. французским правительством подписаны Эвианские соглашения об условиях самоопределения Алжира и принципах будущих франко-алжирских отношений. После проведения в Алжире референдума 1 июля 1962 г. французское правительство официально заявило о признании независимости этой страны.
Деголлевская конституция 1958 г. преобразовала Французский Союз в Сообщество, члены которого признавались суверенными государствами, имеющими право на свободный выход и получение полной независимости. В ходе референдумов страны - члены Союза определи формулу своего участия в Сообществе. Гвинея сразу же высказалась против участия и с 1 октября 1958 г. стала независимым государством. Вскоре начался выход и других стран-участниц из Сообщества. В январе 1960 г. независимость получил Камерун, чуть позже - Того и другие государства, входившие в состав французской Экваториальной и Западной Африки. Всего в течение 1960 г., названного годом Африки, независимыми стали 14 бывших французских колоний в Африке. Конституционные положения о Сообществе были окончательно отменены в 1995 г.
Развал Французского Сообщества не стал крахом французской политики в третьем мире. Де Голль был убежден, что эпоха традиционного колониализма завершилась. Основой отношений с получившими независимость странами Азии и Африки он считал экономическое сотрудничество и укрепление морального авторитета Франции как страны, готовой поддержать волю любого народа на самоопределение. Голлизм сформировал основы французской неоколониальной политики, использующей имидж страны как третьей силы, противостоящей сверхдержавам. В рамках этого курса Франция со второй половине 1960-х гг. отказалась от произраильской политики на Ближнем Востоке, признала де-юре Китайскую Народную Республику, выступила против агрессивных действий США в Доминиканской республике и осудила их вооруженное вмешательство во Вьетнаме.
Итак, в 1960-х гг. мировая колониальная система, создававшаяся веками и казавшаяся символом экономической и военно-политической мощи Запада, рухнула под напором национально-освободительного движения народов Азии и Африки. Сказались и изменения, произошедшие в самом западном обществе. Послевоенная политическая и деловая элита западных стран склонялась к использованию новых методов экономической эксплуатации мирового пространства, получивших название неоколониализма.
Развитие государственности и становление современных политических структур в странах Востока имеют принципиальные отличия от известных нам западных моделей. В свою очередь эти отличия во многом были обусловлены разнообразным характером развития капиталистических отношений в метрополиях (Запад) и зависимых странах (Восток).
Во-первых, на Востоке, естественно, историческая эволюция традиционного способа производства прервалась вследствие насильственного воздействия внешнего фактора: прямого - чужеземного завоевания (классический колониальный вариант) или косвенного - угроза завоевания, ограничение суверенитета и экономическая экспансия (полуколониальный подвариант). В результате традиционный способ производства и уклад жизни постепенно оттеснялся на периферию общества, часть же его принудительно вовлекался в синтез (качественно при этом модифицируясь) с иностранным капиталистическим укладом. При этом синтез возникает в результате не внутригосударственной эволюции, а межгосударственного столкновения и принудительного ориентирования способа производства в буржуазном направлении капиталистическими элементами иностранного происхождения.
Нельзя, конечно, утверждать, будто на Западе фактор чужеземного насилия не играл никакой роли в трансформации и синтезе общественных структур. Наоборот, нередко можно отметить решающую роль военного завоевания в генезисе феодализма либо роль наполеоновских войн и оккупации для ускорения капиталистического развития некоторых территорий Европы. Особенность же колониальных завоеваний заключалась в том, что они привели к возникновению таких всемирно-исторических феноменов, как колониальная система, колониальный синтез и связанное с последним разделением труда в мировых масштабах. В результате было блокировано общение и взаимодействие восточных обществ в их естественной регионально-культурной среде, в которой имелись свои центры и периферии, очаги развития и стагнации в рамках существовавших там добуржуазных отношений.
Во-вторых, колониальный синтез отличался тем, что он начинался "сверху", т. е. с надстроечного политического "этажа" общества. Колониальная администрация или опутанная сетями неравноправных договоров местная власть не только сама выступала в качестве первых проявлений синтеза, но и была главным орудием и стимулятором в реализации процессов синтеза в других компонентах общественной жизни (в экономической и социальной жизни, в области культуры и идеологии).
В-третьих, колониальный синтез отличается своей особой пестротой и многоплановостью. Если в странах Западной Европы переход от феодального общества, раздробленности и междоусобиц и абсолютистской централизации сопровождался формированием более или менее однородных по национально-этническому составу и уровню общественно-экономического развития государств, то в большинстве стран Востока в период вовлечения их в колониальную систему картина была иной. С одной стороны, между странами Востока были значительные различия в уровне их развития, с другой - границы конкретных колониальных владений также охватывали территории с неодинаковым уровнем развития (от первобытно-общинного строя до позднего феодализма) и значительными этническими различиями. К этому следует добавить то своеобразие, которым отличалась политика колониальных администраций, а также формы иностранного предпринимательства разных метрополий. Все это обусловило многоликость восточных обществ и путей формирования государственности в постколониальный период.
В-четвертых, генезис колониального синтеза, а также все последующие сколько-нибудь значительные трансформации его (вплоть до независимости) определились в первую очередь метрополией. Если переход метрополий в фазу промышленного капитализма вызвал потребность в окончательном оформлении колониального синтеза с его специфической формой разделения труда между колонией и метрополией, то переход на стадию монополистического капитализма и вывоза капитала вызвал к жизни прямые промышленные инвестиции в колониях, т. е. современные формы предпринимательства (синтез иностранного предпринимательства и местной рабочей силы), национальное предпринимательство, мелкобуржуазные формы торгово-промышленной деятельности, национальную интеллигенцию, современные формы общественно-политических движений и прочие явления, так или иначе влияющие на политическое и государственное становление. Все эти особенности образования и развития синтеза имели своим следствием формирование комбинированного или многоукладного общества, состоящего из многих компонентов. Разумеется, в разных странах Востока соотношение этих компонентов комбинированного общества накануне независимости было весьма неодинаковым, что также имело важное значение для особенностей государственного и политического становления того или иного восточного общества.
Достижение политической независимости странами Востока стало важной исторической вехой в их развитии. Однако вопреки надеждам некоторых национальных лидеров и чаяниям масс сама по себе политическая независимость не стала, да и не могла стать панацеей от вековой отсталости и прочих бед, связанных с колониальным прошлым.
Политические национально-освободительные революции и утверждение национальной государственности являлись решающими предпосылками, без которых невозможно было даже приступить к решению задачи преодоления комбинированного характера обществ на современном Востоке. При этом надо учитывать, что ни политическая революция, ни установление национальной государственности не могли сами по себе устранить комбинированный характер общества, что решение этой задачи составляет содержание целой исторической эпохи.
Что представляет собой комбинированное общество? Это общество, характеризующееся весьма слабой внутренней интегрированностью тех компонентов его структуры, которые разнородны формационно или типологически. Взаимосвязь между этими компонентами обеспечивается:
В момент обретения независимости скрепляющий фактор колониального политического насилия сменяется фактором морально-политической сплоченности вокруг национального руководства, фокусирующим в себе разнородные по своей сути, но единые во внешних антиколониальных устремлениях силы многоукладного общества. Эта сплоченность может действовать по инерции еще некоторое время после достижения независимости, но отнюдь не беспредельно. Центробежные тенденции, имеющие своими истоками разнородность, разноформационность компонентов комбинированного общества, оживают по пути независимого развития. Это побуждает национальные правительства задумываться над разработкой стратегии национально-государственной интеграции, целью которой являлось бы превращение комбинированного общества в национально-целостное, т. е. в такой общественный организм, где все компоненты однородны в общественно-экономическом и социально-политическом плане, причем все основные связи между ними существенные.
Послевоенная история ряда стран Востока показала, что были национальные руководители и правительства, которые пытались решить указанную задачу (а заодно и проблему своей собственной легитимности) лишь при помощи системы законодательных и идейно-пропагандистских мер. Национальное руководство практически всех стран Востока, развивавшихся по пути капитализма, стремилось создать (по собственной инициативе или по подсказке бывшей метрополии) современное буржуазное государство. Национально-интегрированное общество по сути декларировалось, и миф этот поддерживался шумными пропагандистскими кампаниями. Однако реальное многоликое общество требовало конкретных свидетельств способности своих правительств выражать многоплановые интересы. Но так же, как ранее почти во всех европейских странах после первых буржуазных революций, современные страны Востока с первого дня независимости столкнулись с феноменом несоответствия реального многоукладного общества рамкам официально провозглашенной национально-государственной общности. В этом по сей день заключается одна из основных проблем абсолютного большинства правительств в странах Востока.
Однако становление современных буржуазных государств Запада являлось логическим результатом естественно-исторического процесса зарождения и развития элементов будущего буржуазного гражданского общества еще в недрах умирающего феодализма и дальнейшего его развития в условиях первой фазы капитализма. В результате складывались национально-интегрированные гражданские общества, т. е. на определенном этапе в целом совпадали рамки реального и гражданского обществ, когда основная масса реального общества осознавала себя в первую очередь гражданами данного государства, в то время как принадлежность к более узким и местным обществам и группам отходит на второй план, а в некоторых случаях и исчезает вовсе. В результате между гражданским обществом и его естественным результатом - буржуазным государством возникает соответствие, относительная функциональная гармоничность, когда имеющиеся противоречия разрешаются в повседневной жизни на основе консенсуса.
Иначе обстояло дело на Востоке, где традиционно государство было всем, а гражданское общество находилось в аморфном состоянии. Современные буржуазные государства в странах Востока (независимо от конкретных их форм) явились хотя и не с неба, но все же "сверху" - либо в результате политических национально-освободительных революций, либо благодаря сделке бывших метрополий с верхушкой господствующих классов. Сразу же после достижения независимости эти государства оказались на совершенно неадекватном базисе комбинированного реального общества, в котором если и содержались отдельные, преимущественно потенциальные элементы современного буржуазного, гражданского обществ, то их в большинстве случаев было недостаточно для обеспечения стабильности, прочности и эффективной деятельности подлинно современного государства. Законодательно утверждающаяся буржуазная государственность в освободившихся странах Востока не могла быть ничем иным, как заимствованным извне каркасом - формой без соответствующего сущностного содержания.
Дело в том, что в общественной структуре современных стран Востока наличествуют по сути два разных типа традиционного. Это колониальный синтез и архаичное, т. е. доколониальное, исконно традиционное. Казалось бы, что структуру колониального синтеза не совсем правомерно относить к традиционному, коль скоро мы рассматриваем страны Востока, эволюционизирующие по капиталистическому пути. Ведь и колониальный синтез является результатом проникновения иностранного капитала, т. е. буржуазных отношений, и соответствующей трансформации некоторой части местных элементов. Стало быть, его логичнее было бы рассматривать в качестве современного. Так, очевидно, и обстояло бы дело, если бы процесс воздействия метрополии на колонии и полуколонии сводился лишь к обычной вестернизации, т. е. к буржуазной модернизации по западному образцу. Но вестернизация в данном случае была необычной и осуществлялась в колониальной форме. Иными словами, эта колониальная модель вестернизации стимулировалась и вообще была всецело связана с чужеземной эксплуатацией. Вот почему с момента появления национального уклада колониальный синтез, несмотря на его внутреннюю буржуазную ориентированность, не мог уже рассматриваться, как современное, а в качестве последнего ему противостоял теперь национальный капиталистический уклад. И именно для расчистки путей развития этого современного общества потребовались, в частности, антиколониальные освободительные политические революции.
Ко второму архаическому типу относятся все те общественные структуры, которые были традиционными еще до времени формирования колониального синтеза. В основном они сохранились до независимости, так как метрополии не смогли (а часто и не хотели) перемолоть все традиционные уклады колоний и полуколоний.
Поэтому официальному государству приходится, как говорится, бороться на два фронта:
Таким образом, конечная цель одна: буржуазная модернизация и национально-государственная интеграция, но процессы синтезирования, при помощи которых эта цель достигается, протекают в двух руслах. Все это обусловливает особенно значительную роль государства в современных странах Востока. Оно призвано играть активную формирующую или созидательную роль практически на всех этажах общества в экономическом базисе (в том числе в качестве непосредственного агента производственных отношений, выполняющего функции организации и управления производством), в национально-этнической ситуации, в социальной структуре, во всей системе политической надстройки (в том числе в плане достраивания и перестраивания собственного гражданского и военно-полицейского аппарата).
Вся эта активная и разносторонняя деятельность необходима для преодоления сил многоукладности и включения масс населения, живших в рамках архаичных традиционных секторов и традиционного колониального синтеза, в панораму современного гражданского общества. Причем отсутствие всеобщей скрепляющей и цементирующей гражданской жизни национальные правительства и лидеры пытались и пытаются компенсировать внедряемой сверху политической жизнью.
В целом процесс становления гражданского общества в современных странах Востока и его взаимосвязи с официальным государством после достижения независимости существенно иные, чем в Западной Европе. Там формирование гражданского общества было предпосылкой формирования современного буржуазного государства. Процесс его становления начался еще в фазе абсолютизма, поэтому сразу же после политических буржуазных революций современное государство и последующая эволюция его исторических форм от низших к высшим (от традиционной авторитарности к современной буржуазной демократии) в основе своей определялись уровнем развития этого гражданского общества, процессами консолидации и т. д.
Таким образом, в Западной Европе процесс развития шел в общем и целом "снизу" - от экономического базиса и социальной структуры к политической надстройке. В абсолютном большинстве стран Востока национальный капиталистический уклад к моменту достижения независимости был необычайно слаб, чтобы суметь самостоятельно выполнить системообразующую функцию. Поэтому сразу же после достижения независимости инициативная, стимулирующая и направляющая роль в становлении гражданского общества принадлежала надстроечным элементам, прежде всего элитарным слоям госаппарата (ядро современного государства). Иными словами, процесс формирования гражданского общества здесь начался в основном "сверху". И лишь по мере укрепления и оформления гражданского общества оно может начать оказывать всевозрастающее давление на официальное государство, вынуждая его к дальнейшей эволюции (процесс, который сопровождается нередко кризисными и революционными ситуациями).
Из сказанного вытекает, что в странах Востока после достижения независимости у заимствованного на Западе современного государства (парламентской республики) не оказалось адекватной экономической и социальной базы, национально-этнической структуры и даже достаточных элементов для конструирования собственного (т. е. государственного) аппарата. Там, где такое государство было создано (формально это большинство колониальных стран Востока за исключением авторитарных, социалистических и монархических), очень скоро выявилось несоответствие официальной формы этого государства обществу, над которым оно возвышалось.
Образование новых форм государства в таких условиях не означало установления его всеобщего и реального контроля над традиционными секторами общества. Огромные пласты традиционного продолжают жить своей относительно замкнутой жизнью и руководствоваться в ней иными ценностными ориентирами, чем те, что предписываются официальным государством. Лояльность социальных групп этого рода долго еще ориентируется либо на колониальный синтез, либо на архаичные уклады жизни. Именно этим объясняются многочисленные оппозиционные и даже сепаратистские движения во многих развивающихся странах, возникающие там сразу же по достижению независимости. В сущности этих движений лежат либо колониальный синтез, либо архаичные традиционные уклады.
Неоколониализм пытается использовать эти движения в своих узкокорыстных интересах. На практике эти два оппозиционных потока могут выступать разрозненно, совместно или даже друг против друга. В последнем случае некоторые традиционалистские движения могут нести в себе антиколониалистский заряд и временно блокироваться с современными национальными общественными силами. Анализ этих конкретных проявлений составляет важный аспект современной политологии.
Колониальное наследие в государственных структурах после достижения независимости.
После достижения независимости молодыми государствами сложившееся колониальное разделение труда нельзя было уничтожить одним махом, по субъективной воле кого бы то ни было. Но его можно было ликвидировать в течение довольно длительного переходного периода (на путях капиталистической или социалистической ориентации) посредством преобразовательной деятельности правительства и всего общества. Эта деятельность в странах, идущих по капиталистическому пути развития, начинается прежде всего с процесса дальнейшей модификации колониального синтеза.
Главное изменение, которое привносит независимость в процессы модификации синтеза, заключается в ликвидации колониальной администрации как составной части политической надстройки метрополии, т. е. ликвидации политического механизма насильственной ориентации политического развития в антинациональном направлении. Вместо этого появляется новый механизм - национальная государственность. Бывшая двунациональная (метрополия - колония) государственность оказывается разорванной, и колониальный синтез пребывает теперь не внутри единой государственности имперского типа, а между двумя типами политически самостоятельных государств. Уже этим политическим актом кладется начало модификации традиционного колониального синтеза в неоколониальный.
На первых этапах независимого буржуазного развития происходят важные изменения, связанные с утверждением национальной государственности. Они заключаются в перегруппировке структурных компонентов комбинированного общества. Национальный уклад (государственный или частный) приобретает господствующее положение. Конечно, в этот период для большинства развивающихся стран еще нет возможности полностью отказаться от привлечения иностранного капитала. Однако по мере укрепления национального капиталистического уклада и общего изменения соотношения сил происходит процесс вынужденной перестройки иностранного капитала. Он все чаще соглашается теперь на более выгодные для молодых национальных государств формы и условия функционирования: ликвидация колониальной системы, создание смешанных компаний с преобладающим участием национального капитала, внедрение более прогрессивных подрядных форм и т. п. Он все более вынужден считаться с национальной стратегией развития соответствующих стран.
Во многих отношениях аналогичным образом обстоит дело в сфере политической (а также культурной) национализации. Однако можно создать, например, национальный госаппарат или армию, но если ключевые посты или реальное право принятия важнейших решений все еще принадлежит иностранным советникам и лицам проимпериалистической ориентации, то вряд ли в таком случае приходится говорить о завершении национализации госаппарата. Или другой пример. Если вся работа национального информационного агентства базируется на западных источниках информации и соответствующих методах ее обработки и подачи, то нельзя, очевидно, говорить о полной национализации службы информации. При всем своеобразии вопроса сказанное выше во многих аспектах относится и к привнесенной колонизаторами христианской религии. Процесс ее национализации включает не только национализацию конфессиональных кадров, языка, литургии, но прежде всего содержательную переориентацию всей церковной деятельности с обслуживания интересов бывшего колониального синтеза на защиту национально-государственных интересов.
Итак, сущностные элементы колониального синтеза сохраняются и проявляют себя даже через новые национальные границы. Однако независимость дает начало длительному процессу модификации и трансформации синтеза, а в конечном счете - ликвидации через поэлементное изменение его структуры. Этот процесс может быть назван отмиранием колониализма или, что одно и то же, изживанием неоколониализма.
Восток второй половины XX в. постепенно превратился из зависимого объекта колониальной и неоколониальной политики Запада в самостоятельную силу на международной арене. Тем не менее западные державы стремились и в новых условиях сохранить и даже расширить свои позиции в странах Востока, привязать их к себе экономическими, политическими, финансовыми и прочими узами, опутав сетью соглашений о техническом, военном, культурном и прочем сотрудничестве. Если же это не помогало или не получалось, западные державы (особенно и в первую очередь США) не колеблясь, прибегали к насилию, вооруженной интервенции, экономической блокаде и прочим средствам давления в духе традиционного колониализма.
Однако многие перемены, явившиеся прямым следствием новой расстановки сил в глобальном масштабе, приняли необратимый характер. Наиболее кардинально это проявилось на Дальнем Востоке.
Потерпевшая поражение Япония капитулировала и на десятилетия утратила свой статус великой державы и способность влиять на страны региона. Более того, Япония была оккупирована войсками США и стала объектом целенаправленной политики американцев по социальной и экономической модернизации, культурной и технологической вестернизации. То же самое произошло и на юге Корейского полуострова. США спешили занять место Японии везде, где только могли. Однако разгром советскими войсками японской Квантунской армии создал условия для расширения и укрепления освобожденных районов Китая, контролировавшихся коммунистами, для вооружения и оснащения (как за счет СССР, так и путем передачи трофейного японского оружия) Народно-освободительной армии Китая (НОАК), созданной руководством КПК. К концу 1945 г. освобожденные районы охватывали почти четверть территории Китая (главным образом, на севере) с населением 150 млн человек. И хотя национальное правительство Чан Кайши с помощью США сумело захватить большую часть ранее оккупированной японцами территории, позиции КПК, безусловно, усилились. В дальнейшей весьма острой борьбе за власть КПК проводила довольно гибкую политику, включавшую переговоры и с правящей партией Гоминьдан, и непосредственно с США, а также с самыми разными силами, недовольными диктатурой Чан Кайши. США явно переоценили способность чанкайшистского режима разгромить КПК и, всемерно его укрепляя, все же не решились (во многом под воздействием СССР и в результате Соглашения 1945 г. с СССР и Англией о невмешательстве в Китае) на непосредственную интервенцию. Их Вооруженные силы, размещенные на территории Китая, остались в стороне от боев, что позволило НОАК разгромить развалившуюся армию Чан Кайши, в которой половину потерь составили сдавшиеся в плен или перешедшие на сторону НОАК. Опираясь преимущественно на крестьянство, КПК сумела привлечь на свою сторону наиболее активные слои населения, прежде всего рабочих, нейтрализовать средние слои и буржуазию (которые также были недовольны Чан Кайши), изолировать, разложить и деморализовать сторонников режима, в основном - чиновничество и бюрократический капитал.
Победа китайской революции, завершившаяся провозглашением 1 октября 1949 г. Китайской Народной Республики, имела огромное значение для всего Востока. Во-первых, она привела коммунистов к власти в самой большой по населению стране мира, что весомо умножило силы мирового коммунизма в то время и резко усилило его влияние, особенно в Азии. Во-вторых, она продемонстрировала всему Западу и особенно США, что терпение Востока не беспредельно, что крестьянство, в основе своей традиционно мыслящее, бедное, забитое и консервативное, способно не только восстать, но и победить (ибо крестьянство составляло подавляющее большинство и в НОАК, и в КПК, и среди жителей Китая вообще). В-третьих, победа революции в Китае показала гнилость и уязвимость традиционных эксплуататорских режимов на Востоке, несоответствие новой обстановке и новым условиям, порожденным Второй мировой войной, методов управления и социальной организации, применяемых отживающими силами восточного общества - помещиками, чиновничеством, бюрократической буржуазией, ростовщическим капиталом. США и Запад в целом сделали из всего случившегося надлежащие выводы, взяв курс на максимальное силовое противодействие распространению влияния СССР и КНР, с одной стороны; на технико-экономическую и социокультурную модернизацию зависимых от них стран Востока - с другой.
Народ Кореи, с 1910 г. жестоко угнетавшийся Японией, вел с 1931 г. против японских захватчиков трудную партизанскую войну. В этой войне, как и в соседнем Китае, где проживало много корейцев, активную роль играли коммунисты. После разгрома Квантунской армии советские войска заняли Северную Корею, где коммунисты и их союзники, впоследствии объединившиеся в Трудовую партию Кореи (ТПК), встали у власти. Корея стала первой в послевоенной мировой практике разделенной страной. И коммунисты на севере, и созданный американцами антикоммунистический режим на юге претендовали на объединение только под своей эгидой всего полуострова. Властные амбиции подкреплялись классовой и идеологической враждой. СССР и США в условиях начавшейся в 1946 г. холодной войны старались извлечь выгоду из создавшгося положения, поощряя своих союзников на полуострове, оказывая им политическую, экономическую и военную помощь. Рано или поздно это должно было привести к прямому столкновению, особенно после утраты американцами в 1949 г. монополии на ядерную бомбу, победы коммунистов в соседнем с Кореей Китае и все более ширившегося вооруженного повстанчества на юго-востоке Азии.
Война, вспыхнувшая в Корее в июне 1950 г., шла с переменным успехом. С самого начала США превратили ее в масштабный интернациональный конфликт, задействовав послушный им тогда механизм ООН, от имени которой они и вмешивались в ход военных действий на стороне южнокорейцев. Однако когда ввиду подавляющего превосходства армии США возникла реальная угроза оккупации ими Северной Кореи, на стороне северокорейцев выступила КНР. Официально китайские войска в Корее назывались дивизиями народных добровольцев, но на деле это была регулярная армия КНР. Американцы не решились (особенно в изменившихся после 1949 г. условиях) распространить войну на территорию Китая. В результате КНР и Северная Корея при политической, экономической и военно-технологической помощи СССР выстояли против США, Южной Кореи и подразделений некоторых стран (Австралии, Турции), присланных в Корею под флагом ООН. Война, принявшая затяжной характер, завершилась возвращением сторон к исходным рубежам 1953 г.
После прекращения войны в Корее политика США в регионе строилась на всемерном противопоставлении севера и юга Корейского полуострова, как и континентального Китая, где образовалась КНР, острову Тайваню, ставшему с 1949 г. убежищем Чан Кайши и его партии Гоминьдан. Дабы извлечь из этого противопоставления не только политические и военно-стратегические, но и экономические выгоды, США оказывали Южной Корее и Тайваню максимальную военную, финансовую и техническую помощь, осуществляли в их экономику значительные капиталовложения, чтобы превратить их в процветающие "витрины вестернизации". В наибольшей степени США это удалось в Японии, которая сумела неплохо "заработать" на корейской войне благодаря выполнению гигантских военных заказов США и снабжению (в том числе и после 1953 г.) войск США и их союзников на юге Кореи.
Таким образом, узел противоречий на Дальнем Востоке в течение всей второй половины XX в. определялся проблемой противостояния КНР и Тайваня, Юга и Севера Кореи. Наряду с этим постепенно, особенно к 1980-1990-м гг., обострялся спор между СССР и Японией по поводу принадлежности южной группы Курильских островов, которые в 1945 г. вошли в состав СССР, но в Японии продолжали считаться северными территориями. По договору 1951 г. Япония от них отказалась, но кому они принадлежат, оговорено не было.
После капитуляции Японии Юго-Восточная Азия была буквально захлестнута волной освободительных революций. В Индонезии еще до капитуляции Японии национальный лидер страны Ахмед Сукарно изложил 1 июня 1945 г. пять принципов ("Панча шила") будущего индонезийского государства: национализм (т. е. единство и независимость), интернационализм (т. е. международное равноправие и сотрудничество), демократия (подразумевались народное представительство и свобода мнений), всеобщее благосостояние (т. е. экономическое равенство) и вера в бога, в конкретных условиях страны трактовавшаяся как веротерпимость. Эти принципы, включенные в конституцию Республики Индонезия, сохранили свое значение вплоть до конца XX в., притом и за пределами Индонезии, а Сукарно после освобождения страны еще 20 лет оставался ее главой.
2 сентября 1945 г. глава Национального комитета освобождения и руководитель компартии Индокитая Хо Ши Мин провозгласил создание Демократической Республики Вьетнам (ДРВ). Народные комитеты были созданы и в тех регионах Малайи, которые контролировала партизанская антияпонская армия. Однако отсутствие организованного движения в масштабах всей страны (особенно среди коренных малайцев) и пестрота национального состава населения (в среде которого более активны и модернизированы были китайцы и индийцы) не позволили создать независимое правительство до возвращения в страну британских войск. В дальнейшем англичане, французы, голландцы попытались восстановить во всех странах, освобожденных от японской оккупации, довоенный статус-кво, что вызвало ожесточенное вооруженное сопротивление, вылившееся практически в длительные национально-освободительные войны. Эта борьба продолжалась в Индонезии до 1949 г., во Вьетнаме - до 1954 г., в Малайе - до 1957 г. В других странах Юго-Восточной Азии также имели место военные столкновения, но они были либо подчинены политической борьбе, либо носили характер внутренних конфликтов между различными политическими, социальными и этническими группировками. Разумеется, колонизаторы всячески поощряли эти конфликты, надеясь вбить клин между разными частями народа той или иной страны и сохранить тем самым свои позиции в качестве якобы беспристрастного арбитра. Но это довольно быстро раскусили. Лидер патриотов Бирмы Аун Сан говорил еще в 1946 г.: "Если Англия и Америка, объединившись, вздумают диктовать свои условия, Россия и многочисленные мелкие государства сплотятся, чтобы не допустить этого".
Надежды на СССР тогда были свойственны не только коммунистам. У националистов Бирмы, Индонезии и других стран встречались в их выступлениях ссылки на Ленина, примеры из жизни СССР. Это объяснялось, с одной стороны, взлетом мирового авторитета СССР после победы над Германией и Японией в 1945 г., а с другой - поисками моделей послевоенного устройства в условиях революционной ситуации. Сказывалось, конечно, и влияние местных коммунистов, за годы войны усилившихся политически, идеологически и в количественном отношении. На эмоционально-житейском уровне большое значение имели многонациональный характер СССР и даже наличие среди его руководства лиц восточного происхождения, начиная с Иосифа Сталина.
СССР пытался противостоять США и вообще западным державам на Востоке, опираясь прежде всего на компартии, в том числе на созданные коммунистами Вооруженные силы. Но это оправдало себя только в Китае и Вьетнаме, где эти силы были тесно связаны с широкими массами и направлялись влиятельными и хорошо организованными партиями, проводившими самостоятельную и гибкую политику. Уже на севере Кореи значительная доля успеха местных коммунистов объяснялась мощной поддержкой и всесторонней помощью СССР и Китая. Что же касается других стран, то здесь компартии не добились поставленных перед ними целей. Они потерпели тяжелое поражение в Индонезии (1948-1949 гг.), на Филиппинах (1952 г.), в Малайе (к середине 1950-х гг.). Во многом это объяснялось их малочисленностью, изолированностью от большинства населения, тактической незрелостью, механическим выполнением инструкций из Москвы (или - позже - из Пекина), нередко (например, в Малайе или Таиланде) преобладанием среди них китайцев, отношение к которым у местных жителей не всегда было однозначным.
В послевоенные годы на Востоке постепенно возникает и становится идейной и политической силой движение неприсоединения ни к одному из сложившихся на мировой арене военно-политических блоков. Одним из духовных отцов этого движения был президент Югославии Иосип Броз Тито, управлявший своей страной 36 лет (1944-1980 гг.) и за эти годы добавивший к своему образу героя антифашистского сопротивления в Европе (1941-1945 гг.) еще и авторитет международного лидера высокого уровня. Не желая подчиняться диктату Сталина, но и не отказываясь от принципов социализма, которые он интерпретировал по-своему, а не согласно сталинским догмам, Тито вывел свою страну из лагеря социализма, который он называл восточным блоком. Но вопреки обвинениям Москвы в его адрес, он не примкнул к западному блоку, т. е. к США и их союзникам, а решил не присоединяться ни к кому. В осуществлении этой политики он решил опереться на молодые государства Востока, вышедшие после 1945 г. на мировую арену, прежде всего на Индию и Китай - великие державы Востока, принадлежавшие к разным цивилизациям и разным социальным системам, но одинаково заинтересованные в мирном урегулировании острых межгосударственных противоречий политического, идеологического, экономического, военного и территориального характера, унаследованных и от колониальной эпохи, и от Второй мировой войны. К тому же в середине 1950-х гг., когда зародилось движение неприсоединения, только что закончились войны в Корее и Вьетнаме (в 1954 г.), обострились противоречия КНР с Тайванем, продолжались военные действия в Малайе, ухудшилась обстановка в Средиземноморье.
У Индии были свои причины стоять на позициях миролюбия и нейтрализма. Страна еще помнила историю индо-мусульманской резни, в обстановке которой родилась летом 1947 г. независимость Индии и Пакистана. При этом в Индии остались миллионы мусульман, а также сикхов, христиан, буддистов и представителей других конфессий. Многоконфессиональная и многонациональная страна 180 языков, мусульманское население и мусульманское окружение которой (Пакистан, Иран, Афганистан, Малайзия, Индонезия) оставалось враждебно официальному секуляризму властей Индии, была к тому же обременена множеством социальных и экономических проблем, затруднявших преодоление традиционализма, тормозившего модернизацию. В свою очередь, Китай, ощущая себя великой державой и желая избавиться от имиджа только союзника СССР, нуждался в том, чтобы выйти на мировую арену в новой роли и желательно единым фронтом с другими странами Азии, на лидерство в которой Китай всегда претендовал.
Переговоры 1954-1955 гг. между И. Броз Тито, главой Индии Джавахарлалом Неру и премьером Госсовета КНР Чжоу Эньлаем привели к созыву в апреле 1955 г. в городе Бандуте (Индонезия) первой конференции глав государств и правительств 39 стран Азии и Африки. Конференция подтвердила курс, как тогда говорили, позитивного нейтрализма: неприсоединение к военным блокам, поддержка освободительной борьбы народов еще сохранившихся к тому времени колоний, антиимпериализм и антиколониализм, взаимное уважение и невмешательство в дела друг друга. В декабре 1957 г. - январе 1958 г. в Каире была созвана экономическая конференция 45 стран Азии и Африки. На ней было решено создать постоянные органы движения афро-азиатской солидарности. Организационное оформление этого движения произошло на конференции в г. Конакри (Гвинея) в апреле 1960 г., где был принят устав движения и сформулированы его цели: объединять и согласовывать борьбу народов Азии и Африки против империализма и колониализма, ускорять освобождение народов и обеспечить их экономическое, социальное и культурное развитие.
Разумеется, афро-азиатская солидарность была не лишена противоречий. С 1959 г. стали ухудшаться отношения между Индией и КНР из-за вступления китайских войск в Тибет и бегства в Индию главы буддистов далай-ламы. С началом 1960-х гг. стало возрастать противоборство Индонезии и Малайзии из-за территориальных споров, которые практически разделяют многие молодые государства Востока. Индо-пакистанские войны 1966 г. и 1971 г. еще больше противопоставили Индию и Пакистан, привели к образованию на месте восточного Пакистана независимого государства Бангладеш, до предела накалили разногласия из-за Кашмира и гипотетического проекта сикхского государства Халистан, поддержанного Пакистаном.
Ухудшение китайско-индийских отношений сопровождалось сближением Китая с Пакистаном и резким обострением с 1963 г. (а по другим данным, еще раньше) отношений КНР и СССР. Вызванное в основном внутренними событиями в Китае (особенно знаменитой культурной революцией 1966-1975 гг.), это обострение было также связано с разногласиями в мировом коммунистическом движении и в тактике борьбы с США, но особенно со стремлением Китая стать супердержавой наряду с СССР и США. В 1969 г. кризис привел к военному конфликту между СССР и КНР на пограничном острове Даманском. Это было первое вооруженное столкновение между социалистическими странами. Но оно оказалось неединственным. В 1977 г. имел место еще более масштабный военный конфликт КНР с Вьетнамом.
Вьетнам, расколотый с 1954 г. на Южный и Северный (подобно Корее), болезненно переживал синдром разделенной страны. Внутренние неурядицы на более богатом капиталистическом Юге постоянно стимулировали Север к вмешательству с целью объединить силой страну, уже в ходе антифранцузского сопротивления 1946-1954 гг. доказавшую свое тяготение к единству в рамках ДРВ. Дабы отвратить эту угрозу, США, после 1954 г. вытеснившие Францию из всех стран Индокитая, стали усердно укреплять экономически, политически и в ином плане южновьетнамский режим, элиту которого составляли бюрократическая буржуазия, компрадоры и милитаристы из армии, сколоченной американской военной миссией по образу и подобию армии США. Но поскольку всего этого оказалось недостаточно, США в 1964 г. начали ими же спровоцированную войну против ДРВ. Более 9 лет (с 1964 по 1973 г.) США буквально стирали Северный Вьетнам с лица земли, уничтожая с воздуха города и села, сжигая напалмом посевы и леса, отравляя почву и людей различными ядами. Однако северовьетнамцы, к тому времени имевшие опыт антияпонского и антифранцузского сопротивления, сплоченные национальной и партийной дисциплиной, руководимые харизматическим вождем Хо Ши Мином и получавшие значительную поддержку техникой, военными специалистами, снаряжением и разными видами снабжения от СССР и КНР, выстояли. Более того, они продолжали разными путями забрасывать на Юг свои отряды и оказывать всемерную помощь южновьетнамским партизанам, пользовавшимся довольно значительным влиянием как в городе, так и в деревне. Это влияние постоянно возрастало по мере того, как выяснялся все более и более четко марионеточный и паразитический характер режима в Сайгоне, который разъедали коррупция, продажность, аморальность, соперничество кланов и религиозных сект.
И хотя в конце 1973 г. война формально была прекращена и США даже согласились вывести свои войска из Южного Вьетнама на основе сохранения статус-кво, кардинально не была решена ни одна из проблем. Поэтому когда весной 1975 г. сложилась новая обстановка и войска Севера двинулись на Юг, они без особого труда овладели всем югом. Армия Юга, превосходившая чуть ли не вдвое северян по численности, вооружению и оснащению за счет США, что было предметом гордости Вашингтона, развалилась почти молниеносно, ибо защищаемый ею режим не пользовался поддержкой народа и был безнадежно скомпрометирован коллаборационизмом и паразитизмом.
Объединение Вьетнама и падение (не без его помощи) проамериканских режимов в соседних Лаосе и Камбодже привели к превращению Вьетнама в малую державу, что вызвало обострение китайско-вьетнамских отношений и привело к военному столкновению между КНР и Вьетнамом в 1977 г. Китай, уже вступивший тогда в более прагматичную "эру Дэн Сяопина", тем не менее не прочь был продемонстрировать, как и прежде, великодержавные амбиции и претензии на лидерство в Азии. Этому стремились помешать и CCCР, и США, что не могло не сказаться самым негативным образом на афро-азиатской солидарности. Движение афро-азиатской солидарности объективно ослаблялось также индо-пакистанскими противоречиями. Пакистан активно вмешался в дела Афганистана после апрельской революции 1978 г. в этой стране и особенно после ввода в декабре 1979 г. советских войск в Афганистан. Дело было не только в антиисламском, с точки зрения пакистанцев, характере установившейся власти в Афганистане и помогавшего ей СССР. Дело было также в постоянной заинтересованности Пакистана в поддержании нестабильности в Афганистане, ибо сильное правительство в этой стране могло поставить вопрос о принадлежности северо-западных территорий Пакистана, населенных пуштунами (или патанами), т. е. афганцами. Пакистан охотно вмешался в афганские события. Они дали ему возможность задействовать вне своей территории многих недовольных "лишних людей", переключить внимание хотя бы части народа с внутренних проблем на внешние, получить огромные денежные и материальные средства на вооружение, оснащение и подготовку моджахедов (как своих, так и приезжих), а также дипломатическую, политическую и иную поддержку от США, Саудовской Аравии, многих стран ислама.
Война в Афганистане, помимо пагубных последствий для самой этой страны и для СССР (в дальнейшем), самым негативным образом сказалась на афро-азиатской солидарности. К началу 1980-х гг. уже умерли основатели этого движения (Тито, Неру, Чжоу Эньлай, Сукарно) и не было, за редкими исключениями (вроде Индиры Ганди и сменившего ее Раджива Ганди в Индии), авторитетных международных лидеров в Азии и Африке, способных погасить пламя межгосударственных, религиозных, этнических и политических конфликтов. Более того, столь заметная в 1950-1960-е гг. антиимпериалистическая солидарность стран Востока стала подменяться их объединением по этническому ("все арабы", "все тюрки", "все китайцы", включая хуа-цяо, т. е. многочисленные китайские общины в разных странах), религиозному ("все мусульмане", "все католики", "все шииты") или конъюнктурно-политическому принципу. Ярким примером последнего было сплочение в борьбе против вмешательства СССР в Афганистане, помимо разных группировок афганской оппозиции, также Пакистана и его союзника Китая (тем самым успокаивавшего мусульман Синцзяна), Саудовской Аравии и ожесточенно соперничавшего с ней за гегемонию в мире ислама и - более конкретно - в зоне Персидского залива хомейнистского Ирана, США и во многом несогласной с ними Западной Европы, а также десятков тысяч мусульманских добровольцев, отнюдь не симпатизировавших США и Европе. Эти добровольцы буквально из всех стран ислама, часто вопреки воле своих правительств (например, Алжир, Марокко, Йемен) добирались до Пакистана, проходили там обучение в специальных лагерях и на военных базах, после чего сражались в Афганистане. Все это, как и их содержание (не менее 1,5 тыс. долл. в месяц на человека), оплачивалось в основном американскими и саудовскими фондами, а также за счет специальных пожертвований и сборов среди мусульман, в том числе среди их многочисленной и в основном зажиточной диаспоры в Европе.
Только из арабских стран были переправлены, вооружены и брошены в сражения до 30 тыс. моджахедов. После вывода войск СССР из Афганистана в 1989 г. большинство их фактически стали профессиональными наемниками и продолжили свою деятельность, приняв участие в военных действиях на стороне мусульманских боевиков в Алжире, Боснии, Египте, Косове, Таджикистане и Чечне. Силу их агрессивного напора, фанатизма и привычки решать все проблемы путем вооруженного насилия испытали на себе и европейцы, и американцы. Правда, в США акты вооруженного террора исламо-экстремистов носили единичный характер. Однако в Европе, особенно во Франции, где проживает свыше 4 млн мусульман, многочисленные акты террора, взрывы в метро и угоны самолетов были в 1990-е гг. яркой приметой времени и одной из причин социальной напряженности.
Арабский мир вступил во вторую половину XX в., далеко не порвав с узами колониальной зависимости. На территории почти всех арабских стран (за исключением Сирии, Ливана, Йемена и Саудовской Аравии) находились иностранные войска, многие из этих стран (Алжир, Судан) еще оставались колониями, другие были таковыми фактически, находясь под протекторатом Великобритании или Франции. Июльская революция 1952 г. в Египте, свергнув монархию, открыла путь к освобождению. По образцу руководившего ею Общества свободных офицеров были созданы соответствующие организации и в других арабских странах. В некоторых из них (в Ираке в 1958 г., в Йемене в 1962 г., в Судане и Ливии в 1969 г.) им удалось осуществить революции по аналогичному сценарию. Но и там, где расклад сил был иным и события развивались по-другому, влияние египетской революции было значительным. Оно стимулировало начало вооруженной борьбы патриотов Туниса (в 1952 г.), Марокко (в 1953 г.) и Алжире (в 1954 г.), способствовало позитивным сдвигам в Сирии и Иордании (в 1954-1955 гг.). Лидер Египта Гамаль Абдель Насер, добившийся вывода из страны английских войск, национализации Суэцкого канала и провозгласивший своей целью единство арабов, получил звание чемпиона арабского национализма. Лозунг, имевшей филиалы в разных арабских странах, Партии арабского социалистического возрождения (ПАСВ): "Арабская нация едина, а ее миссия вечна" - стал получать все большее распространение и популярность.
Запад (прежде всего Англия и Франция) увидел в появлении революционного Египта и его влиянии угрозу своим интересам на Ближнем Востоке, тем более после того как Египет принял участие в Бандунгской конференции, выступил вместе с Сирией против военных блоков и стал одним из столпов движения афро-азиатской солидарности. Национализация Суэцкого канала подорвала одну из важнейших позиций англо-французского капитала, ранее владевшего каналом, а поддержка Насером палестинских фидаев (партизан) вызвала негативную реакцию Израиля. Поэтому закономерной явилась англо-франко-израильская агрессия против Египта в октябре -ноябре 1956 г. Несмотря на военное превосходство агрессоров (Израиль оккупировал Синайский полуостров, войска Англии и Франции - зону Суэцкого канала), их акция в конечном счете провалилась. США их не поддержали (рассчитывая в дальнейшем на симпатии арабов), а СССР, справившись к 4 ноября 1956 г. с кризисом в Венгрии, в ультимативной форме потребовал вывода англо-франко-израильских войск из Египта, что и произошло к декабрю 1956 г. Авторитет Египта и лично Насера в арабском мире после этого только вырос, что привело к сближению с ним добившихся независимости в 1956 г. Марокко, Туниса и Судана, но особенно Сирии, образовавшей совместно с Египтом в феврале 1958 г. единое государство - Объединенную Арабскую Республику (ОАР). За присоединение к ОАР выступили также национально-патриотические силы Ливана и Ирака, поднявшие восстание против своих прозападных правительств в мае - июле 1958 г.
Опасаясь худшего, США срочно высадили свои войска в Ливане, а Великобритания - в Иордании. В итоге им удалось удержать эти государства в орбите своего влияния. Однако в Ираке восстание армии вылилось в "бессмертную революцию 14 июля", которая свергла в стране монархию и поставила у власти генерала Абу аль-Керима Касема, возглавлявшего подготовившее эти события тайное Общество свободных офицеров (по образцу египетского). Но отношения между ОАР и Ираком не сложились. Генерал Касем отстранил своего заместителя Абд ас-Саляма Арефа, выступавшего за присоединение к ОАР, и стал преследовать пронасеровские группы в Ираке, в том числе местный филиал ПАСВ, опираясь на коммунистов и курдских националистов. Это вызвало в свою очередь преследования компартии в ОАР и, как следствие этого, обострение отношений Насера с СССР, до этого момента безоговорочно Насера поддерживавшего. Однако эта размолвка была недолгой, особенно после выхода Сирии из ОАР в 1961 г.
Президент США Дуайт Эйзенхауэр выдвинул еще в январе 1957 г. доктрину, согласно которой США должны были заполнить вакуум, образовавшийся на Ближнем Востоке в связи с уходом Англии и Франции из регионов своего традиционного влияния. Ряд стран, в том числе Ливан, Тунис, Иордания, приняли эту доктрину, опасаясь всевозраставшего влияния Насера и помогавшего ему СССР. Собственно, в противодействии этому влиянию и был смысл доктрины Эйзенхауэра. Три принципа лежали в основе ближневосточной политики США после Второй мировой войны: борьба против влияния СССР, защита Израиля всеми средствами и обеспечение своего господства над нефтью региона. И если по вопросу об Израиле добиться взаимопонимания с арабами было сложно, то по остальным вопросам США добились многого. Поэтому и СССР, и ОАР не имели иного выбора, как действовать вместе. Они старались совместно поддерживать движение афро-азиатской солидарности, особенно в 1960 г., который был прозван годом Африки: ибо именно тогда обрело независимость большинство африканских стран. Совместно поддержали они также революции в Алжире и Йемене.
В Алжире восстание в ноябре 1954 г. вылилось в освободительную войну против французского режима. Руководивший войной Фронт национального освобождения (ФНО) пользовался поддержкой арабского мира, стран ислама, СССР и других стран социализма. Война революционизировала обстановку в регионе, вовлекая в военные действия жителей соседних с Алжиром стран, особенно Туниса и Марокко. В самой Франции протесты против репрессий колонизаторов в Алжире дважды приводили к серьезным политическим кризисам, когда к власти пришли социалисты (в 1956 г.), а через 2 года - генерал де Голль, изменивший характер режима в стране. Многочисленные жертвы и разрушения в Алжире (до 1,5 млн погибших только алжирцев, до 9 тыс. разрушенных селений) не давали желаемого Парижем результата. В 1959 г. де Голль признал право алжирцев на самоопределение. Однако яростное сопротивление ультра-колониалистов во Франции и особенно среди верхушки европейцев Алжира, организованные ими мятежи в 1960 и 1961 г. продлили военные действия еще на 2 года. Только в марте 1962 г. были подписаны мирные соглашения, прекратившие войну в Алжире и давшие возможность его жителям проголосовать за независимость 1 июля 1962 г.
В том же году "свободные офицеры" свергли монархию в Йемене и провозгласили республику. Но это явилось лишь началом многолетней (примерно до 1970 г.) войны племен, составляющих большинство населения Йемена, с республиканским режимом и помогавшей ему в 1962-1967 гг. египетской армией. Война закончилась компромиссом, сохранившим в рамках республики известную автономию племен. Параллельно этим событиям произошло в 1967 г. свержение колониального режима в Южном Йемене, с 1839 г. находившемся под властью англичан. Здесь после нескольких лет борьбы с местными феодалами, а также внутри политической элиты нового государства утвердился с 1969 г. режим социалистической ориентации - наиболее откровенный союзник СССР.
Египет во главе с Насером не смог установить свою гегемонию в арабском мире. Приход ПАСВ к власти в 1963 г. в Сирии и Ираке, вопреки ожиданиям сторонников арабского единства, к его реализации не привел. С ПАСВ Сирии Насер быстро вступил в конфликт, ПАСВ Ирака была тогда же отстранена от власти, а новый правитель генерал Абд ас-Салям Ареф, ориентировавшийся на Египет, погиб весной 1966 г. Его преемник дистанцировался от Египта, а в 1968 г. была свернута ПАСВ, которая вскоре взяла курс не на сотрудничество, а на соперничество с Египтом и Сирией. Наиболее тяжелым ударом для Насера, да и для всего арабского мира стало поражение в июньской войне 1967 г. Тогда армия Израиля, пользуясь многолетней помощью США и основных разведслужб Запада, а также фактором внезапности нападения, за 6 дней разгромила Вооруженные силы Египта, Сирии и Иордании, оккупировав при этом Синайский полуостров, западный берег реки Иордан и Голанские высоты.
Вместе с тем июнь 1967 г. парадоксальным образом возродил к жизни Палестинское движение сопротивления (ПДС). В 1948 г. при образовании Государства Израиль из 1350 тыс. арабов Палестины 780 тыс. человек стали беженцами, размещенными в палаточных лагерях ООН на территории Иордании, Сирии, Ливана и Египта. Остальные в большинстве своем, проживая на западном берегу реки Иордан и в секторе Газы под контролем Египта, так же, как и беженцы, были возмущены и самим фактом раздела Палестины, и вопиюще несправедливым характером этого раздела в результате решения ООН от 22 ноября 1947 г., согласно которому евреи, т. е. примерно треть населения, получали 56% территории страны, но особенно арабо-израильской войны 1948-1949 гг., завершившейся утверждением Израиля на 80% территории Палестины. Палестинские арабы все время надеялись на то, что ООН, а после 1952 г. Насер ликвидируют эту несправедливость.
По мере исчезновения этой надежды стали создаваться отряды фидаев, нападавших на Израиль. Этому способствовал рост их численности (одних только беженцев насчитывалось к 1968 г. 1346 тыс. человек) и национального самосознания (сотни тысяч учились в специально созданных ООН 452 школах и 10 учебных центрах). К тому же страны их пребывания были не в состоянии содержать беженцев и поэтому всячески поощряли их стремление вернуться на родину, в том числе с оружием в руках. Это особенно логично вписывалось в идеологию арабского национализма и арабского единства, которую проповедовали Насер и ПАСВ, практически известные во всех арабских странах и во многих из них весьма популярные. К палестинским фидаям присоединялись представители других арабских народов - от алжирцев и сирийцев до йеменцев и иракцев. В 1964 г. возникла Организация освобождения Палестины (ООП), стремившаяся политически объединить всех борцов за возрождение в Палестине арабского государства.
Июнь 1967 г. означал окончательный крах надежд палестинцев и на ООН, и на арабские страны. Поэтому они решили действовать сами, развернув с июля 1967 г. партизанскую войну на оккупированных Израилем территориях. Вытесненные израильтянами на соседние территории, они продолжили эту войну на линиях перемирия, тем более что Израиль также наносил удары, особенно по Египту, через эти линии. За 1967-1969 гг. личный состав политических кадров ПДС вырос в 30 раз, численность его Вооруженных сил - в 150 раз, степень их оснащения оружием, финансовой и другой обеспеченности - примерно в 300 раз. Все это происходило на фоне небывалого подъема патриотизма среди палестинцев, где бы они ни находились и кем бы ни были.
Взлет ПДС в 1967-1970 гг. арабы назвали палестинской революцией. Она была использована арабскими правительствами для ликвидации послеиюньского шока 1967 г. и включения ПДС в контекст общеарабского противоборства с Израилем. Все арабские страны в 1973 г. признали ООП единственным представителем арабов Палестины и предоставили ей полные права члена Лиги арабских государств, а Генеральная Ассамблея ООН приняла в ноябре 1974 г. резолюцию о праве палестинского народа на самоопределение, на национальную независимость и суверенитет.
Последующие события, однако, сильно затруднили реализацию этой резолюции. С 1975 г. ПДС оказалось втянутым в длительную гражданскую войну в Ливане, одной из причин которой было нежелание правых кругов христианской буржуазии Ливана терпеть присутствие ПДС в стране. В 1982 г. Израиль, совершив вторжение в Ливан, вынудил отряды ПДС к эвакуации в другие места арабского мира. Однако и на этот раз военное ослабление ПДС не привело к его политическому ослаблению. Более того, начавшееся в 1987 г. движение мирного сопротивления палестинцев (интифада) на оккупированных территориях поставило под вопрос господство Израиля в захваченных им районах.
В интифаде палестинцев, наряду с ООП и другими силами ПДС, приняли участие и организации исламистов. Это не было случайным. Долгая (начиная с 1920-х гг.) борьба палестинских националистов стала к началу 1980-х казаться бесплодной, что и привело к выходу на авансцену борьбы в Палестине разного толка исламистов, считавших, что лишь помощь всех мусульман мира поможет палестинцам. Их ядро составили активисты организации Хамас (Харакат аль-мукавама аль-исламийя, т. е. Движение исламского сопротивления), поддерживаемые Ливией и Саудовской Аравией. В 1980-1990-х гг. Израиль считал Хамас своим главным противником. И это имело свой резон.
Ислам более консервативен, чем другие религии, менее склонен к новшествам, более полно регулирует и контролирует жизнь верующих, препятствуя ее модернизации или, по крайней мере, тормозя ее. Поэтому страны ислама всегда более твердо противостояли вестернизации, т. е. идущей с Запада буржуазной модернизации (широко воспринятой в Японии, Южной Корее и многих странах Юго-Восточной Азии), и более непримиримо были настроены в отношении военно-политического гегемонизма, экономической и культурной экспансии Запада. В XIX и начале XX в. это выражалось в панисламизме (т. е. стремлении объединить всех мусульман, чтобы достойно противостоять неверным), потом в различных мусульманских учениях и течениях, совмещавших ислам с национализмом, а с середины XX в. - в исламском фундаментализме. Политическим идеалом последнего является создание в каждой стране исламского государства, конституцией которого будет Коран, хозяйственным идеалом-исламская экономика, регулируемая шариатом, а социальным идеалом-мусульманская община (умма), основанная на солидарности и взаимовыручке верующих. Эта утопия стала весьма популярной среди примерно 1 млрд мусульман в 70 странах, включая Россию и многие республики СНГ.
Первые выступления исламских фундаменталистов имели место уже в 1950-е гг. (в Египте), в 1960-1970-е гг. (в Алжире и Сирии). Повсюду его причиной было стремление мусульман найти объяснение своим бедам в забвении Корана и шариата, в засилье "плохих" (озападнившихся) мусульман, прибегающих к бидъа (вредным новшествам). Наиболее последовательное воплощение эти тенденции нашли в Иране во время исламской революции 1978-1979 гг. Она завершилась заменой шахской монархии Исламской республикой Иран с последующим распределением исламского фундаментализма по всему Востоку - от Марокко и Сенегала до Филиппин и СССР, который стал испытывать воздействие исламского бума и через Иран, и через Афганистан. Война в Афганистане чрезвычайно усилила исламо-экстремистов и в этой стране, и в соседнем Пакистане, и среди миллионов мусульман Индии, а с 1980-х гг. усилилось прямое влияние Ирана на шиитов Ливана, создавших Хезболла (по-арабски, Хизб Аллах), т. е. партию Аллаха, с помощью денег, оружия и инструкторов из Ирана, ставшую основной силой, противостоящей Израилю на юге Ливана.
Исламисты действовали (и действуют) практически во всех странах Ближнего Востока. В 1980-е гг. им удалось усилить активность Хамас в Палестине, установить на деле свой идеологический контроль над военными режимами в Йемене и Судане, сильно повлиять на близкое к ним руководство Ливии. В Египте, где их деятельность жестоко (и эффективно) преследовалось Насером, они получили возможность легализоваться и даже процветать при президенте Садате (1970-1981 гг.), который в юности сам был исламистом. Однако сближение Садата с Израилем в 1977-1979 гг., вызвавшее бурю во всем арабском мире, оттолкнуло от него фундаменталистов. Именно их боевики убили Садата осенью 1981 г. Новый президент Хусни Мубарак, сам не раз бывший объектом покушений исламистов, повел с ними жестокую борьбу. Однако они в Египте сильны, обладая капиталами, тайными складами оружия и разветвленным подпольем. В их ассоциации (гамаат исламийя) объединены миллионы людей. Поэтому они легко организуют манифестации и забастовки. В схватках исламистского подполья с полицией обычно гибнут десятки людей. Примерно то же самое исламисты пытались создать в Марокко и Тунисе, но потерпели неудачу.
Наиболее тяжелые последствия подъем исламизма имел в Алжире. Уже в 1964 г. здесь была распущена фундаменталистская ассоциация "Аль-Киям" ("Ценности"), через несколько лет возродившаяся и снова распущенная. С 1979 г. среди молодежи началось движение братьев-мусульман и сестер-мусульманок, которые проповедовали аскетизм, отказ от современного образа жизни, строгое соблюдение предписаний Корана и шариата в быту и повседневном поведении. От митингов и шествий они начиная с 1980 г. перешли к захвату мечетей и созданию собственных "диких" мечетей, требуя учредить исламское государство. После 1989 г. они легализовались, организовав 4 исламистских партии, в том числе Исламский фронт спасения (ИФС), насчитывавший в 1990 г. до 3 млн сторонников. Одержав победу на муниципальных выборах, они усилили нажим на правящую партию ФНО, дискредитированную и распадавшуюся на глазах. Парламентские выборы в декабре 1990 г. -январе 1992 г. должны были принести им полную победу. Однако правящая элита, сплотившись вокруг верхушки армии, отменила в январе 1992 г. результаты первого тура выборов и ввела в стране чрезвычайное положение. Между нею и ушедшим в подполье ИФС началась беспощадная война, в которой уже к лету 1996 г. погибли свыше 50 тыс. человек, включая сотни иностранцев (в том числе 30 французов и 12 россиян), так как исламисты провозгласили своей целью ликвидацию всех неверующих на мусульманской земле. По жестокости алжирские исламо-террористы превзошли всех прочих, вырезая целые деревни и сжигая людей заживо, в том числе женщин и детей. Наиболее "прославились" этим алжирские ветераны Афганистана, создавшие Исламскую вооруженную группировку (ИВГ).
В ходе войны ИФС и его военный филиал (а также скрывающееся за рубежом руководство) стали проявлять с 1993-1994 гг. готовность решить все путем переговоров. Однако на деле они утратили контроль за боевиками, действующими по указке более десятка возникших в подполье и малоизвестных организаций, а также своих полевых командиров, нередко самовольно связывающихся с контрабандистами, наркодельцами и прочими уголовниками, а особенно с иностранной агентурой. В Алжире открыто обвиняли Саудовскую Аравию, Иран и Судан в помощи экстремистам, особенно головорезам из ИВГ, в рядах которых, как выяснилось позже, сражались также добровольцы из Афганистана, Судана, Египта, Ливии, Туниса и Марокко, многие из которых попали в плен.
К моменту постепенного затухания военных действий (примерно к 1998 г.) назывались разные цифры потерь: от 62 тыс. человек до 100 тыс. человек. В любом случае это трагедия Алжира, из которого к тому же вынуждены были эмигрировать тысячи людей, опасавшихся за свою жизнь. Несмотря на относительную стабилизацию положения (парламентские выборы с участием 39 партий в конце 1997 г., выборы президента в апреле 1999 г.) и стремление большинства алжирцев прекратить войну, бойня продолжалась и в последние месяцы XX в.
Распад СССР и блока социалистических стран радикально изменил геополитическую ситуацию на Востоке и создал новые условия для эволюции политических и идеологических структур Азии в последнее десятилетие XX в. Во-первых, социалистические режимы в Азии, оставшись без прикрытия, вынуждены были приспосабливаться к совершенно иной ситуации. Из них на ортодоксальных позициях осталась лишь Северная Корея, а КНР и Вьетнам вступили (во многом - еще до 1991 г.) на путь рыночных преобразований. То же самое относится к Лаосу и Камбодже, хотя положение в них несколько сложнее. Во-вторых, многие страны с режимами социалистической ориентации просто отказались от нее, особенно не афишируя этого. Они сменили ее на капиталистическую ориентацию, что выразилось в большей свободе частного предпринимательства и сближении со странами развитого капитализма, но, как правило, мало изменило внутренний строй этих государств, в частности, сильные позиции госсектора в экономике. Впрочем, в большинстве случаев эти процессы начались еще до 1991 г., например, в Египте, Ираке, Алжире, Сирии, Бирме.
Для всех стран Востока после распада СССР встала задача восполнить экономическую и техническую помощь, ранее шедшую из СССР, как бы мала она ни была, за счет усиления связей с Западом, обычно с США, ФРГ или бывшими колониальными метрополиями. Увеличилась также роль трудовых и прочих миграций уроженцев Востока в развитые страны Запада. Она и раньше была велика, но носила более ориентированный характер: магрибинцы ехали во Францию и другие франкоязычные страны (Бельгию, Швейцарию, Канаду), турки - в Германию и т. д. Ныне эти потоки ширятся, скрещиваются, дробятся. Появилась значительная арабская эмиграция в Великобритании и Скандинавии, иранская - в Испании и Франции, турецкая - во Франции и Скандинавии и т. п. Индийцы и тайцы, ранее ехавшие лишь в Великобританию, появились и в других странах Европы. Именно поэтому 1990-е гг. стали не только временем усиления влияния Запада на Востоке, но и периодом обострения межнациональных противоречий как на Востоке, так и на Западе.
Недальновидно начатая и проигранная СССР война в Афганистане стимулировала возникновение новой зоны наркоторговли - "золотого полумесяца", объединившего Иран, Пакистан и Афганистан. Действующие здесь наркокартели, пользуясь экономическими трудностями афганцев и жителей Средней Азии, определенной прозрачностью границ стран СНГ после 1991 г. и политической нестабильностью в регионе, наладили доставку наркотиков через центрально-азиатские страны в Россию и Европу. Наркобизнес, давно превзошедший по прибыльности иные виды криминального предпринимательства, стал важным фактором социально-политической ситуации в государствах "золотого полумесяца" и граничащих с ними республик СНГ, затягивающим в свои сети не только криминальные структуры, но и определенные круги буржуазии, бюрократии, силовых структур и таможни самых разных государств Востока и Запада. Это способствовало и расширению наркобизнеса, и усилению его дестабилизирующего воздействия на экономическое, политическое, социальное, военное и психологическое состояние населения многих стран, в том числе Центральной Азии и России.
Важнейшим результатом распада СССР стал резкий взлет этнонационального сепаратизма. На постсоветской территории он затронул многие регионы от Черного и Каспийского морей до Поволжья и Тянь-Шаня. Этнонациональные конфликты на территории СССР, начавшись с 1988 г., постепенно превращались в затяжные войны (в Нагорном Карабахе, Абхазии, Таджикистане) или в перманентные столкновения (грузин - с осетинами, осетин - с ингушами, русских и украинцев - с крымскими татарами). Русские и русскоговорящие оказались в отделившихся от России республиках СНГ и в Прибалтике в положении бесправного, а то и преследуемого меньшинства. Исход этих жителей из мест боев или этнических погромов не только стал частью трагедии народов бывшего СССР, но и во многом испортил отношения между ними, подорвал или вообще прервал экономические, культурные и другие жизненно важные связи.
Война в Афганистане привела к наплыву в эту страну боевиков из арабских стран, Турции, Ирана, Пакистана. Но после распада СССР большинство этих людей, превратившихся в военных профессионалов-наемников, отправились в различные "горячие точки" СНГ или в распадавшуюся в 1991-1997 гг. Югославию на помощь мусульманам Боснии, воевавшим с сербами и хорватами. Позже эти боевики стали помогать албанцам в Косове. Наиболее же значительным было их участие в первой и второй чеченских войнах, которые обе явились крайним выражением этносоциального, политического и идеологического кризиса, охватившего все постсоветское пространство.
Для получения официальных документов о завершении программы дополнительного профессионального образования (удостоверения о повышении квалификации, дипломов о профессиональной переподготовке и MBA) необходимо предоставить:
Внимание! Вы можете не заказывать доставку бумажной версии официального документы, а скачать его в электронном виде и распечатать самостоятельно. Информация о выданном документе в течение 1 месяца загружается в Федеральную информационную систему «Федеральный реестр сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении» - ФИС ФРДО.
Доступ на новый сайт осуществляется с использованием адреса электронной почты, который был указан вами при регистрации на "старом". Мы постарались перенести все ваши данные с прежнего ресурса, однако не исключена вероятность потери части информации.
При возникновении проблемы со входом, воспользуйтесь функцией сброса пароля
Если вы обнаружите несоответствия, пожалуйста, сообщите нам.